Она сверкнула карими глазищами и, задрав подбородок, отправилась к мистеру Бугару. Оказывается, он и его сын уже ждали у моста.
Я же посмотрел на лекаря Чаоморро. Тот как раз поднялся, как ни в чем ни бывало, и, отряхнув тощий зад, пошел к карете. «Может быть, это и есть его методика лечения? — подумал я. — Он просто выжидает. пока пациенты поправятся сами. Или не поправятся»…
А тем временем моя спина совсем перестала болеть.
Но списывать это на чудодейственное действие рук мнимой знающей я не собирался. Объяснение нашлось быстро: видимо, пока я выпрямлялся, поставил какую-то косточку на место. И все прошло. А она выдала мой успех за свой. Или использовала какой-то сильный согревающий артефакт? А может и правда знает пару заклинаний и обладает толикой магии, чтобы лечить сорванные спины? Тогда ясно, для чего она меня спровоцировала. Чтобы потом эффектно снять боль и взять втридорога!
В общем, со мной ее номер не прошел. И желание разоблачить шарлатанку только возросло в разы.
4
Однако, дорога в город и встреча с любимой «болезной» тетушкой все же остудила мой пыл. Во-первых, поразило «захолустье». Терновые глубинки раскинулись прямо среди леса и гор. Этот городок оказался весьма милым, даже уютным. Небольшие двух и трехэтажные здания тянущиеся вдоль дороги выглядели ухоженно, люди по улицам ступали неспешно и смотрелись вполне пристойно, больше того — нашему экипажу встретились минимум два магобиля. Значит, жители здесь вовсе не были настолько оторваны от цивилизации, как я думал изначально.
Что же касается тетушки: леди Василианна Торш обнаружилась в одном из частных секторов на окраине городка. Снятый ею двухэтажный домик был выкрашен в веселый сиреневый цвет и имел весьма свежий, приятный вид. Как. впрочем, и сама «болезная».
— Дорогой мой! — радостно сказала она, выйдя мне навстречу. — Ты приехал погостить! Как это мило с твоей стороны! Такая забота о родне дорогого стоит! Как же ты выбрался и бросил все свои важные дела?
Я замер,осмысливая услышанное. От нехорошего предчувствия защекотало под ложечкой. Так бывало во время судебных разбирательств. Иной раз думаешь, что предусмотрел все варианты и готов ко всему, и тут оппонент вынимает козырь из рукава, полностью меняя мою позицию со стоячей на полу-согнутую…
— Дорогая тетушка, — опасливо начал я, — ты прислала домой телеграмму.
— Да-да, — кивнула леди Василина, продолжая радушно улыбаться.
Я протянул ей уже изрядно смявшийся лист, на котором был запечатлен крик о помощи.
— Моя телеграмма, — обрадовалась тетушка. — Даже помню, как ее отправляла. В тот день на улице похолодало, так что я даже подумала, что стоило накинуть шаль перед выходом. Но ничего, освежилась. Вернулась домой и попросила Молли — это моя горничная здесь — сделать малиновый чай.
— Чай? — переспросил я, прищурившись.
— Малиновый, — подтвердила ни капли не смутившись тетушка. — А кто это с тобой, дорогой мой?
Со мной? Я обернулся и вспомнил о лекаре.
У несчастного снова отклеился ус.
— Это мистер Чаоморро, — представил я своего спутника. — Он прибыл лечить тебя.
— Миледи, добрый день, — проскрипел лекарь. — Где я могу умыться после долгого пути?
— Ну, конечно, вы же устали! — опомнилась тетушка. — Сейчас Молли все организует. Пойдемте в дом. Дорогой племянник, из гостевых спален открывается совершенно чудесный вид на лес. Ты будешь в восторге.
— Не думаю, что мне нужна спальня, — догнав любимую родственницу у двери, сказал я. — Если у тебя все в порядке,мы с мистером Чаоморро вернемся в столицу.
— Через неделю — обязательно, — согласилась тетушка. — А до этого поезда нет. Ты только не волнуйся, дорогой. За то на следующей неделе будет сразу два!
— Этого не может быть, — пробормотал я. — Мы не могли застрять здесь на семь дней.
— Почти восемь, — подсказала леди Василианна. — Но, уверяю, вам понравится. И тебе. и тому странному человеку с отклеивающимися усиками. Зачем ему это, дорогой?
Тетушка стрельнула глазами в сторону Чаоморро, о чем-то беседующего со здоровяком Эннизом, привезшим нас на экипаже.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Думаю, у него комплексы, — пожал я плечами. — Ростом мужчина не вышел, комплекцией тоже. Голос… сама слышала. И очки эти… Для солидности клеит усы. Зачем же еще? Хотя, по мне, они портят его еще больше.
— Соглашусь с тобой дорогой, — кивнула тетушка. — Но, должно быть, этот человек— замечательный специалист.
— Лучший, — кивнул я. И, опомнившись, уточнил: — К слову, о специалистах! Я встретил местную знающую. Ты в курсе, что здесь есть таковая?
— Конечно, — кивнула леди Василианна. — Анни — прекрасная девушка. Она иногда забегает ко мне узнать, как здоровье.
— И, наверняка, дает какие-то рекомендации? — подбодрил тетушку я. — Или лекарства собственного приготовления?
— К сожалению, лекарств не дает, — посетовала леди Василианна. — Анни еще в первое наше знакомство сказала мне, что во мне жизни больше, чем во многих молодых. А из всех рекомендаций дала лишь одну — больше гулять на свежем воздухе. И, ты знаешь, я последовала совету, так что теперь действительно чувствую себя еще лучше прежнего!
— Но зачем тогда была телеграмма такого содержания? — снова разозлился я, показав на злосчастный лист в руках тетушки.
— Я приглашала тебя приехать, — спокойно ответила она, — и очень надеялась, что ты успеешь на ближайший поезд. Следующий ведь только через неделю, дорогой. А я скучала.
— Можно было написать понятней, — сказал я устало.
— И доплатить по центу за каждое слово? — поразилась леди Василианна. — Здесь и так все очевидно. Основной замысел я вложила и переплачивать не собираюсь. А теперь, когда мы все выяснили, пойду велю Молли устроить вас с лекарем, как дорогих гостей. Бери чемодан и пойдем. Кстати, он ушел.
— Чемодан? — не понял я.
— Мой лекарь из столицы. Ушел куда-то с Эннизом, — пояснила тетушка задумчиво.
— Вернется, — отмахнулся я и прикрыл глаза ладонью.
Я попал в ловушку эксцентричной тетушки, просто пожелавшей видеть меня в гостях. И нагрубил девушке из-за собственных домыслов. Конечно, настоящей знающей эта Аннабель быть не могла, ведь такие маги считались огромной редкостью и жили в шикарных условиях. Кроме того, насколько я помнил, подобный дар развивался медленно, достигая пика лишь в очень зрелом возрасте. Годам к тридцати пяти минимум, а в идеале после сорока пяти. Девице Аннабель на вид было около двадцати с небольшим, а она уже излечила его простым наложением рук и заговором. Бред! Шарлатанство любого рода должно пресекаться на корню, и, разумеется, я был прав, когда дал ей понять, что не стану очередной жертвой.Пусть держится подальше от меня, тем более, что я застрял здесь на неделю! Бросил все дела, сорвал с места лучшего лекаря, примчался в забытый всеми городок и должен прозябать в нем следующие восемь дней.
Злость и бессилие накрыли с головой и требовали назвать имя виновного, чтобы собрать доказательную базу, довести дело до суда, выиграть процесс и как следует…
— Дорогой, я заварю тебе свой успокаивающий чай, — пообещала тетушка, явно понимая мое настроение и перебивая нехорошие мысли. — И велю накрыть стол в гостиной. Там шикарный камин. Помнишь, как ты любил проводить время рядом с живым огнем в вашем старом поместье? Треск поленьев, уютное тепло…
Я помнил. Как и вечную занятость родителей. За то тетушка Василианна всегда была рядом: гуляла со мной и моей младшей сестрой, читала нам книги у того самого камина, мазала мне разбитые коленки зеленкой и рассказывала о невероятных магах, что могли бы убрать болячку одним наложением руки. Потому что они знают древние секреты и заговоры, и их дар передавался из поколения в поколение, становясь все более ценным и редким…
— Согласен на чай и камин, — сдался я, посмотрев на тетушку.
И беспокойство исчезло из ее голубых глаз.
5
Аннабель
