Читаем без скачивания Частная магическая практика. Сны и явь - Елена Малиновская

Пристальный немигающий взгляд Вашария буравил мне затылок, пригибал голову до самого пола. Так плохо и стыдно мне еще никогда не было.

— Уважаемая Зальфия, оставьте нас, пожалуйста, наедине, — после очередной долгой паузы внезапно попросил приятель. — Нам с Киотой надо кое-что обсудить.

Вашарий был единственным человеком на земле, с которым тетя не осмеливалась спорить. Даже Дольшера она скорее бы отправила по всем известному адресу, вздумай тот ей приказывать. Но сейчас она с негромким оханьем встала и послушно отправилась в гостиную. Едва за ней захлопнулась дверь, как вокруг нас взметнулась кровавая метель блокирующих чар.

— Я внимательно слушаю твои объяснения, — с ледяной вежливостью уведомил меня Вашарий. Притянул ближе стул, поставив спинкой к себе, и уселся на него верхом. Демонстративно посмотрел на циферблат часов, вмонтированный в его мыслевизор. — И советую тебе поторопиться. Если я не дам Дольшеру знать, что у тебя все в порядке, он отправит сюда целую армию.

— Он следил за мной. — Признание вышло таким тихим, что я сомневалась, услышит ли его приятель. Однако тот не попросил повторить, и я нехотя продолжила, упорно не желая поднять на него глаза: — Спрятал подслушивающие чары под блокирующими, однако не учел возможности резонанса.

— И все? — В голосе Вашария скользнул неприкрытый сарказм. — Киота, прости, но разве это причина его убивать? Я уж подумал, что между вами разыгралась любовная драма, что в принципе не удивило бы меня, учитывая характер и привычки моего кузена. Однако установка шпионского заклинания? Ты могла бы надавать ему пощечин, накричать, но убивать?

— Я не хотела. — Я все-таки не удержалась и всхлипнула. — Я просто не рассчитала сил. Хотела послать ему привет по принципу обратной связи. Так, пустяк, чтобы его немного тряхануло. Но…

— Н-да, тряхануло его как раз изрядно. — Вашарий позволил себе небольшую усмешку. Я осмелилась бросить на приятеля осторожный взгляд и немного расслабилась, заметив тень улыбки на его губах. Однако обрадовалась слишком рано, поскольку через секунду он продолжил с прежним холодом: — Киота, в любом случае, ты серьезно вляпалась. Понимаешь это? Дольшер как-никак прежде всего начальник магического департамента. Нападение на него произошло в рабочее время и при свидетелях. Будет очень нелегко замять это.

— Если он вообще простит меня, — чуть слышно выдохнула я и горестно поджала губы, опять потупившись.

— Ждешь, что я начну тебя утешать? — Вашарий недовольно качнул головой. — Зря. Киота, при всем моем хорошем к тебе отношении — я просто не понимаю, почему ты так поступила. Вроде бы раньше ты казалась мне более разумной и уравновешенной девушкой. Хотя, что скрывать, твое упрямство иногда сводило меня с ума, но я полагал, что ты никогда не станешь подвергать жизнь другого человека опасности. Тем более жизнь… будущего супруга.

Как Вашарий ни старался, но на последнем слове его голос все же неуловимо дрогнул. Я исподлобья посмотрела на него, но он успел нацепить на лицо прежнюю маску отстраненного равнодушия. Правда, на миг в глубине его глаз промелькнуло нечто, более всего напоминающее отчаяние.

— Что-то долго болтаете! — недовольно крикнула из спальни Зальфия. Блокирующее заклинание не пропускал о звуков из сферы, которая образовалась вокруг нас, однако не мешало слышать, что происходит в окружающем мире, чем и воспользовалась моя тетя. — Дружище, сделай одолжение: узнай заодно, с каких пор моя племянница стала тайком напиваться. В одиночку выхлестать бутылку вина — это не каждая сможет.

Я со свистом втянула в себя воздух, как никогда прежде мечтая исчезнуть, стать невидимой, лишь бы избежать нового витка допроса. Зрачки Вашария чуть расширились от удивления. Он встал и медленно подошел ко мне. Я все еще сидела на полу, поэтому ему в свою очередь пришлось встать на колени, чтобы сравняться со мной. Я с трудом удержалась, чтобы не отшатнуться, когда приятель легонько приподнял мой подбородок, заставляя меня смотреть ему в глаза. Провел пальцами по моему лбу, и кожа в тех местах моментально онемела. Интересно, как у него это получается? Аура универсала по идее должна впитывать любое магическое вмешательство, направленное извне, однако и Вашарий, и Дольшер с потрясающей легкостью обходили этот запрет. Нет, конечно, они маги высшего уровня подчинения, а я еще не научилась в полной мере управлять своим нежданным даром, но все равно. Вряд ли это зависит только от уровня силы. Надо подумать на досуге, почему так происходит. Боюсь, в ближайшем будущем у меня окажется достаточно времени для размышлений. В тюрьме для особо опасных преступников, например.

— Ты действительно пила сегодня, — констатировал Вашарий, и я моментально выкинула из головы все посторонние мысли. Он все еще держал меня за подбородок, поэтому я при всем желании не могла скрыться от его изучающего взгляда, и приятель с нескрываемым изумлением продолжил: — Почему? Раньше мне казалось, что ты достаточно прохладно относишься к алкоголю. Или это был лишь спектакль на публику, а на самом деле ты каждый вечер проводила в обнимку с бутылкой?

Я вспыхнула от его откровенно насмешливого тона, но продолжала упорно молчать. У меня скорее язык отсохнет, чем я признаюсь, что таким образом пыталась справиться с сердечными муками. Н-да, тяжело вообразить ситуацию хуже.

Стоило мне так подумать, как в прихожей хлопнула дверь и до боли знакомый голос воскликнул:

— Киота, где ты?!

И как тут не вспомнить про закон подлости! Вашарий усмехнулся, заметив, как я моментально изменилась в лице, встал и небрежным движением руки разогнал блокирующие чары. А еще через миг я оказалась в крепких объятиях Дольшера. Тот вихрем ворвался на кухню, вздернул меня на ноги и изо всех сил прижал к себе.

— Жива все-таки, — пробормотал он мне на ухо, гладя по волосам. Затем отстранился и строго посмотрел на Вашария. — Кузен, я ведь просил тебя связаться со мной, как только узнаешь, что с Киотой! Благо твой заместитель — Ксиан — догадался послать весточку, что все в порядке. Я ведь там с ума сходил от беспокойства!

— Я был занят, — лаконично ответил Вашарий. — Я выяснил, кто именно устроил на тебя покушение.

— Вот как? — обрадовался Дольшер. — Ты приятно удивляешь меня. И кто же?

Вашарий не ответил на его вопрос. Лишь с иронией вздернул бровь, пристально глядя на меня. Видимо, хотел дать мне возможность чистосердечно признаться в своем поступке.

Дольшер перевел растерянный взгляд с кузена на меня и обратно. Всплеснул руками, показывая, что ничего не понимает.

— Киота? — с нехорошими интонациями протянул Вашарий, проигнорировав его пантомиму. — Ты ничего не хочешь нам поведать? Учти, иначе говорить придется уже мне.

— Так, — тяжело уронил в тишину кухни Дольшер. — Что тут происходит?

Пауза затянулась до неприличия. И вот когда Вашарий уже открыл рот, готовый оборвать ее своим рассказом, я решилась. Закрыв лицо руками, я затараторила, опасаясь, что меня кто-нибудь прервет на полуслове, не дав хотя бы попробовать объясниться.

— Это я пыталась тебя убить, — выпалила я на одном дыхании. Замялась на миг, поняв, как чудовищно это прозвучало, и забормотала с жалкими извиняющимися интонациями: — Нет, не так. Конечно, я не собиралась тебя убивать. Просто обнаружила, что ты установил шпионские чары, разозлилась очень сильно, решила проучить. Но, видимо, чего-то не учла. Дольшер, честное-пречестное, я не думала, что все так выйдет! Если бы я знала, то никогда бы и ни за что бы… Ты мне веришь?

И я уставилась на него взглядом побитой собаки. Так обычно смотрел он, когда я на него злилась. Неужели не сработает?

— Так, — повторил Дольшер. Устало опустился на ближайший стул и нервно рванул ворот рубашки, словно тот сдавил ему горло. Надолго замер, уставившись прямо перед собой остановившимся взглядом и о чем-то задумавшись.

Я не решалась прервать его молчание. Так и стояла посередине кухни, чувствуя себя столь же скверно, сколь, наверное, чувствуют себя преступники перед заслуженной казнью.

— Я не хотела, — тихо прошептала я и на всякий случай приготовилась зареветь в полный голос.

Спокойствие Дольшера меня пугало. Лучше бы наорал на меня, устроил скандал с битьем посуды. Правда, ему пришлось бы сильно постараться найти что-нибудь целое на моей разгромленной кухне, но все равно. Подобные всплески эмоций позволяли ему быстро скинуть злость. А сейчас не поймешь, чего от него ждать.

Краем глаза я заметила, как Вашарий подобрал листок с моими вычислениями, валявшийся около стены, и с явным интересом погрузился в его изучение, видимо не желая вмешиваться в наше почти семейное выяснение отношений.

— Ну не злись, пожалуйста, — пробормотала я, шмыгнув носом. — Я…

— Ты просто была пьяна, — жестокосердно закончил за меня Вашарий, оторвавшись от записей и поспешив выдать последний мой постыдный секрет. Обвинительно взмахнул смятым листочком. — Киота, не скрою, твоя задумка была весьма оригинальной. Но ты ошиблась в своих расчетах ровно в тысячу раз. Не учла коэффициент сопротивляемости магического поля. Удивительно, что Дольшера вообще не разорвало от твоего привета на множество крошечных кровавых кусочков. Да, кузен, пользуясь случаем, выражаю искреннее восхищение системой безопасности в здании департамента. Не каждый стационарный щит способен выдержать такой удар.