Читаем без скачивания Сокровища Третьего рейха - Андрей Низовский

Еще в декабре 1944 года в Страсбурге состоялось секретное совещание, на котором присутствовал ряд высокопоставленных нацистских функционеров. Протокол совещания вел шеф РСХА Кальтенбруннер. Обсуждался вопрос о предстоящей тайной массированной переброске за рубеж большого количества ценностей, в первую очередь золота и иностранной валюты. В дальнейшем эти средства должны были обеспечить послевоенную будущность нацистских преступников, бежавших в нейтральные страны, и возможность восстановления «Четвертого рейха». Переброска их за рубежи Германии была возложена на РСХА.

Картина Эдуарда Мане в шахте Меркерс

Совещание рассмотрело также оперативные планы, системы псевдонимов и шифров. Личные шифры получил очень узкий круг лиц. Подавляющая масса ценностей была вложена на номерные счета с особым условием: вклад выдается при наличии на документе трех подписей. Эти подписи должны были принадлежать людям, знающим три части шифра, но не знакомым друг с другом, чтобы ни одна из «троек» не могла сговориться. Список этих людей хранился в РСХА среди особо важных документов.

Проблема возвращения похищенных ценностей, «уплывших» за годы войны к нейтралам, встала во весь рост в первые же дни после окончания войны. В ноябре – декабре 1945 года победившие союзники провели в Париже конференцию по репарациям, на которой, в частности, было решено учредить Трехстороннюю Золотую комиссию для возвращения золота правительствам ограбленных стран. Эта комиссия действовала вплоть до февраля 1997 года. В общей сложности она распределила 329 тонн золота (около четырех миллиардов долларов). Что касается золота, оказавшегося в нейтральных странах, то его судьба решалась на отдельных переговорах. В итоге Швейцария после долгих переговоров вернула в Трехстороннюю Золотую комиссию лишь 18,5 миллионов долларов из 240. Швеция вернула почти все – около 15 миллионов долларов, Португалия – 4,5 миллиона. Турция не вернула вообще ничего. Всего удалось вернуть лишь около 100 миллионов долларов, – чуть более одной пятой германских активов, переведенных в годы войны за границу.

Оставалась и другая важная проблема – проблема возврата средств с секретных нацистских счетов в швейцарских банках. По оценкам федерального казначейства США, только в последние месяцы войны нацисты перевели в Швейцарию около 750 миллионов долларов. Теперь победившие в войне союзники требовали репатриации этих средств. Швейцария противилась. Швейцарские «гномы» опасались не только прямой потери денег, но и последствий, которые будет иметь подобная акция. Возврат нацистских вкладов поставил бы под сомнение всю систему, гарантировавшую конфиденциальность и надежность всех без исключения банковских операций, на которой держался весь авторитет швейцарских банкиров. Таким образом, доверие клиентов, привыкших к тому, что в Швейцарии никто не интересуется происхождением поступающих на банковские счета денег, было бы подорвано. Это грозило сокращением притока иностранных капиталов, что, в свою очередь, подрывало основы экономического благополучия «страны гномов».

Закулисное перетягивание каната продолжалось многие месяцы. Союзники, и прежде всего США, усиливали давление, Швейцария не хотела уступать: добыча – это всегда добыча, ее так просто не отдают. Уступая нажиму, швейцарское правительство создало специальный межбанковский комитет, объединивший около 700 чиновников и банковских служащих, которому было поручено расшифровать номера счетов, предположительно принадлежащих нацистам, однако этот орган работал неэффективно и чрезвычайно медленно. Проблема была частично решена только в 1953 году, когда в Лондоне было заключено соглашение, урегулировавшее отношения западных союзников с Федеративной Республикой Германией, которая рассматривалась как правопреемник рухнувшего Третьего рейха. Это соглашение открывало дорогу для решения проблемы нацистских счетов в швейцарских банках. В итоге альпийская республика согласилась вернуть половину той суммы, которую требовали от нее союзники, а именно 350 миллионов долларов. При этом нацистские счета сохранялись в неприкосновенности, а искомые 350 миллионов Швейцария получала от министерства финансов Федеративной Республики Германии. Таким образом сохранялась банковская тайна, а вместе с ней – и деньги нацистов…

Почему союзникам так и не удалось возвратить большую часть золота и германских активов, хотя переговоры по этому поводу велись с разными странами в некоторых случаях аж до 1958 года? Ответ на этот вопрос сложен. Сказались и непростая международная обстановка послевоенных лет, и начавшаяся «холодная война», и отсутствие единой позиции в среде бывших союзников, и упорство бывших «нейтралов»… Главную роль, конечно, сыграл так называемый «дух нового времени» – на рубеже 1940–1950-х годов очень и очень многие влиятельные политики оказались в состоянии закрыть глаза на преступления нацистского режима. Известно, например, что после Нюрнбергского трибунала на скамью подсудимых должны были отправиться и те, кто руководил германской экономикой, те, кто извлекал гигантские прибыли из варварской войны, фашистских разбойнических набегов, угнетения и истребления целых народов. В списке основных военных преступников долгое время фигурировали известный промышленник Густав Крупп, банкир Курт фон Шредер, «стальной король» Герман Рёхлинг, директора химического концерна «IG-Farben»… В итоге все они отделались только легким испугом.

Лондонское соглашение если и не разрешило полностью, то по крайней мере сгладило остроту спорной проблемы отношений Швейцарии со странами гитлеровской «оси». После 1953 года эта тема постепенно ушла из центра внимания публики. Жертвы нацистского режима, несмотря на все свои усилия, так и не смогли добиться того, чтобы их голоса были услышаны, а кабинетные исследователи, занимавшиеся изучением вопроса, заранее знали, что их книги не будут продаваться большими тиражами.

К теме «нацистского золота» вернулись лишь полвека спустя, в середине 1990-х годов, когда окончилась «холодная война» и рухнули идеологические фронты, разъединявшие Европу на протяжении всего послевоенного периода. Изменение политического климата придало давней проблеме новую актуальность, позволило поставить вопрос о золотых сделках Национального банка Швейцарии в годы войны вообще, и о реституции еврейской собственности, конфискованной нацистами, в частности. В восемнадцати странах мира – Великобритании, США, Швейцарии, Аргентине, Португалии, Испании, Швеции, Турции, Хорватии, Бельгии, Бразилии, Канаде, Франции, Нидерландах, Норвегии, Эстонии, Латвии и Литве – были созданы различные комиссии, озаботившиеся судьбой ценностей, конфискованных нацистами и пропавших в годы Второй мировой войны. Ряд стран – Аргентина, Чехия, Франция, Нидерланды и Швеция – представили важные документы, проливающие свет на финансовую историю Второй мировой войны. Не остались в стороне и крупнейшие частные немецкие банки, в 1940-х годах вовлеченные в торговлю нацистским золотом, прежде всего «Deutsche Bank» и «Dresdner Bank».

В Швейцарии в декабре 1996 года по решению Федерального собрания была создана независимая экспертная комиссия во главе с историком Жаном-Франсуа Бержье («комиссия Бержье»), призванная с исторической и юридической точек зрения изучить объемы и судьбу активов – золота, валюты, подлежащих страхованию ценностей и произведений искусства, принадлежавших как нацистским преступникам, так и их жертвам – перемещенным в Швейцарию до, во время и сразу после окончания Второй мировой войны. На протяжении пяти лет (окончательный отчет был опубликован 22 марта 2002 года) эта комиссия тщательно расследовала все сделки с золотом и иностранной валютой, осуществлявшиеся в те давние годы Национальным банком Швейцарии и частными коммерческими банками.

В отчете «комиссии Бержье», в частности, приводятся факты, проливающие свет на неоднозначную роль Швейцарии во Второй мировой войне и на интенсивное сотрудничество страны с Германией. Связи с нацистским режимом принесли швейцарским «гномам» (традиционное прозвище швейцарских банкиров) баснословные барыши. Комиссия пришла к выводу, что Швейцария играла важную роль в проведении скрытых финансовых операций нацистской Германии, причем швейцарские банки не гнушались принимать от Германии золото и ценные бумаги, похищенные нацистами в оккупированных странах. Этой цели служили, в частности, сотни немецких компаний, «закамуфлированных» под швейцарские. Кроме того, швейцарские предприниматели предоставляли кредиты Третьему рейху, торговали оружием и украденным нацистами в оккупированных странах золотом, а власти Швейцарии практически не проводили проверки товарных поездов, следовавших транзитом через швейцарскую территорию.

Совокупная стоимость нацистского золота, переправленного в Швейцарию, составила около 4 миллиардов долларов в современных ценах, из которых 2,7–2,8 миллиардов было получено в результате грабежа. По распоряжению Гитлера были организованы специальные подразделения, которые специализировались на ограблении банков, компаний и физических лиц – золота и серебра, драгоценностей и валюты. Другие подразделения занимались конфискацией и учетом ценностей, принадлежавших узникам концентрационных лагерей и лагерей смерти. Все эти ценности аккумулировались в Рейхсбанке, а затем переправлялись в Швейцарию и обменивались на швейцарские франки.