... Позже, прихлебывая кофе, Бутч строго заметил Коляну:
- Пора вам, Николаша, как-то образовываться. Что это за вид, что за костюм. Вы ведь в конце концов, не швыцер какой, не рубщик мяса с Нового базара, и деньги у вас водятся - приоденьтесь.
- Культурки маловато, - иронически заметил Кэссиди.
- Ничего, это дело наживное, - успокоил Бутч. - Он у нас в институт культуры поступит, правда, Николаша?!
- Угм, - согласно-испуганно промычал Колян.
- Только смотри - сам, без всякого блата, - хихикнул Кэссиди. Подготовишься, книжки почитаешь, я тебе списочек составлю. Будешь вполне интеллигентным человеком.
- Хотя бы на первый взгляд, - Бутч сложил газету. - Уж мы это проконтролируем. Правда, Кэссиди?
- Какие проблемы, Бутч!
VI
Где-то через неделю после собрания Колян отчитался о прохождении операции "Этика". Поступления несколько увеличились, уровень обслуживания, кажется, тоже вырос. По крайней мере, скрытый опрос жалоб потребителей не выявил.
Собрали на стол, чтобы отметить это событие. Внезапный звонок прервал приготовления. Вышедший встречать неурочного гостя Кэссиди вернулся, несколько недоумевая. Вместе с ним в комнату вошел среднего роста мужчина в костюме среднего качества. В руках этот "средний человек" держал мокрый носовой платок, на улице бушевал зной, а в квартире работал кондиционер.
- Добро пожаловать! - Нарочито-вежливо поздоровался Бутч. - Как вас звать-величать?
- Меня зовут Иван Антонович, я ваш участковый инспектор, - бесцветным голосом отрекомендовался пришелец.
- Стра-анно, - протянул Кэссиди, - а вы мне сразу почему-то напомнили такого стандартного гэбиста, ну скажем, в чине майора...
- С чего это вы взяли? - недостаточно активно возмутился Иван Антонович.
- Настоятельно советую вам, любезнейший, играть в открытую, внушительно предупредил Бутч, усаживаясь за стол. - А то, знаете ли, Бог шельму метит.
- Ах, оставим все эти незначительные мелочи, - внезапно смягчился Кэссиди, - излагайте суть возникших проблем и угощайтесь, мы всегда гостю рады.
Иван Антонович: судорожно сглотнул - стол буквально ломился.
- А-а, вы, верно, при исполнении? - вежливо поинтересовался Бутч. Или, быть может, на диете, а то - милости прошу!
Кэссиди разлил вино по бокалам и провозгласил:
- 3а встречу!
Пригубив вино, закусили.
- По данным паспортного отдела ваши настоящие имена... - начал было через некоторое время "майор".
- Ой, оставьте эти глупости, милейший Иван Антонович! - Кэссиди сладко улыбнулся. - Николаша, предъявите гостю документы...
Через минуту перед потрясенным "майором" лежали паспорта, водительские права и еще какие-то удостоверения и во всех вместо имен, фамилий, дат рождений и национальностей было вписано только "Бутч" иди "Кэссиди".
- Как вам нравятся наши цветочки, майор? - Бутч отхлебнул вина. - А мне сдавалось, что вы интересуетесь ягодками?!
- Давайте поставим точки над "i", - радушно предложил Кэссиди.- Вы, наверно, хотите предъявить нам смехотворные обвинения в рэкете, вымогательстве, шантаже и, Боже упаси, убийствах. Никаких доказательств или, тем более, улик у вас нет и быть не может. Они просто не существуют. Мы - специалисты по этике, Николаша, вручите Ивану Антоновичу, нашу карточку...
- Вы что же, хотите меня убедить, что все эти люди, - тут "майор" вытащил из внутреннего кармана пиджака пачку скрепленных листов, - платят вам десятую часть прибылей за науку о правилах поведения?!
- В чем-то вы правы, - Бутч закурил, - мы учим их, что несоблюдение этих правил может закончиться весьма неприятным инцидентом...
- Скажем, разрывом сердца, - уточнил Кэссиди. - Такая, знаете ли, непредсказуемая штучка. Или, к примеру, инсульт...
- Надеюсь, вы-то понимаете, что мы не имеем абсолютно никакого отношения или влияния на такие случаи? Мы только утверждаем, что нарушение этики не останется безнаказанным, наказание будет быстрым и суровым, но если соблюдать этику, то оно не последует. Это не вызывает у вас ассоциаций с вашей работой?!
- В случае же если ваших коллег заинтересуют источники нашего скромного благосостояния, - снова включился в беседу Кэссиди, - мы готовы предоставить всю интересующую их информацию. А сейчас, простите - после обеда очень полезно вздремнуть час-полтора.
- В конце концов, какие могут быть к нам претензии - законы мы соблюдаем, налоги платим, власть уважаем. - Бутч говорил это уже в дверях своей спальни. - И вообще, обратите внимание - культура обслуживания выросла, хамства и жульничества нет в помине - тишь да гладь, о рэкете ни слуха, ни духа. И если вы спросите, благодаря кому это, половина ответит: "Бутч и Кэссиди"... Желаю успехов, майор!
VII
Впрочем, тишь да гладь были более чем относительны. Страх, охвативший прослойку "делаваров" абсолютно на коснулся воров, кидал, заломщиков и им подобной публики. Город перешёл из рук нескольких группировок под контроль Бутча и Кэссиди, и силы, прежде сдерживаемые и управляемые рэкетирами, теперь вырвались на свободу. С наступлением темноты город вымирал, в районах заправляли десятки мелких банд. Статистика сразу показала рост грабежей, насилий, убийств. Милиция старалась по вечерам не приближаться к Центральному скверу, из которого временами доносились душераздирающие крики. А над сквером парил подвешенный к дирижаблю плакат, сияние которого напоминало днем и ночью:
БУТЧ и КЭССИДИ утверждают:
ЭТИКА - ЗАКОН ВАШЕЙ ЖИЗНИ!
Не забывайте об этом!
В один из вечеров дирижабль был притянут к земле и взмыл в небо лишь несколько спустя, когда белоснежное полотно плаката было обильно залито кровью. Колян сообщил об этом во время утреннего чаепития. Это был вызов. Плательщики заволновались - зачем платить за покой, если он не гарантируется?! Их делегаты упирали на соблюдение побратимами своих обязательств. Это тоже был вызов и вполне справедливый,
Бутч курил сигарету за сигаретой, Кэссиди раскуривал трубку. Он уже принял решение.
- Николаша, друг мой, - он придержал Коляна за локоть, когда тот уносил грязную посуду в кухню. - Как подвигается ваша учеба? Сессия на носу, а знаете какое серьезное дело первый курс...
- Да-да, - оживился Бутч. - Какие успехи?
Колян мгновенно вытянулся и собрался было рапортовать, но Кэссиди остановил его, похлопав со плечу:
- Мы вам вполне доверяем, Николаша, и верим в то, что никакие гулянки не отвлекут вас от занятий и вы не посрамите нас. Но мы переживаем, чтобы вы не перезанимались; выберитесь сегодня вечерком в город, возьмите любую из наших машин, какая больше понравится, а нам оставьте свою, нам тоже что-то проветриться захотелось, в люди выйти...
- Мне говорили, Николаша, - доверительным тоном продолжал Бутч, - что если быть проще, то люди к тебе потянутся сами... Так что развлекитесь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
