все еще оставалась той еще чудачкой. Хорошо хоть пальцы больше не предлагала отрезать. Я уже хотела взять потихонечку что-нибудь из холодильника и уйти в свою комнату – в конце-то концов разогреть можно и магией – но Текка внезапно перестала гудеть и посмотрела на меня.
– Конец связи, – сказала она вслух.
– С кем-ты разговаривала? – спросила я осторожно, накладывая себе макаронов с фаршем из большой сковороды.
– Текка не скажет, – вздернула нос соседка. – Текка хранит секрет. Потому что Текка, участница заговОра.
– Может, зАговора? – улыбнулась я, понимая, что фея только что сдала мне какую-то чужую тайну.
– Да, точно, Текка постоянно путает. Кстати, Яна, а ты можешь дать из шкафа бутылку сока? Текка пить хочет. Ее вечно мучит жажда после разговоров.
– Ты мысленно общаешься с кем-то в академии? – спросила я. – Ментальная магия такая потрясающая. Мне иногда так жалко, что у меня нет к ней способностей.
– Да, Текке тоже нравится ментальная магия. Жалко, у нее не все получается! Но пару раз, ты не поверишь, Текка даже докричалась до дома! Текке кажется, что она слышала голоса охотников и пастухов. Но Брусника говорит, что такого быть не может и это просто фантазии из-за скуки по дому.
– Это все очень замечательно конечно… – вздохнула я, доставая из ящика бутылку с ее соком. – Но ты не могла бы слезть со стола? Я хочу за ним поесть.
– А, хорошо, – Текка перебралась на стул, а потом и вовсе встала. Добралась до холодильника, вытащила одну из многочисленных банок с сиропами, которые занимали целую полочку в дверце. – Текка составит тебе компанию. Брусника говорит, что Текке нужно почаще болтать с другими академиками чтобы набраться опыта. Но Текка плохо понимает, что такое опыт и как он набирается. У нее же ничего не прибавляется!
– Ну, это сложно объяснить… – замялась я, присаживаясь со своей тарелкой к столу.
– Кстати о Бруснике! – не стала слушать мои объяснения, которые я так и не смогла придумать, фея. – Текка должна тебе кое-что передать. Брусника просила у тебя ответную услугу за ключик от старого общежития.
– А какую именно, она говорила? – заинтересовалась я.
– Да, она сказала что ей нужна помощь с зельем, – сообщила фея, наливая в прозрачную пивную кружку сначала сироп, а потом травяной сок. – Брусника… очень странная. Текка не понимает, почему она считает себя некрасивой и не хочет поверить в то, что красивый мальчик полюбит ее и так. Текке папы с Эквариуса всегда говорили, что любить людей надо за то, какие они добрые и милые, а не за то, какое у них лицо или тело.
– Папы, – озадачилась я.
– Ну, названные папы, – пояснила фея, а потом покосилась на меня с надеждой. – Яна, а можно Текке поесть не так, как ты? Брусника говорит, что это неприлично, так что, если тебе будет неприятно на это смотреть,Текка поест ртом. Но ей не нравится есть ртом, это как-то неправильно, не как всегда.
– Ну поешь, а я решу – неприятно мне или нет, – заинтересовалась я.
– Ты хорошая! – заявила мне Текка и задрала майку.
Под моим недоумевающим взглядом она взялась за свой пупок… и вытащила из него длинную зеленую трубку, похожую на толстый стебель водяной лилии. Сняв с него белую маленькую крышечку, она сунула конец этой немыслимой штуки в кружку и блаженно улыбнулась.
Вода начала потихоньку исчезать.
– Все нормально? – спохватившись, опасливо спросила она у меня.
– Да-да, – закивала я. – Все путем. Просто непривычно. А так – пей. Ты хоть вкус чувствуешь?
– Да, Текка чувствует, – кивнула фея. – Это вкусно, почти как у мамочки. А с сиропом – даже вкуснее. Знаешь, эти сиропы из разных миров такие сладкие. Папы с Эквариуса говорили Текке, что ей нельзя много сахара… но раз в день ложечку же можно, да?
Я откровенно говоря задумалась о том, что ровным счетом ничего о Текке не знаю. Надо бы полистать что ли энциклопедию рас Эквариуса, или Мрамора расспросить. Ну или с самой Теккой поплотнее пообщаться. И только я уже хотела задать первый вопрос, как фея меня опередила.
– И все же Текка не понимает, почему Брусника думает, что она не нравится красивому мальчику, – сказала она, скиснув. – И почему она думает, что не достойна его. Они же вместе на бал ходили. Текка даже тоже туда заглянула, даже попыталась вино попить… но Текке нельзя вино, и она сразу уснула… и испортила Бруснике вечер. Текка ведь так хочет, чтобы Брусника была счастлива! А еще Текка плохая, потому что не смогла с тобой связаться, когда вас с подружкой похитил плохой человек.
– Не переживай ты так, – улыбнулась ей я. – Ты не плохая. Спасибо, что пыталась. Я чувствовала, что ты скреблась, но ответить не могла.
– Правда-правда? – воспряла духом Текка.
– Да, правда-правда! А Брусника, когда я ее после бала видела, сидела и плела Кальцу косички. Так что ты вовсе не испортила ей вечер.
– Ты правда так считаешь? – замялась фея. – Текка будет больше стараться и учиться, чтобы больше не доставлять никому хлопот! Она станет сильным-сильным ментальным магом и больше никогда у нее не будет сложностей в том, чтобы с кем-то связаться.
– Так держать. Думаю, Фиш тебя научит.
Текка моргнула, а потом затараторила вдруг:
– Рыбка не учит. Текка с ней дружит, Текка с ней хорошая – как Брусника говорила. А рыбка все равно не учит – по-нас-то-я-ще-му. Боится Текку. А Текка не любит рыбку. Потому что рыбка страшная-странная. Текка бы прогнала рыбку из академии, если бы Брусника не расстроилась. Но Брусника говорит, что нельзя обижать людей, даже если они не нравятся. Но ты никому не говори! Хорошо? Ты обещаешь?
– Да, хорошо, – удивилась я. – Но… страшная?… Почему?
– Текка не знает! – сказала феечка, и быстро вытащила свой стебель из кружки – уже пустой. – Текке очень-очень пора, Текке надо… уроки делать. Пока.
И с этими словами она довольно нервно отправила чашку в раковину и ушла, так и не дав мне что-либо еще спросить.
А я про себя подумала – даже при том, что я пообещала, надо бы Янке об
