– Линда, послушай, – чёрт, даже невозможно изменить интонацию, девка из радио, зараза, радостно стрекочет про талию, – послушай, спрячь меня, а? Или выбрось.
– Не могу, – послышался вздох, – Чернятински меня убьёт. Я его боюсь.
– Ну, как мой русский дружок, всем доволен? – послышался голос, который я узнал бы из тысячи. – Я смотрю, вы уже подружились? Согласитесь, Сергей, – Чернятински постучал по корпусу радиолы, – вы не можете меня упрекнуть в негостеприимстве Тут вам и музычка, и красивая девушка. Впрочем, вам ведь не видно. Ну, ничего, обещаю, скучать не придётся, – он рассмеялся, словно закаркал.
Послышался шорох, затем испуганный вздох Линды. Раздался удар, меня словно прошил высоковольтный разряд, и я провалился в небытие.
Темноту прорезали горизонтальные всполохи, что-то ярко моргнуло, через мгновение передо мной раскинулся унылый пейзаж: пыльная площадка без растительности, за ней трёхэтажный барак с решётками на окнах, позади – бетонный забор с колючей проволокой.
Я вспомнил разговор с Линдой. Как она говорила, кажется, Джефферсон. Точно, тюрьма Джефферсон в штате Коннектикут.
– Сергей? – в экран заглянула девушка, симпатичная, светлоглазая, с ямочками на щеках и распущенными волосами, спадавшими ей на спину. – Вы меня слышите?
Значит, меня снова сунули в телевизор, я прислушался к программе, шла трансляция хоккейного матча.
– А как же граммофон? – поинтересовался я голосом комментатора.
Линда улыбнулась, красивая улыбка, как на рекламе.
– Не принёс он его, наверное, не нашёл. Да где эту рухлядь возьмёшь, разве у коллекционеров. Или в какой-нибудь лавке старины. Я тебя пока в телевизор встроила, подумала, всё лучше, чем в радио торчать?
– Спасибо, – поблагодарил я, – скажи, а что ты здесь делаешь?
– Окончила технический колледж, – она пожала плечами, проведя ладонью по корпусу, – раскидала резюме. Без опыта никто не брал, а эти, – она махнула себе за спину, – предложили. Я согласилась. Теперь – вот, обслуживаю периметр, слежу за приборами, напряжением. И всё такое…
– Линда! Девочка моя, – в поле зрения вплыла фигура в чёрном, я мысленно сплюнул: Чернятински. – Кто тебе позволил помещать нашего друга в телевизор? Нехорошо, – он покачал головой, – разве не видишь, там ему неудобно. – Он повертел головой, будто что-то искал, схватил прут арматуры, валявшийся тут же, и двинулся в мою сторону.
– Погодите! – выкрикнул комментатор.
Через мгновенье экран взорвался яростной вспышкой, я ощутил мощнейший разряд и снова погрузился в чернила беспамятства.
Через год, день или секунду я услышал детский голос, рассказывающий сказку про Белоснежку. Может быть, именно так умирают, под нежный голос и сказку? Не самый плохой вариант, по-моему. Во всяком случае, лучше, чем сдохнуть под граммофон.
– Сергей! – я узнал голос Линды. – Вы меня слышите? Как вы?
– Хрен его знает! – ответила Белоснежка.
– Сергей, – пропустив мимо ушей грубость сказочной девочки, продолжила Линда, её голос казался встревоженным, – он его принёс…Граммофон!
Только не это! Сукин сын решил меня извести…
– Я подумала… Вы меня слышите?
– М-м, – промычал кто-то из сказки, кажется, гном.
– Я хочу вам помочь, – она что, шутит, чем ему можно помочь, – я придумала одну вещь. В общем, можно ваш чип подключить к сети, понимаете?
– Не совсем, – признался я голосом Белоснежки.
– Ну, вы попадёте в киберпространство. Лучше в какую-нибудь игру, там ему вас не достать.
– Послушайте, Линда, – меня вдруг осенила догадка, – если хотите помочь, просто выньте чип и отправьте его почтой в Россию. Адрес: Москва, Лубянская площадь, дом…
– Не получится, – послышался вздох, – отсюда невозможно ничего вынести, нас обыскивают и сканируют. Да и ещё… – она замялась. – Не хотела вам говорить, но вы здесь уже третий месяц…
Меня словно окатило ледяной водой. Сознание, единственное, что осталось от Сергея Скворцова, отказывалось понимать то, что сейчас сказала Линда. Выходит, моего тела больше не существует.
– Так вы согласны? Сергей, вы меня слышите, ответьте!
– А вы? Что будет с вами?
– Не знаю, – голос Линды сделался тише, будто она боялась, что её услышат, – придумаю что-нибудь. Не убьёт же он меня, в самом деле… Удачи! – и меня снова окутала темнота.
Глава 2
Мрак рассеялся, я смог разглядеть огромные створки платинового цвета, возле которых повисли две горизонтальные рамки. Металлический голос, раздававшийся, казалось, отовсюду, равнодушно пробубнил:
– Введите логин, пароль!
Неизвестно откуда материализовалась клавиатура с кнопками-сенсорами. Значит, Линда не обманула, и ей удалось сунуть меня в виртуал.
– Введите логин, пароль! – напомнил о себе невидимка.
Откуда-то снизу возникла виртуальная рука, вернее её часть, потому что начиналась от локтя. Каким-то образом я мог ей управлять, как своей собственной. Впрочем, не совсем так, тактильных ощущений не было, что, в общем-то, понятно, рука же не моя. Зато слушалась. Я принялся набирать пароль – семь цифр вразнобой, привычную комбинацию, которой я не раз пользовался раньше. Теперь логин, чёрт его знает, какие тут приняты. Попробуем «Скворец», я набил производную от собственной фамилии в прямоугольник.
– Используйте латинские буквы! – металлически попросил голос.
Не мог сразу сказать. Я стёр предыдущую запись, перевёл клавиатуру в английский регистр, написал «Скворец» латинскими буквами.
– Такой логин уже существует!
Надо же, значит, я не один тут Скворцов. Так, нужно придумать что-нибудь эдакое, позаковыристей, но и чтоб язык не сломался. Назовёшься Джавахарлалом, с таким никто дела иметь не захочет, потому что скорей сдохнешь, чем выговоришь. Скворец, скворец, как по-английски будет? Старлинг, кажется. Наверняка, и такой уже есть. А что если соединить нашего скворца с ихним. Я попробовал – вышло Скворлинг. Херня какая-то. Надо переделать. Пусть я лучше буду Скрайд. А что, коротко, звучно и ни хрена понятно! То что надо!
Я ввёл придуманную галиматью в окно, как и следовало ожидать игрока с подобным ником не оказалось. Ничего, теперь будет. Нажал «Enter», металлический голос так же равнодушно, как только что предлагал ввести ник, поздравил:
– Добро пожаловать, Скрайд, во вселенную Горд!
Из пространства материализовался экран, при этом клавиатура с полурукой не исчезли.
– Пожалуйста, выберите расу!
На экране показались шесть фигур. Средний был человек, а вот с остальными вышла загвоздка, ничего подобного раньше видеть не приходилось. Одна раса называлась «мардаки». Натуральные орки, здоровые, с рыжей шерстью и свирепым рылом. Посмотрим, что про них пишут, – возле картинки расположился небольшой текст, судя по всему краткое описание расы.
