Читаем без скачивания Краденые деньги не завещают - Николай Леонов

Видя, что потенциальные «респонденты» серьезно разволновались, Гуров поспешил в подъезд. В последнюю секунду заскочив в уже закрывавшиеся двери лифта, он поднялся на восьмой этаж, где находилась квартира Красновых, и нажал кнопку звонка.

– Ах, это вы! – произнес, впуская его, седовласый мужчина, несмотря на жаркий август, облаченный в теплые трико и «душегрейку» из овчины. – Что ж, проходите. Не волнуйся, Лия, этот молодой человек просто хочет нас ненадолго арестовать.

– Ни в коем случае! – стараясь придать улыбке максимум доброжелательности, возразил Гуров. – Всего лишь – исполнить простую формальность. Вы ведь знаете, после кончины вашего подопечного остался «бесхозным» довольно значительный капитал, а это у многих вызывает нездоровый интерес. К нам поступают заявления, и наша обязанность – своевременно реагировать на них. Если вам известно, к кому, согласно воле завещателя, должны перейти деньги в случае смерти Сергея Чугуева, наш разговор займет всего несколько минут. Это, собственно, единственное, что мне необходимо установить.

– Лия, этот человек думает, что мы хотим присвоить чужие деньги, – вновь с тревогой обратился человек в «душегрейке» к миниатюрной женщине, сидевшей в кресле.

– Да нет же, – начал терять терпение Лев. – Никто вас ни в чем не подозревает. Я прошу только ответить на простой вопрос, который вы как опекуны Сергея Чугуева, наверное, выяснили еще на начальном этапе оформления документов. Вы общались непосредственно с самим господином Заберовским? Или знакомы с ним через какое-то третье лицо?

– Что вы! – в неподдельном изумлении поднял брови Самуил Иосифович. – Мы – простые люди, у нас нет таких знакомых. Нас просто попросили подписать документы, сказали, что нужно будет навестить мальчика. Он был очень болен. Конечно, мы согласились. Как можно отказать? Бросить больного мальчика на произвол судьбы – это бесчеловечно! У нас у самих дочь. У нее магазин мужского белья, называется «Аполлон». Очень прибыльное дело. К тому же нас попросили такие уважаемые люди. Как можно отказать? Лия, этот человек думает, что мы какие-то монстры.

– А вот документы, которые вы подписывали, вы читали их содержание? – спросил Гуров, из последних сил пытаясь отыскать здесь хоть какое-то рациональное зерно.

– Ах, молодой человек! Для чего нам читать все эти бумаги, от которых только лишнее беспокойство? Нас попросили уважаемые люди, почему бы не сделать им приятное? Тем более если нужно кому-то помочь. Мы съездили в больницу, там не очень плохие условия. Никто не знал, что этот мальчик так быстро умрет.

– А вот эти уважаемые люди, которые вас попросили, кто они?

– Лия, он спрашивает, кто такой Захар. Ты слышишь? Как можно не знать Захара? Его знают все.

– Чем же он так знаменит? – чувствуя, что уже близок к стадии «белого каления», спросил полковник.

– Ах, молодой человек! Вы такой здоровый и сильный, конечно, вы не знаете. Но если у вас случится беда, вот поверьте моему слову, вы сразу узнаете, кто такой Захар.

«Да скажешь ты сегодня хоть что-нибудь внятное?!» – вне себя от ярости, мысленно воскликнул Лев, чувствуя, что от нечеловеческих усилий, направленных на то, чтобы сохранять на лице доброжелательную улыбку, у него вот-вот начнется нервный тик.

– Подожди, Самуил, – неожиданно донеслось с кресла. – Наш гость, наверное, хочет узнать, что написано в завещании.

– Да! Именно! – с энтузиазмом утопающего, заметившего соломинку, почти прокричал бедный полковник.

– Но мы не знаем этого, уважаемый господин, – ласково улыбаясь, сказала миниатюрная женщина, лицо которой, обрамленное седыми кудряшками, напоминало изображаемых на античных полотнах херувимов. – Завещанием занимались душеприказчики. Захар и еще какой-то господин. Об этом вам лучше спросить у нашей дочери. У нее магазин мужского белья. Здесь недалеко. Называется «Аполлон». Очень прибыльное дело.

– То есть сами вы в подробности не вникали и о том, к кому переходит наследство, ничего не знаете? – обратился Гуров к миниатюрной женщине, надеясь хоть здесь найти признаки адекватности.

– Нет, – просто ответила она.

– А какие-нибудь координаты душеприказчиков, хотя бы этого Захара, у вас имеются?

Лев хорошо помнил, что в документах по делу Заберовского, содержащих, в общем-то, довольно подробную информацию о фигурантах, в том числе и их координаты, не было практически никаких сведений о душеприказчиках, и сейчас очень надеялся восполнить этот пробел.

– Ах, молодой человек! – вместо внятного ответа вновь услышал он голос главы этой замечательной семьи. – Мы с женой – пожилые люди. Для чего нам знать все эти координаты? Если человек захочет повидаться с нами, он сам придет. Вот вы же пришли. И Захар так же. Когда ему нужно, он сам приходит. Но об этом лучше известно нашей дочери. Если хотите, можете поговорить с ней. У нее магазин мужского белья.

– Да, я понял.

Наскоро распрощавшись с «милейшей семейной парой», полковник, весь в мыле, выскочил в коридор. Необходимость держать себя в руках во время этой изумительной беседы потребовала столько усилий, что, спускаясь в лифте на первый этаж, он чувствовал себя так, будто возвращался не из обычной городской квартиры после разговора с двумя пожилыми чудаками, а из парной после усиленных процедур.

«Не знаю, насколько невменяемым был сам Чугуев, но опекуны его невменяемы стопроцентно», – думал Гуров, выходя из подъезда и окидывая взглядом окрестности в поисках чего-то, что можно было бы принять за магазин мужского белья. Однако претенциозной вывески с надписью «Аполлон» нигде не наблюдалось.

Добыть координаты душеприказчиков так или иначе было необходимо, и Лев решил прогуляться, чтобы, с одной стороны, немного поразмыслить над сложившейся ситуацией, а с другой – попытаться отыскать дочь Красновых и наладить с ней контакт.

«Если у нее свой бизнес, должна же она хоть что-то соображать, – думал он, вышагивая по тротуару. – Вообще, дело принимает довольно интересный оборот. «Главный наследник» неисчислимых капиталов откровенно недееспособен, опекуны, хотя в качестве пациентов нигде не числятся, но по факту столь же мало адекватны и фигурируют здесь явно лишь в качестве необходимой формальности. О чем это говорит? Только об одном: кто-то очень плотно контролирует ситуацию, сам оставаясь в тени. Кто он? Новый «законный» наследник? Или какой-нибудь «серый кардинал», не связанный родственными отношениями ни с кем, но каким-то образом сумевший сделать так, чтобы после смерти Чугуева деньги перешли к нему? Вопросы интересные. Но самое занятное даже не это, а то, что все эти загадочности, несомненно, были заложены еще при составлении завещания, следовательно, при самом активном участии самого Заберовского. Какую цель преследовал он, наворачивая всю эту кучу-малу? Хотел разбросать украденные из казны деньги как попало, из соображений «так не доставайся же ты никому»? Или здесь имеется некий более реальный интерес?»

Тут Гурову пришлось прервать свои размышления, поскольку он увидел на фасаде одного из близлежащих домов искомую вывеску с именем античного бога.

Уже на подходе к магазину Лев услышал отзвуки весьма оживленной и эмоциональной беседы. По случаю знойного летнего дня входная дверь была распахнута настежь, и каждый прохожий мог приобщиться к обсуждению тонкостей конкретного индивидуального предпринимательства.

– Эльвира Самуиловна, и когда вы уже пристегнете нам эти ценники, я вас умоляю! – доносился из магазина возмущенный мужской голос. – Клиент спрашивает за трусы, а я должен стоять здесь как не родной.

– Ой, Наум Маркович, я буквально с вас смеюся! – в тон ему отвечал женский голос. – Вы такой взрослый мужчина и не можете ответить клиенту за трусы. Отвечайте там, где вас спрашивают. Говорите цену, и все. На что они дались вам, эти бирюльки?

– Бирки, Эльвира Самуиловна, бирки! Они необходимы мне, как воздушная атмосфера.

Исполненный самых нехороших предчувствий, Гуров решительно направился к дверям магазина, внутренне уже готовя себя к тому, что сейчас ему предстоит еще один своеобразный разговор, очень похожий на предыдущий. Но других возможностей получить какую-то информацию о душеприказчиках на горизонте не возникало, и он решил терпеть до конца.

– Вот у меня здесь работала Соня, – между тем продолжался оживленный диалог. – Молоденькая девочка, а трусы из-под нее уходили, как горячие пирожки. Страшно сказать, как довольны были клиенты. И без всяких бирюлек. Правда, однажды пришли сразу двое… Таки пришлось ее после них уволить. А что вы думаете, у меня магазин, а не бойцовский клуб. А вот и наш покупатель! – радостно воскликнула, увидев входящего Гурова, средних лет полная женщина с ярко-рыжими волосами. – Здравствуйте, мужчина, желаете приобрести белье? Так это прекрасно, что вы зашли сразу к нам. Такого ассортимента нигде больше не найдете. Подберем вам все нужное прямо по фигуре. Какой у вас размер?