Корнелия улыбнулась, почувствовав, как магия окутывает звонок, висевший в коридоре.
«Пятнадцать минут— это бесконечно долго, — подумала она, глядя на застывшую у доски Вилл. — Но не зря же говорят, что, когда тебе весело, время летит незаметно!»
«Дзи-и-и-и-инъ!» — громко зазвенел звонок. Улыбка Корнелии сделалась еще шире. Зеленые магические нити растворились в воздухе, и чародейка удовлетворенно кивнула.
Вилл в недоумении вытаращила глаза, а у миссис Рудольф отвисла челюсть.
Остальные ученики, казалось, даже не обратили внимания на то, что звонок прозвучал раньше положенного. Они стряхнули с себя остатки дремы, ретиво повскакивали со стульев и потянулись к выходу, весело махая математичке на прощание.
— До свидания, миссис Рудольф! — выкрикивали некоторые, закидывая на плечи рюкзаки.
— Но… постойте! — воскликнула ошарашенная учительница. — Куда же вы?
Торопливо запихивая тетрадку в сумку, Корнелия различила бормотание миссис Рудольф:
— Просто невероятно! Звонок прозвенел намного раньше!
Обрадованная Вилл тоже бросилась собирать рюкзак.
— Ну что, звонок спас тебя? — прошептала Корнелия, поджидавшая Вилл у двери.
— Спасибо! — выдохнула та.
— Теперь ты у меня в долгу!
Корнелия усмехнулась и выскользнула из кабинета. Вилл последовала за подругой.
— До свидания, мэм! — радостно бросила она математичке.
— Подожди минутку, Вилл! — окликнула ее миссис Рудольф.
Корнелия резко затормозила. «Неужели миссис Рудольф думает, что звонок подстроила Вилл? Вдруг у нее теперь будут неприятности?» Девочка повернулась и прислушалась к разговору подруги и учительницы.
— Ты не сделала домашнюю работу, так ведь? — спросила миссис Рудольф у Вилл.
— Эта теорема… — забормотала Вилл. — Я пыталась — не очень долго, это правда, — но я пыталась ее выучить! Но так ничего и не поняла.
Миссис Рудольф вместе с Вилл вышли в коридор и направились к выходу из школы. Корнелия шагала следом.
— Ты уже привыкла к Хитерфилду? — поинтересовалась миссис Рудольф у Вилл. — Я имею в виду, ты здесь совсем недавно… Все в порядке?
Корнелия недоуменно вскинула брови. Где это видано, чтобы учителя математики проявляли хоть капельку сочувствия?
— Да, все хорошо, — ответила Вилл, и на ее лице появилась благодарная улыбка. — А почему вы спрашиваете?
— Я знаю, что математика не слишком веселый предмет, — сказала миссис Рудольф, похлопывая Вилл по плечу. — Но я заметила, что на моих уроках ты выглядишь особенно рассеянной и печальной.
— У меня сейчас не самый легкий период в жизни, — призналась Вилл.
«Готова подписаться под каждым ее словом!» — подумала Корнелия.
— Но в целом я в порядке, — заверила Вилл математичку.
— Рада это слышать, — ответила учительница. Вдруг миссис Рудольф остановилась и повернулась к Вилл. — Кстати, если хочешь, я могла бы помочь тебе с этой теоремой. Обычно я не назначаю индивидуальных занятий, но для тебя сделаю исключение. Может, после этого ты станешь внимательнее и собраннее на уроках.
— Я… — замялась Вилл. — Спасибо, миссис Рудольф!
— Обычно я освобождаюсь после обеда, — продолжала математичка. — Что скажешь? Уверена, часа или полутора будет достаточно.
— Здорово, — выдавила из себя Вилл. — А в какой день?
— Я позвоню тебе, когда определюсь, — предложила миссис Рудольф. Пока Вилл писала ей номер своего мобильника, к Корнелии подошла Тарани. Увидев, как математичка засунула бумажку с номером в кошелек и удалилась, Тарани удивленно вскинула брови. Тут к подругам присоединилась Вилл.
— Вилл! — хихикнула Тарани. — С каких это пор ты завела дружбу с математичкой?!
— Она была так добра ко мне, — промямлила сбитая с толку Вилл. — Я-то уже ждала, что она влепит мне неуд!
— Не сомневаюсь, что так бы и произошло, — усмехнулась Корнелия, — если бы кое-кто тебя не спас.
Увидев благодарную улыбку Вилл, Корнелия просияла. Может быть, она постепенно начинает контролировать свою магию, управлять ей? Если так, то это как раз кстати! Она вдохнула прохладный осенний воздух и окинула взглядом улицу.
Кругом были видны радостные, счастливые лица. Это был район Хитерфилда, где люди гуляли и отдыхали после учебы или работы.
Корнелия посмотрела на открытое летнее кафе — нет ли там свободного столика где-нибудь на солнышке.
«Кажется все занято, — подумала она. — Неужели никто не собирается уходить…»
— Ой! — воскликнула вдруг Корнелия, помотав головой. Нет, ей не показалось…
— Что случилось? — Вилл вопросительно взглянула на подругу.
— Видимо, заводить дружбу с учителями из Шеффилда — это у вас семейное, — сказала Корнелия. — Это случайно не твоя мама сидит в кафе с нашим историком?
Она постаралась обратить это в шутку, но при виде внезапно побледневшего лица Вилл Корнелия посочувствовала подруге. Вилл, должно быть, ужасно переживает. Мало того что ее родители развелись, так теперь еще мама встречается с мистером Коллинзом. Фу!
Тарани тоже сочувственно посмотрела на Вилл, но та этого даже не заметила. Она стояла словно примерзнув к тротуару и смотрела на другую сторону улицы.
Миссис Вандом и мистер Коллинз явно не выглядели просто друзьями.
Они не только строили друг другу глазки поверх поданных блюд, но еще и делились друг с другом едой! Когда мистер Коллинз передавал вилку миссис Вандом, Корнелия обратила внимание на то, что его рука задержалась на руке мамы Вилл.
Корнелия покосилась на Вилл. Та, очевидно, тоже это заметила. На глазах девочки заблестели слезы. А когда миссис Вандом ласково взяла за руку мистера Коллинза, Вилл громко всхлипнула, развернулась и бросилась бежать вниз по улице. Подошвы мокасин сердито шлепали по асфальту.
При этом звуке миссис Вандом вскинула голову и, увидев Вилл, вскочила со стула.
— Вилл! — закричала она, перебегая улицу и направляясь к дочери.
— Уходи! — крикнула Вилл матери через плечо. — Оставь меня в покое!
Но миссис Вандом не слушала ее. Она догнала Вилл и схватила ее за руку.
— Вилл! — воскликнула она, задыхаясь. — Да что с тобой?
— Я… Я видела, как ты сидела с ним в кафе, — выпалила Вилл. — Вы опозорили меня перед подругами!
Корнелия и Тарани обменялись виноватыми взглядами. «Лучше нам оставить их вдвоем», — мысленно произнесла Тарани.
«Хорошая идея, — подумала Корнелия. — Не будем мешать им выяснять отношения».
И девочки поспешили прочь, но по пути Корнелия, сама того не желая, все же услышала конец ссоры.
— Ты о чем? — спросила у дочери миссис Вандом. — Мы с Дином просто друзья.
— С Дином! — фыркнула Вилл. — Значит, ты уже зовешь его по имени!
— Послушай, это ты сейчас меня позоришь, — раздраженно заявила миссис Вандом. Это всего лишь деловая встреча. Шеффилдская школа и «Симультек»…
— Да хватит тебе! — оборвала маму Вилл. — Вы держались за руки. Я видела своими глазами!
С этими словами Вилл расплакалась и снова бросилась бежать. На этот раз миссис Вандом не стала ее останавливать. Корнелия украдкой взглянула на поникшую миссис Вандом.
Мистер Коллинз подошел к ней и обнял за плечи.
— Сьюзан… — начал было он.
— Ох, Дин, — печально произнесла мама Вилл. — Что мне теперь делать?
«Уфф», — вздохнула Корнелия, наконец свернув за угол. Тарани была на несколько шагов впереди.
Корнелию переполняло сочувствие к Вилл. Она не могла себе представить, каково это — когда твоя семья разбита. Когда твоя мама сидит в кафе, держась за руки с другим мужчиной. А ведь Вилл к тому же приходилось быть хранительницей Сердца Кондракара…
В груди у Корнелии все сжалось.
«Хмм, — мрачно подумала она, — видимо, нам придется подождать и посмотреть, получится ли у Вилл справляться со своими домашними проблемами и одновременно возглавлять чародейскую команду».
Глава 4
Вилл неслась по лестнице к своей мансарде, перепрыгивая сразу через две ступеньки. Сердце бешено колотилось. Если она через минуту не окажется за закрытой дверью своей комнаты, она просто умрет.
Ну ладно, может, и не умрет, но унизится, начав рыдать прямо на глазах у соседей. А она сегодня и так пережила слишком много унижений.
Наконец она поднялась на свой этаж и помчалась по коридору. Ноги гулко стучали по бетонному полу.
Добравшись до своей двери, девочка с облегчением всхлипнула, отперла замок и проскользнула внутрь.
Теперь можно было не сдерживаться.
Вилл привалилась спиной к стене. Слезы хлынули у нее из глаз и ручьями полились по щекам. Дыхание с шумными всхлипами вырывалось из груди.
Она рыдала, а в это время в голове у нее снова и снова прокручивалась все та же сцена: она видела, как мама строит глазки учителю истории. Видела, как они держатся за руки. Видела, как мама хихикает, словно школьница. И после этого у нее еще хватало смелости все отрицать. Она врала, глядя своей дочери в глаза! От этих мыслей Вилл разревелась еще сильнее. Спотыкаясь, она добралась до кухни, схватила одноразовое бумажное полотенце, громко высморкалась и вытерла слезы.
