Читаем без скачивания Бей врага в его логове! Русский десант в Америку - Владислав Морозов

Понятно, что, к примеру, до ползущих на головокружительной высоте В-52 (их инверсионные следы были мне еле-еле видны) на моём «старичке» я нипочём не дотянусь. До них и новые Миг-19 не очень-то достают. А значит, надо бить то, что ближе. Пока мне самому фатально не дали сдачи.

Между тем ближе всего находилась группа из девяти однодвигательных истребителей-бомбардировщиков.

Свалился я на эту идущую на крейсерской скорости девятку, похоже, совершенно неожиданно для её пилотов. Выскочил так близко от них, что ясно рассмотрел характерные тупоносые силуэты с длинным, загнутым назад килём и широкими стреловидными крыльями, под которыми торчали гроздья бомб и зажигательных баков с напалмом. Более всего вражеские самолёты походили на «Сейбры». Но я отметил для себя, что самолёты были из Корпуса морской пехоты США. На их светло-серых фюзеляжах, помимо белых звёзд на синем фоне, выделялись чёрные надписи «MARINES» и эскадрильные эмблемы в виде красной молнии на белом фоне. На что это похоже? А, вспомнил! Это же FJ-4, или «Фьюри», морской, палубный вариант знаменитого «Сейбра» F-86. Машина не столь известная, как её сухопутный прототип, поскольку её активная служба началась после Кореи, а закончилась раньше, чем в небе Вьетнама начали воевать всерьёз. Ладно, «Фьюри» так «Фьюри». Мы не привередливые.

Я чётко определил ведущего группы – «Фьюри» с чёрными цифрами «16» на фюзеляже и верхушке киля. Ну а зная, с кого начинать, можно было приступать. Я сбросил ПТБ, начисто отсекая себе последнюю возможность к возвращению, и «миг», словно почувствовав облегчение, резко (как мне показалось) прибавил скорость. А через секунду я начал стрелять.

Похоже, эти морпеховские летуны поняли, что их атакуют, только когда разорвались первые мои снаряды. В реактивную эру воздушные бои вообще скоротечны, и всё заняло считаные секунды. Я, стреляя из всех трёх стволов, всадил в них десятка три 37-мм и полсотни 23-мм снарядов.

В основном досталось машине ведущего вражеской девятки. Его «Фьюри», схлопотав десяток попаданий, клюнул носом и красиво взорвался в воздухе. Из огненной вспышки всё-таки вылетело кресло с человеческой фигуркой, над которой чуть позже раскрылся бело-оранжевый парашют. Счастья тебе, дорогой мистер, и долгих лет в том дымном радиоактивном аду, который тянется у нас под крыльями!

Ещё один, получивший пару попаданий, ведомый «Фьюри» начал падать вертикально, показав длинный язык пламени из сопла двигателя, и я быстро потерял его из виду. За третьей машиной, которую, видимо, зацепило лишь слегка (не исключено, что обломками самолёта ведущего), потянулся белёсый шлейф вытекающего керосина. Значит, этот тоже в принципе уже «не жилец». Оставшаяся шестёрка мгновенно освободилась от бомбовых подвесок (далеко внизу, на земле, заплясали вспышки разрывов, добавили сами себе хаоса, придурки…) и, резко увеличивая скорость, разошлась в стороны.

Я, выйдя из атаки, перевернул машину вверх брюхом и начал резко снижаться, понимая, что они очень быстро сориентируются, поймут, что я здесь всего один, и навалятся на меня вшестером. Я здраво оценивал свои дальнейшие шансы весьма невысоко. Но реально всё случилось ещё быстрее.

Едва я выровнял «пятнашку», перейдя в горизонтальный полёт над дымной зеленью земной поверхности, как в кабине замигала лампочка, информировавшая меня о том, что меня облучают радаром, атакуя со стороны задней полусферы, и мои шансы пережить эту атаку, видимо, равны нулю…

Но даже в этой безнадёжной ситуации, когда «наши не пляшут», я сумел напоследок подгадить америкосам. Почему-то первый из атаковавших меня в хвост истребителей (а это оказался «Супер Сейбр» F-100) не стал выпускать ракеты «воздух – воздух», а открыл огонь из четырёх своих 30-миллиметровок. Наверное, решил маленько сэкономить. От его пушечных трасс я кое-как увернулся и, более того, почти нечеловеческим усилием сумел довернуть тупой нос Миг-15 в хвост выходящего из атаки F-100, на доли секунды поймав «Супер Сейбра» в прицел. Почти все оставшиеся у меня в запасе снаряды попали в массивный серебристый силуэт с длинными стреловидными крыльями. Последовала яркая керосиновая вспышка и падение на флоридскую землю ещё одной рукотворной «кометы».

А дальше случилось полное и окончательное «алаверды» со стороны ВВС США. Конечно, первые «Сайдуиндеры» были ещё довольно примитивны в плане наведения на цель и точности попадания. Но попробуйте увернуться от десятка ракет сразу, да ещё на Миг-15бис! Как минимум три ракеты попали точно в цель. Одна, похоже, влетела точно в сопло двигателя, а ещё две или три добавили зрелищности в этот фейерверк, нашинковав зловредный «пятнадцатый» в мелкие брызги металлического лома. Я почувствовал только сильный удар сзади и больше ничего. И никаких особо неприятных ощущений вроде распада на атомы…

Разбудило меня телебеньканье стоящего на столе внутреннего телефона. Солдат спит, а служба, что характерно, идёт. А вот не фиг сидеть над личными делами подчинённых и прочими документами за полночь, а то сморит прямо за рабочим столом в собственном кабинете среди бела дня, как меня сегодня…

– Да, – сказал я, снимая трубку.

– Товарищ майор, – сказал на том конце провода приятно-эротичный голос красавицы Аньки Макеевой, штабной секретарши в звании младшего лейтенанта. – Вас к начштаба, срочно!

– Иду, – ответил я, повесил трубку, зевнул и посмотрел за окно, где январская позёмка колыхала высоченные сугробы.

Интересно, почему это мне довольно часто снится всякая фигня про войны, которых даже никогда не было? Приснилось бы, как я, скажем, сижу за прицелом поставленной на прямую наводку в заснеженном окопе дивизионной пушки ЗИС-3 и, разрывая ворот ватника, ору не своим голосом: «Снаряд, мать вашу!»

Понимая, что «Тигр», в который я целюсь, всё-таки успеет выстрелить первым…

Так нет же, Куба, Карибский кризис, атомная война…

Впору психиатру показаться, да где его сейчас найдёшь – психиатра-то? У нас нынче каждый сам себе психиатр…

Глава 1. Вызываем огонь на себя. Ну очень дальний рейд

Есть люди, старательно оформляющие местность, по которой ты в последний раз бежишь на пулемёт…

Ближайшее будущее. Начало 2020-х. Ангола. Атлантическое побережье. Середина зимы.

– Доведут тебя, майор, эти твои специфические бабы с их специфическими заданиями до столь же специфического цугундера, – сказал мне начштаба нашей бригады полковник Черепанов донельзя назидательным тоном. – Помяни моё слово, доведут.

Своим слегка испитым лицом Черепанов смахивал на нестарую версию известного когда-то актёра М. Ульянова из фильма «Председатель» (если кто сейчас, конечно, вообще помнит про то, что этот фильм и такой актёр вообще существовали в природе), и оттого его речь почему-то напоминала мне собрание в сельсовете, а сам Черепанов – обделавшегося то ли парторга, то ли пророка.

Я же, будучи срочно вызван в его начальственный кабинет, по законам воинской дисциплины молча слушал, ел начальство глазами и рассматривал наградные планки на груди его кителя, а также портреты вождей, висевшие на стене за спиной Черепанова. Не знаю почему, но Первый Маршал на портрете в этой комнате имел лёгкое косоглазие, дефект печати, не иначе…

А срочные вызовы всегда вещь не из самых приятных. Особенно когда после новогодних праздников долгое время занимаешься непыльной бумажной работой в штабе. Хотя до сего момента дела вполне себе шли своим чередом, бригада неспешно (как обычно, отдельными ротами и иногда батальонами) воевала там и сям, по всяким дырам и окраинам. И по итогам новогоднего веселья уже помаленьку накопились и проштрафившиеся.

– Какие бабы-то, Андреич? – спросил я начштаба, изобразив непонимание, в стиле «Тимура и его команды» дедушки Гайдара. – Объясни толком, а то сижу тут, никого не трогаю – и вдруг война, труба, ультиматум…

– Всё шутишь? Ладно. Часа два назад пришла по твою душу шифровка. Хотят тебя «с людями» на очередное, очень специальное задание, какой-то дурацкий код «Данута». А «Данута» – это, я так понимаю, пресловутая подполковник Голяк из этой грёбаной псевдонаучной конторы?

Здесь я как-то внутренне напрягся. После нашего крайнего разговора с «неистовой Данкой» в начале осени от неё была только одна депеша, где говорилось лишь о том, что «миссия переносится на весенний период из-за дипломатических и прочих формальностей». Я тогда ещё с облегчением подумал, что раз Канада откладывается как минимум до весны, то, может, и совсем пронесёт от дальнейших встреч и контактов. Ан нет, как оказалось, не пронесло…

– Она самая, – ответил я. – Та, что нас в Сербии и Северной Корее припахала по своим делам. А что?

– Да ничего. Просто я так понимаю, что до того их НИИ было принято посылать подальше. Всеми и всегда. Кстати, любой другой на твоём месте в той же Сербии намертво упёрся бы рогами и скандалил с криком и визгом вплоть до Генштаба и самого Сан Саныча на тему того, что не будет заниматься чёрт знает чем. А ты чего-то особо не возражал…