Сравнение с полетным тренажером поможет нам прояснить еще один момент. Принцип функционирования зеркальных нейронов можно наглядно представить с помощью следующего примера. Реальный пилот на самолете совершает круги на малой высоте. Все полетные операции, которые он осуществляет на своем самолете, передаются в режиме реального времени на наземный полетный тренажер, в котором находится «наблюдатель». Его «наблюдения» состоят в том, что он воспринимает полет реального летчика как программу моделирования. Подобно «наблюдателю» в тренажере, любой обычный человек, наблюдающий за действиями другого человека, приобретает следующий опыт: неосознанно переживая наблюдаемое как внутреннюю программу моделирования, он понимает, причем спонтанно и без размышлений, действия другого человека.[11] В этом случае наблюдатель понимает и внутренние намерения действующего лица, чего невозможно достичь при интеллектуальном или математическом анализе характера производимых действий. Зеркальные нервные клетки вызывают в наблюдателе зеркальное отражение действий другого человека. Восприятие другого человека, конечно, не ограничивается внутренним моделированием, но включает в себя этот важный аспект.
Зеркальные нейроны и интуиция
Для того чтобы повседневные межличностные отношения протекали более или менее гладко, должен выполняться ряд условий, причем постоянно, в текущий момент времени. Мы считаем большинство из этих условий абсолютно естественными, и полагаем, что они должны выполняться, хотя при этом они совершенно не являются само собой разумеющимися. Речь идет о неосознанной (нерефлектированной) уверенности, о том, что специалисты называют имплицитными предположениями. Уверенность, без которой было бы неуютно жить, состоит в том, что поведение окружающих нас в данный момент людей в большей или меньшей степени предсказуемо на ближайший момент времени, то есть оно в определенных пределах соответствует нашим ожиданиям. Это касается не только таких банальных моторных процессов, как путь движения человека в оживленной пешеходной зоне или на горном склоне, заполненном лыжниками, но, в первую очередь, ожидаемого поведения, поступков со стороны других людей. Во время приема или вечерники мы без повода, конечно, не будем сознательно задумываться об опасности или безопасности данной ситуации. Но мы ориентируемся,[12] не осознавая этого, именно таким образом, что получаем имплицитное знание о том, можно ли ожидать от присутствующих мирного поведения. Правда, так случается не всегда.
Всем знакомы ситуации, когда какой-то человек, не делающий в данный
момент ничего плохого, вызывает в нас неприятное чувство, ощущение потенциальной угрозы. И лишь когда мы неожиданно теряем ощущение безопасности, уверенности, мы сознаем, как сильно мы зависим от имплицитной уверенности. Явления зеркального отражения позволяют предсказывать ситуации —
хорошие или плохие. Они создают в нас чувство, которое мы называем интуицией и которое позволяет нам предчувствовать, догадываться о грядущих событиях.[13] Интуитивные предвидения нельзя игнорировать. Интуиция представляет собой, так сказать, особую, смягченную форму имплицитной уверенности, своего рода предчувствие или седьмое чувство.
Теперь возникают два вопроса. Во-первых, какие сигналы вызывают у наблюдателя не какую-то, а совершенно определенную имплицитную уверенность или интуицию? Как функционирует система интерпретации, воспринимающая и распознающая эти сигналы? Во-вторых, как объяснить то, что имплицитная уверенность, равно как и интуиция, не ограничивается только тем, что происходит в текущий момент, а позволяет делать предсказания, часто с довольно высокой степенью вероятности? Рассмотрение первого вопроса мы немного отложим и займемся сначала вторым вопросом.
Нейробиологический механизм, позволяющий нам спонтанно и интуитивно предвидеть вероятный дальнейший ход событий, исходя из определенной текущей ситуации, был раскрыт с помощью весьма изобретательного и хитроумного эксперимента, придуманного молодой сотрудницей Джакомо Риззолатти, Марией Алессандрой Умилта (Maria Alessandra Umilta). Она продолжила работу с обезьянами, у которых в предыдущих экспериментах были идентифицированы нервные клетки, управляющие действиями. При этом речь шла вех нейронах, в которых была заложена программа совершенно определенного действия.[14] Как уже было описано, у одной из обезьян была обнаружена управляющая действиями нервная клетка, которая посылала сигнал тогда, и только тогда, когда обезьяна хватала лапой орех, лежащий на подносе. То, что речь шла о зеркальной нервной клетке, проявлялось в том, что эта клетка спонтанно активизировалась и в тех случаях, когда обезьяна только наблюдала за тем, как кто-то из присутствующих в лаборатории брал орех. Умилта повторила этот эксперимент, но при этом изменила одно существенное для обезьяны условие. Сначала животному в течение короткого времени показывали орех, а потом закрывали орех и поднос, устанавливая перед ним перегородку. Если теперь кто-то, пришедший в комнату, брал орех, то обезьяна могла видеть только то, как рука этого человека, сразу после ее появления в поле зрения обезьяны, исчезала за перегородкой.[15] То есть обезьяна не могла видеть собственно хватание. Тем не менее, восприятия короткой начальной последовательности действий оказалось достаточно для командного нейрона обезьяны, чтобы «знать», в чем тут дело. Зеркальная клетка, хранящая программу всей последовательности действий «хватание ореха», подавала сигнал, хотя у нее была информация только о части последовательности действий.[16] Этот эксперимент объясняет многое из того, что раньше не могли объяснить, — прежде всего, относительно интуиции.
Достаточно мимолетного впечатления, иногда просто моментального снимка, чтобы вызвать у нас интуитивное представление о том, что здесь сейчас происходит и к чему надо готовиться. Причиной этого является следующее: наблюдателю достаточно видеть часть последовательности действий другого лица для активизации у него соответствующих зеркальных нейронов, которые, в свою очередь, «знают» всю последовательность цепочки действий. То, что Умилта обнаружила у своих заслуженных обезьян, проявляется и у людей. И это справедливо не только для последовательности моторных действий, но и, как мы увидим позже, для процессов восприятия и ощущения. При восприятии нами даже части последовательности действий зеркальные нервные клетки в головном мозге, а тем самым и в психике наблюдателя, спонтанно и не зависимо от нашей воли показывают весь процесс. Восприятие коротких частей последовательности может оказаться достаточным, чтобы еще до завершения всего процесса интуитивно знать, какого результата можно ожидать от наблюдаемого действия. То есть зеркальные нейроны, приходя в резонанс, не только делают наблюдаемые действия спонтанно понятными для нашего собственного переживания. Зеркальные нейроны способны дополнить наблюдаемые фрагменты до вероятной ожидаемой полной последовательности действий. Программы, накопленные в командных нейронах, не являются произвольно созданными, а представляют собой типичные последовательности, основанные на совокупности всего предшествующего опыта, полученного индивидуумом. Поскольку большинство из этих последовательностей соответствует опыту всех членов социальной общности, то командные нейроны образуют общее межличностное пространство действий. (См. об этом главу 7.)
Интуитивные представления возникают у человека и без участия его сознания. Например, у человека может возникнуть только неприятное чувство, но он не знает причины его появления. Это связано, в том числе, с тем, что подсознательные, то есть осознанно не зарегистрированные восприятия, могут вызывать активизацию наших зеркальных нейронов. Однако у разных людей подобное «внутреннее чутье» относительно действий других людей выражено в разной степени.
Насколько важным может быть интуитивное понимание движений других людей, показывает пример с командными видами спорта. В футболе всегда существовали команды, которые не имели в своем составе множества звездных игроков, но могли победить команды, состоящие из звезд. Секрет их успеха задается в том, что все игроки много двигаются (специалисты по футболу называют это «перемещаться») и при передаче мяча интуитивно знают куда бегут их партнеры. Гениальные тренеры, например Фолкер Финке, относятся к числу тех пионеров своего дела, которые в начале 90-х годов — интуитивно — поняли это. Если нет взаимопонимания в ожидаемых движениях, то никакие звезды не помогут.
