– Нормально выпей. Я не могу разговаривать с тобой, пока ты так напряжена.
Катрин сделала несколько долгих глотков, и жидкость быстро побежала по пищеводу, разогревая его и желудок. Она почувствовала, как усталость уходит. Плечи её расправились, в груди словно рассосался ком. Катрин сделала первый глубокий вдох и ощутила, что тело её стало легче, а мысли – чётче.
– Совсем другое дело. Вкусно?
Катрин лишь громко выдохнула в ответ.
– Почему у вас в квартире камин?
– Давай так. Меня зовут Вероника, можно просто Вера. Обращайся ко мне по имени и на «ты» – я же не бабка старая.
Катрин всегда думала, что уменьшительное от Вероники будет Ника, но, видимо, её новой знакомой больше нравилось так. Что ж, Вера так Вера.
– Камин здесь, потому что мне так угодно: я не вижу смысла не иметь чего-либо, если оно мне нужно.
– Вы, наверное… – Катрин не успела закончить, потому что Вера погрозила ей пальцем. – Извини. Ты, наверное, очень богата, раз можешь поставить у себя дома камин?
– Богата? Деньги для тех, кто ничего не может сам. Мне не нужно быть богатой, чтобы иметь камин – я вполне могу поставить его где захочу, без помощи этих грязных бумажек.
– Ты же не продаёшь наркотики? – Катрин понимала, как глупо звучит этот вопрос, но не могла не спросить.
Вера лишь помотала головой и негромко хихикнула.
– На что же ты тогда живешь?!
– Живу на полную катушку. Шутка, – она не стала дожидаться реакции и продолжила. – На самом деле мне не нужны деньги в принципе. Моя помощь сто́ит гораздо дороже, чем какие-то бумажки, и люди готовы делиться со мной самым ценным, тем, что не купишь ни за какие за миллионы.
Девочка сделала ещё пару глотков из бокала.
– Вижу, что ты пока ничего не понимаешь из того, что я говорю. Давай, я начну по порядку. Допустим, для перемещения по миру не всегда нужен транспорт, значит, не нужны и деньги, чтобы этот транспорт оплатить. Вот, например, мы сейчас не там, где ты думаешь.
– В каком это смысле?! – Катрин нахмурилась. Она не любила, когда из неё делают дурочку, а сейчас, кажется, происходило именно это.
– В прямом. Иди и посмотри в окошко.
Катрин встала с дивана и медленно подошла к окну, откуда в комнату лился яркий свет, хотя с утра и в течение всего дня синоптики обещали пасмурную погоду. Она медленно отвела в сторону красивый кружевной тюль и увидела за стеклом огромное снежное поле. Солнце искрилось на белоснежной поверхности и слепило глаза. Вдалеке виднелась длинная полоска хвойного леса, спящего под белым покрывалом.
– Ах, – она не смогла сдержаться и прикрыла рот рукой. – Куда делся наш двор?! Это картинка?!
– Нет, это Норвегия. У меня там дом, а это – одна из его комнат.
– Этого не может быть, – шептала Катрин, трогая пальцами тёплое стекло.
– Может, поверь мне. И это лишь часть того, в чём тебе предстоит разобраться.
«Потрясающе», – Катрин начала водить рукой по оконной раме в поисках ручки.
– Не-а, ничего не выйдет, дорогуша, это окно по-прежнему ведёт в твой родной Мухосранск.
– Но я же вижу пейзаж за окном – там явно не мой город! – не поверив, Катрин всё-таки повернула ручку, и в комнату тотчас ворвался запах родной улицы.
Она выглянула в окно и увидела, что находится на третьем этаже своего дома, от стен которого кусками отваливается штукатурка. Катрин закрыла окно, и за ним снова появилась сказочная белая страна. Она еще некоторое время любовалась чудесным видом, как заворожённая, а затем повернулась к Вере и серьёзно спросила:
– Это ведь всё не взаправду, так? Ты разыгрываешь меня, издеваешься?
– Поверь, у меня есть дела поважнее, чем пытаться «развести» малолетнюю соседку.
Аргумент звучал убедительно. К тому же сотворить подобного масштаба декорации только ради одной Катрин было бы самым дурацким занятием за всю историю приколов.
– Тогда зачем я здесь? – сурово спросила девочка, не видя смысла во всём этом представлении.
– Будешь моей помощницей.
– Что?!
– Я повторять не стану – ты всё слышала и поняла.
Катрин испугано замотала головой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Нет-нет-нет, – повторяла она, растерянно стреляя двумя здоровыми глазами по огромной комнате.
Вера встала с дивана. Подойдя к шкафу, она достала оттуда лёгкое прозрачное платье и накинула его на себя, затем переместилась к камину и, сорвав один из высушенных цветков, кинула его в пламя. Комната наполнилась ярко-синим светом, словно кто-то включил специальный прожектор для дискотеки. Девушка поманила Катрин пальцем. Та сжала зубы, словно тиски, и снова замотала головой.
– Да что ты как маленькая, иди сюда, я тебя не укушу, – закатила глаза странная соседка.
Катрин сглотнула сухой ком и на ватных ногах шагнула в сторону камина. Когда она оказалась совсем близко, Вера взглядом указала на камин, и Катрин настороженно заглянула внутрь. Там, в языках синего пламени, она увидела себя, но это была не совсем она: лицо лишь отдалённо напоминало её собственное – то, что девочка получила при рождении. Это была его улучшенная версия, словно доработанная рукой пластического хирурга: идеально ровные пропорции носа и скул, аккуратный маленький нос, а не тот «клюв», который девочка унаследовала от отца. Глаза её округлились, а взгляд утратил бешеный огонёк подросткового бунтарства и невежества – он стал мудрее и увереннее, словно Катрин прожила в огне целую жизнь. От прыщей, угрей и прочей гадости не осталось даже мельчайших рубцов. Кожа выглядела здоровой и подтянутой, нет, не так – она выглядела идеальной.
Щёки настоящей Катрин тронула краска смущения, когда она опустила взгляд на те аппетитные женские формы, которыми обзавелось её отражение. Всё это явно не походило на результат естественного взросления тела. Ведь Катрин от природы была достаточно худой. Она прекрасно понимала, что для обладания подобным размером груди недостаточно есть капусту и ходить в спортзал – такие результаты достигаются только на хирургическом столе.
Но больше всего, как ни странно, цепляли взгляд пышные чёрные волосы, которые прекрасно заменили те скользкие редкие «макароны», что сейчас торчат из её головы.
Вера наклонилась к ней и прошептала на ухо:
– Будешь мне помогать или нет? Считаю до трёх: раз, два…
– И что за помощь от меня требуется?! – не сумев сдержать любопытства, выпалила Катрин.
На лице Веры заиграла улыбка победительницы. Она протянула руку, чтобы погладить Катрин по голове, но та отстранилась.
– Во-первых, если ты согласна, то отныне должна будешь полностью доверять мне и слушаться меня, договорились?
Катрин открыла было рот, чтобы отказаться, но было поздно – она уже попалась на крючок Веры. После всего, что произошло за последние полчаса, и того, что она увидела в камине, отказаться было нереально, и девочка не стала этого делать. Она решила, что способна хотя бы раз обуздать собственные эмоции, тем более, учитывая волшебное восстановление зрения, игра стоила свеч.
– Договорились, – Вера снова протянула свою белую тонкую руку и погладила Катрин по голове, словно послушную собачонку.
Девочка в ответ лишь негромко фыркнула, но не отстранилась.
– Это никуда не годится, – поморщилась Вера, схватив пальцами прядь засаленных жидких волос. – Прежде чем ты будешь готова мне помогать, тебе нужно что-то сделать с этим убожеством.
– Мне голову помыть?! – обиженно бросила Катрин, не понимая, как это может чем-то помочь.
– Да, – Вера грациозно пробежала по комнате на носочках и достала с верхней полки комода флакон. – Вот, пару раз намыль этим волосы и посмотри какие-нибудь видео, где учат, как правильно пользоваться косметикой: я не потерплю в своём доме пугало.
Ноздри Катрин раздувались от возмущения, но она лишь спросила:
– Это всё? Может, ещё французский выучить?
– Ага, – ответила Вера, уже начав заниматься каким-то своими делами. – Я дам знать, когда ты мне понадобишься, только не затягивай со своим внешним видом, иначе я пересмотрю своё мнение насчёт тебя. И ещё кое-что…
