Читаем без скачивания В сутках двадцать четыре часа - Владимир Киселев

Но одного пролетарского происхождения было еще недостаточно, чтобы доверить человеку такой ответственный пост, как руководство НКВД. Для Владимира Ильича не менее важным было, чтобы пролетарские руководители были авторитетными и в глазах передовой интеллигенции, старых специалистов, которых страна привлекала к строительству нового общества. Нарком отвечал и этим требованиям.

Имя Григория Ивановича Петровского многим представителям передовой русской интеллигенции было известно еще до Великой Октябрьской социалистической революции. В 1912 году он был избран депутатом в IV Государственную думу. Каждое выступление Петровского с трибуны Думы звучало призывом народа к борьбе с царизмом за свои права и свободу. Вся Россия слушала речи Петровского.

Царская охранка ни на минуту не выпускала его из поля зрения. В какой бы город он ни ехал, за ним всюду следовали шпики. Жандармский чиновник 5 ноября 1912 года докладывал начальству:

«Рабочий элемент очень доволен избранием в члены IV Государственной думы рабочего завода «Провиданс» Григория Ивановича Петровского, который является убежденным, деятельным работником партии социал-демократов, и рабочие надеются, что он будет ярым защитником интересов рабочего класса…»

Жандарм не ошибся. В каждом своем выступлении с думской трибуны Петровский очень активно отстаивал права и интересы народа…

Григорий Иванович неоднократно виделся с Лениным. Владимир Ильич много раз помогал Петровскому составлять думские речи. Как вспоминает сам Григорий Иванович, впервые они встретились в конце 1912 года в польском городе Кракове, куда к Ленину приезжали депутаты-большевики.

«Мы, рабочие-депутаты, — писал Петровский, — были поражены скромностью и простотой Владимира Ильича, на квартире которого работало совещание и где мы также обедали (готовила Н. К. Крупская, помогали ей женщины — участницы совещания). Изумило нас и то, как хорошо знал В. И. Ленин, хотя он долго находился в эмиграции, настроения рабочих России, как внимательно вникал во все вопросы, имеющие отношение к рабочему движению, как глубоко он обобщал отдельные явления, приучая к этому и нас, революционеров-практиков…»

Совещание проходило в маленькой комнате Ленина. Мебель в ней была простая — стол, стулья, книжный шкаф; на стенах приколоты газеты самых различных политических направлений, и в них карандашом отчеркнуты статьи и абзацы, которые заинтересовали Ленина. На подоконниках, на письменном столе — журналы, книги и рукописи с бумажными закладками между страниц.

Свободные от заседаний часы Ленин проводил в беседах с рабочими-депутатами.

«Ленин особенно интересовался, как я делаю доклады на подпольных собраниях, составляю ли конспекты. Я подробно рассказывал ему о моих докладах. Ленин одобрил и построение, и содержание этих докладов, сделал кое-какие замечания…»

В Кракове Петровский, по предложению Ленина, был избран в члены Центрального Комитета РСДРП.

В 1914 году царская полиция арестовала рабочих-депутатов Государственной думы и устроила над ними судилище. На этом нашумевшем процессе Петровский даже под угрозой смертной казни не побоялся царских судей и выступил с обличительной речью против царизма. О его мужественном поведении узнала вся передовая Россия. Суд приговорил рабочих-депутатов к пожизненному поселению в Сибири, в далеком Туруханском крае.

Яков Михайлович Свердлов, восхищаясь поведением Петровского на суде, писал одному из товарищей по революционной борьбе:

«…Что за хороший тип Петровский! Удивительная чистота, искренность, преданность своему долгу, делу. Именно таким он и остался у меня в памяти по личным впечатлениям. И рос прямо-таки на глазах. Письма его обнаруживали этот рост. За него не страшно. Он удержится на высоте…»

Да, Григорий Иванович Петровский, верный ленинец, всегда был на высоте.

Помимо строительства, создания органов Советской власти снизу доверху на Наркомат внутренних дел была возложена и другая важная задача — борьба с контрреволюцией. И та и другая для Советской республики были первостепенными. Одно ясно: успешно бороться с врагами революции мог человек политически зрелый, опытный, храбрый и мужественный.

Не имея возможности учиться в школе, Петровский с юношеских лет стал заниматься самообразованием, готовить себя для борьбы с самодержавием. Петровский изучил марксистскую литературу, любил читать книги по истории, особенно о вождях народных восстаний. Книги воспитывали его, аресты и ссылки не сломили волю, не ослабили революционного духа.

Когда произошла Февральская революция, Петровский находился в Якутске, куда на вечное поселение, в ссылку, упрятало его царское правительство. 3 марта 1917 года политические заключенные узнали о том, что в Петрограде свергли царя. Через несколько дней после получения этого известия ссыльными большевиками был создан Комитет общественной безопасности Якутска. Петровского избрали его председателем. Чтобы предупредить возможные контрреволюционные действия, организовали вооруженный отряд, заняли телефонную станцию, телеграф, упразднили старую полицию, назначив начальником милиции своего человека.

Петровский уже к этому времени имел немалый опыт вооруженной борьбы, который приобрел еще на баррикадах 1905 года. В октябре 1905 года в Екатеринославе полицейские и казаки расстреляли рабочих, которые вышли на демонстрацию. Когда после первых залпов конные казаки начали топтать людей конями, бить нагайками, многие дрогнули, бросились бежать. Но нашлись смельчаки, которые вступили в рукопашную схватку, пустили в ход камни с мостовой. Петровскому с товарищами удалось отобрать у полицейских револьверы. Они ответили на насилие огнем, призывали рабочих строить баррикады.

Первыми на призыв большевиков отозвались на Чечелевке — в рабочем районе города. Здесь шел уже настоящий бой. Рабочие дружины ответили на огонь карателей стрельбой из охотничьих ружей и револьверов. Тогда-то и возникла знаменитая «Чечелевская республика». Она просуществовала немногим более месяца, но наглядно продемонстрировала силу народа.

Самую большую баррикаду соорудили на Первой Чечелевской улице. С фронта и флангов восставшие рабочие выкопали глубокий ров, протянули поперек улицы проволоку от конных жандармов и казаков. Защищало баррикаду несколько сот человек, вооруженных револьверами, винтовками, ружьями. Руководил обороной Петровский с товарищами.

Бой не прекращался. Отбив очередную атаку, защитники баррикады получили небольшую передышку. Солдатам не очень-то хотелось лезть под выстрелы рабочих.

Неожиданно на баррикаде Петровский встретил жену — Домну Федотовну. Вместе с другими женщинами она подносила патроны, перевязывала раненых, набивала мешки землей, насыпала земляной вал. Свидание было коротким, но радостным.

Не имея достаточно оружия, связи и поддержки от других городов и сел, рабочие дружины не могли противостоять натиску регулярной армии. Восставших разгромили. Но этот урок для рабочих не прошел бесследно. Борьба на баррикадах закалила их волю, а опыт уличных боев им пригодился в 1917 году.

13 октября рабочие хоронили товарищей, погибших на баррикадах. Даже губернатор и полиция побоялись нарушить скорбное шествие пролетариата Екатеринослава, помешать похоронам. Петровский предложил организовать фонд помощи рабочим, чтобы выдавать деньги наиболее нуждающимся семьям.

И вот теперь он — нарком внутренних дел.

Сразу же после назначения на эту должность он со всей страстностью приступил к работе. Партия доверила ему карающий меч революции. Между тем враги ожидали момента, чтобы ударить ей в спину. Белогвардейские офицеры создали подпольные боевые организации «Союз спасения родины», «Военная лига» и другие. Они уже стали переходить к открытым действиям.

14 января 1918 года на темной улице белогвардейцы обстреляли автомобиль В. И. Ленина. К счастью, пули не задели Владимира Ильича, но нападавшие серьезно ранили ехавшего вместе с Лениным швейцарского социал-демократа Фрица Платтена. А спустя несколько дней неизвестными был остановлен автомобиль наркомвнудела, в котором в этот раз вместе с Петровским ехали сотрудники наркомата. Угрожая оружием, налетчики обыскали Петровского и его товарищей. У члена коллегии Правдина нашли пистолет и хотели его расстрелять. К счастью, на шум подошел красногвардейский патруль. Завидя его, налетчики бросились врассыпную и через проходные дворы скрылись. Задержать никого не удалось.

Эти случаи обсуждались на заседании Совнаркома. Нужно было принимать срочные меры. По предложению Петровского, в Петрограде было введено военное положение. Движение по улицам разрешалось до определенного часа, красногвардейские патрули и милиционеры имели право задерживать каждого подозрительного человека. А налетчиков расстреливать на месте.