— Вас опять заносит? — Кейт скептически смотрела на него.
— Я — двойник Тая Винтерса, — объяснил он. — По крайней мере, я им бываю в особых случаях. Я веду себя, как Тай, хотя люди с самого начала знают, что на самом деле я — не он. Моя мама подтвердила бы, что у меня безупречный характер.
— Это называется раздвоением личности, — суровым тоном произнесла Кейт. — Вам цены нет, доктор Брэдли, — засмеявшись, сказал он и опустил глаза. Затем он пристально посмотрел на нее. — Я думаю, мы с тобой теперь можем называть друг друга по имени, верно? Тогда что означает буква К? — Он приблизил голову к значку, приколотому над нагрудным карманом ее халата. — Катрин? — Марк в задумчивости прищурил глаза. — Нет, «Катрин» звучит слишком холодно и официально для женщины с твоим цветом волос и темпераментом. Кэти? Нет, слишком по-детски. — Лицо его озарила улыбка. — Значит, Кейт. Точно, ты выглядишь как Кейт.
— Ты — сумасшедший, — объявила она и, не удержавшись, рассмеялась.
Глаза Марка потемнели, стали бархатно-коричневыми.
— А ты — красивая, — шепнул он, приближая к ней свое лицо.
— Н-нет… — Ее слабый протестующий возглас на мгновение запоздал.
Губы Марка сомкнулись на ее губах в нетребовательном поцелуе, нежность которого Кейт вдруг ощутила с необыкновенной остротой.
— Как ты хороша на вкус, — прошептал он, почти не открывая рта. Он осторожно провел кончиком языка по ее губам, повторяя их очертания, затем чуть раскрыл их, пробуя нежную поверхность. Наконец он отстранился.
— Это… — она почти задохнулась от его поцелуя, — это неправильно. Вы — мой пациент. Мы не должны этого делать!
Марк положил руки ей на бедра спокойным, не дающим повода для каких-либо опасений движением; сквозь легкую ткань юбки она чувствовала тепло его ладоней.
— Конечно, это неправильно, — согласился он.
Теперь его поцелуй был другим — горячим, ищущим, и Марк вплотную приблизился к кушетке. Его теплые руки, охватившие ее бедра, медленно передвинулись выше, к талии. Он склонил голову набок, чтобы теснее прижаться ко рту Кейт. Ее ответ был таким страстным, что он начал опасаться потерять и так уже слабеющий контроль над собой, если это продлится еще минуту-другую. Однако он не мог удержаться, чтобы не исследовать весь ее рот. Только спустя какое-то время Марк медленно отстранился, отчаянно пытаясь справиться с переполнявшим его желанием. Ему снова и снова хотелось целовать ее.
Кейт открыла глаза.
— Это было… — Она на мгновение утратила способность связно излагать свои мысли.
— …Здорово, — закончил Марк за нее. Он коснулся ладонью ее щеки. — Итак, как насчет нормального ужина вместо обычной выпивки? — спросил он серьезным тоном.
Кейт оттолкнула Марка и соскользнула с кушетки. Внезапно ее охватило непреодолимое желание потрепать его по щеке, словно он был ее любимцем, ее маленьким мальчиком.
— Нет, спасибо. Я считаю, что тебе лучше принять холодный душ после всех твоих чрезмерных фантазий.
— Хочешь присоединиться ко мне? — пригласил он.
— Вообще-то твой случай — типичный. — Кейт поставила кортизон на полочку в шкафчике с лекарствами и выбросила использованный шприц. — Многие пациенты считают, что испытывают влечение к своему врачу, тогда как в действительности это лишь обычное чувство благодарности.
— Значит, ты именно так это воспринимаешь? — В голосе Марка зазвучали новые нотки. — Ну, что ж, посмотрим, как это будет на самом деле. До свидания, доктор.
Кейт наблюдала за ним, пока он не свернул за угол коридора, а спустя мгновение услышала, как открылась и захлопнулась входная дверь. Она прикрыла глаза, отказываясь верить в то, что произошло несколько минут назад. Затем ее чувство юмора возобладало над неожиданным смущением и растерянностью. Но Кейт знала, что, оказавшись снова в этой комнате, она тотчас вспомнит о том, что здесь случилось.
Она заперла дверь лечебницы и быстрым шагом направилась на стоянку автомашин, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что поблизости нет Марка, поджидающего ее с каким-то очередным сюрпризом. И как ни странно, ей стало немного грустно, когда она поняла, что он действительно ушел.
Полчаса спустя Кейт уже открывала дверь и входила в свою просторную квартиру, которую называла домом.
Бросив сумочку на диванчик, покрытый бархатной тканью цвета слоновой кости, она направилась на кухню, включила кофейник и поставила в микроволновую печь стеклянную мисочку с овощным рагу.
Потом она прошла в спальню, разделась и набросила на плечи длинный стеганый халат. Подавив зевок, Кейт стала внушать себе, что спать ей вовсе не хочется, потому как, по ее глубокому убеждению, читать медицинскую литературу до двух ночи могут только те, кто страдает бессонницей.
Это был еще один обычный вечер, который Кейт провела дома за чтением. Не то чтобы у нее было мало друзей — выходные дни она часто проводила в шумной компании, но активному отдыху и веселым развлечениям она предпочитала уединение и тишину.
Однако сегодня Кейт обнаружила, что не может сосредоточиться на чтении последнего медицинского журнала. Марк Харрисон производил слишком большое впечатление, особенно на Кейт, которая уже почти год ни с кем не встречалась. Мужчина, с которым она была близка, уехал работать за границу. Он просил ее поехать с ним, но Кейт знала, что влюблена не настолько сильно, чтобы ради него пожертвовать своей медицинской практикой. Он не стал ей писать, и она полностью ушла в свою работу.
Кейт оторвала взгляд от журнальной страницы. Она не могла думать о Марке без улыбки.
На следующее утро Кейт сразу же приперла Сэма к стенке.
— Ты можешь забрать своего пациента обратно вместе с моими пожеланиями скорейшего выздоровления, — объявила она без всяких предисловий.
Глаза Сэма заблестели.
— Теперь ты понимаешь, почему я просил его прийти после окончания работы. Наши медсестры наверняка набросились бы на несчастного, прежде чем выяснилось бы, кто он на самом деле.
Кейт прекрасно понимала, что Марк с его внешностью не испытывает недостатка в женском внимании и, разумеется, меньше всего склонен к тому, чтобы отвергать тех из них, кто считает его Таем Винтерсом. Но, естественно, она не собиралась рассказывать об этом Сэму.
— Вообще-то я рад, что ты познакомилась с ним. Мне кажется, что результат лечения будет лучше, если Марк станет именно твоим пациентом, — продолжил Сэм.
— И это я слышу от моего старшего коллеги?
Сэм кивнул, ухмыляясь, как чеширский кот.
Кейт вздохнула:
— Хорошо, я попрошу Марджи позвонить ему и сказать, чтобы он пришел на прием через две недели. Но это будет в рабочее время. Если уж мы так ему необходимы, он может прийти ко мне и в обычный для приема пациентов час. — На этот раз она не собиралась уступать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
