— Чудо, чудо! — захлопала в ладоши она. — Вас теперь не узнать, Вениамин! Теперь вы стали именно тем мужчиной, о котором я мечтала всю жизнь!
От прилива чувств и от слабой ориентации в пространстве я упал на колени. Катенька что-то мне протянула. Я дотронулся: это были ее прелестные пальчики.
— Дорогая! — прошептал я со страстью. — Милая! Будьте моей женой!
— Я согласна, Вениамин, — ответила она еле слышно, и я почувствовал на затылке ее горячие поцелуи.
Вскоре мы расписались. Поскольку в очках я не мог понять, что кругом происходит, Катенька повсюду водила меня за руку. «Осторожно, ступенька, — говорила она. — Сейчас — налево, потам — направо… Стой. Теперь говори «Да!» и надевай мне на палец обручальное кольцо. Осторожно! Ты едва не надел его на палец моей подруги!.. Вот теперь правильно… Идем к машине. Поехали…»
На свадьбе было много гостей, но все они представлялись мне странной голубоватой массой. Гости звенели рюмками, танцевали и выкрикивали «Горько!», а Катенька целовала меня, притянув к себе за лацканы пиджака.
Потом началась наша семейная жизнь. К очкам я еще не привык, и поэтому всем руководила моя маленькая женушка.
— Вениамин, — говорила она, — мы покупаем импортный гарнитур. Еле наскребла у родных и знакомых две с половиной тысячи…
— Но Катенька, — возражал я, — этот гарнитур мне совсем не нравится.
— Ты его плохо разглядел, — поясняла жена. — Поверь мне: это сказка Венского леса, и к тому же она имеется только у пятерых в Союзе…
— Вениамин! — говорила она в другой раз. — Мы покупаем автомобиль. Папа устроит вне очереди.
— Но Катенька! В городском транспорте безопаснее…
— Это пусть тебя не волнует. За рулем буду сидеть я. И вообще мне надоело твое недовольство по каждому поводу. Все тебе не нравится! Женился бы на другой, если так! — и она собиралась заплакать.
— Ну, хорошо, хорошо, — говорил я. — Успокойся. Мы сделаем все, как ты хочешь. В конце концов тебе же виднее…
Через год я освоился в очках настолько, что мог самостоятельно прогулять нашу собаку. Через два года я уже мыл без посторонней помощи автомобиль, а через три — научился готовить обеды, завтраки и ужины.
И вдруг случилось несчастье. Катенька резко затормозила машину, я покачнулся, латиноамериканская бабочка слетела с моего носа и разбилась вдребезги. Стало непривычно светло. Я огляделся. Рядом со мной, за рулем, сидела незнакомая крашеная блондинка с нагловатыми глазками.
— Кто вы? — спросил я.
— Перестань хамить, — сказала блондинка голосом Катеньки. — Если при распределении земельных участков нам достанется какой-нибудь завалящий, я от тебя уйду. Учти это, Вениамин!
Потом я и она оказались в музее с полированными полами и дорогой мебелью.
— Где мы? — снова спросил я.
— Дома, дома! — разозлилась моя нервная спутница. — Нечего таращить глаза, словно ты это видишь впервые!
Мне сделалось одиноко и грустно. Захотелось купить билет на поезд и уехать куда-нибудь далеко-далеко…
Но через день Катенька достала мне новые очки, еще красивее и сильнее прежних, и все опять стало в жизни на свое место.
МЕХАНИЧЕСКАЯ СВАХА
сценка
1990 год. Электронное бюро брачных знакомств. Мрамор, стекло, неоновый свет, чистота, кондиционированный воздух. Нежная музыка. За пультам сидит программистка ЭВМ в белом халате. Это рыжая крашеная особа с усталыми глазами.
ПРОГРАММИСТКА (нервно). Следующий!..
Короткая пауза. За дверью слышится сдержанный шум, но никто не входит.
ПРОГРАММИСТКА (еще более раздражаясь). Что там такое? Следующий!
Дверь слабо приоткрывается. В проеме видно взволнованное лицо Филистратовой.
ПРОГРАММИСТКА. Вы, что ли, следующая?
ФИЛИСТРАТОВА (неуверенно). К-кажется…
ПРОГРАММИСТКА. Ну, в чем тогда дело? Чего вы там труситесь? Решили найти мужа — входите, не решили — будьте здоровы! У меня рабочий день кончается!
ФИЛИСТРАТОВА. Видите ли, я… Это такой ответственный шаг в жизни…
ПРОГРАММИСТКА. Слушайте, давайте без лирики! Какие у вас там шаги — ответственные, безответственные, — нас ие касается. Никаких нервов не хватит! Что за народ такой? А еще говорят: клиент всегда прав! Да какой, к черту, прав, если они сами не знают, чего хотят… Ну? Вы еще не вошли?
ФИЛИСТРАТОВА (поспешно). Уже вошла… Скажите, девушка, а он будет хороший?
ПРОГРАММИСТКА. Кто?
ФИЛИСТРАТОВА. Ну… мой будущий муж…
ПРОГРАММИСТКА. Гарантий никаких не даем. И вообще сейчас конец квартала, жених некондиционный пошел…
ФИЛИСТРАТОВА (тревожно). Какой пошел жених?
ПРОГРАММИСТКА. Выйдете замуж — узнаете.
ФИЛИСТРАТОВА. Нет, позвольте…
ПРОГРАММИСТКА. Не позволю. Давайте перфокарту заполнять. У меня рабочий день кончается… Фамилия? Имя? Отчество?
ФИЛИСТРАТОВА. Филистратова. Генриетта Ивановна.
ПРОГРАММИСТКА. Возраст?
ФИЛИСТРАТОВА. Тридцать четыре.
ПРОГРАММИСТКА. Это вам-то тридцать четыре?!
ФИЛИСТРАТОВА. Мне. А что?
ПРОГРАММИСТКА. Меньше пятидесяти вам бы не дала.
ФИЛИСТРАТОВА (оскорбляясь). И не давайте, я вас не прошу!
ПРОГРАММИСТКА. Но-но! Хамить будете у себя дома. А здесь официальное учреждение, между прочим! Ишь, нашла дурочку — тридцать четыре ей! Невеста!
ФИЛИСТРАТОВА. Может быть, продолжим заполнение перфокарты?
ПРОГРАММИСТКА. А вы мне не указывайте! Я сама знаю, что делать! Вопрос третий: пол?
ФИЛИСТРАТОВА. Чей?
ПРОГРАММИСТКА. Ваш.
ФИЛИСТРАТОВА. Но вы же сами видите, какой у меня пол!
ПРОГРАММИСТКА. Ничего я не вижу. Внешность бывает обманчивой…
ФИЛИСТРАТОВА. Пол — женский.
ПРОГРАММИСТКА. Семейное положение?
ФИЛИСТРАТОВА. Девушка! Как вы думаете, какое у меня может быть семейное положение, если я пришла в бюро брачных знакомств?!
ПРОГРАММИСТКА. А мне нечего думать, я на работе… Может, вы одну семью бросаете, а другую завести хотите?
ФИЛИСТРАТОВА. Я бы вас попросила…
ПРОГРАММИСТКА. Я бы вас тоже попросила!.. Какого мужа хотите?
ФИЛИСТРАТОВА. Что вы имеете в виду?
ПРОГРАММИСТКА. Ну, — толстый, худой, низкий, высокий, умный, недоразвитый…
ФИЛИСТРАТОВА (мечтательно). Мой муж… мой муж… он должен быть прекраснее всех!..
ПРОГРАММИСТКА. Поконкретнее, гражданка Ферапонтова.
ФИЛИСТРАТОВА. Филистратова.
ПРОГРАММИСТКА. Тем более!..
ФИЛИСТРАТОВА. Поконкретнее? Хорошо… Во-первых, эрудированный, начитанный. Во-вторых, добрый. В-третьих, мужественный. И вообще — веселый, обаятельный, скромный… Чтоб детей любил… Есть у вас такие мужья?
ПРОГРАММИСТКА. Таких нет.
ФИЛИСТРАТОВА. Как нет?!
ПРОГРАММИСТКА. Нет и все. Такие сами женятся, без наших бюро. У нас один неходовой жених остался, можно сказать, уцененный товар…
ФИЛИСТРАТОВА. Зачем же мне — уцененный?
ПРОГРАММИСТКА. Не нравится — не берите. Уговаривать не станем.
ФИЛИСТРАТОВА. А что же мне делать?
ПРОГРАММИСТКА. А что делать? Ждите. Перфокарту я на вас завела, на очередь поставила. Ваш номер — восемь тысяч пятьсот двадцать девятый. Заложим данные в ЭВМ, как что появится подходящее, вас известят повесткой.
ФИЛИСТРАТОВА. И долго ждать?
ПРОГРАММИСТКА. Да как получится. Может, год, а может — и три. У нас один старичок десять лет ждал, так холостой и помер…
ФИЛИСТРАТОВА. Какой ужас! Нет, я, пожалуй, откажусь от этой затеи… (Всхлипывает).
ПРОГРАММИСТКА. Как желаете. Рвать, что ли, перфокарту?
ФИЛИСТРАТОВА. Раите. (Сморкается). Будьте здоровы…
ПРОГРАММИСТКА. Одну секундочку!.. Спросить хочу.
ФИЛИСТРАТОВА. Да?
ПРОГРАММИСТКА. Вот заплакали вы… а тушь не потекла… Как это?
ФИЛИСТРАТОВА. Это японская тушь, специальная. (Вздыхает).
ПРОГРАММИСТКА (с завистью). Где достали?
ФИЛИСТРАТОВА. На работе. Я ведь врач в «Институте возвращения красоты»…
ПРОГРАММИСТКА. Да ну?! Что ж вы раньше-то… Господи! А я вас за рядовую посетительницу приняла… Сейчас мы вас в момент смендельсоним!.. Секундочку… Посмотрите на экран этого телевизора… Вот!
ФИЛИСТРАТОВА. Что это?
ПРОГРАММИСТКА. Это данные из памяти ЭВМ. Наши лучшие женихи. На любой вкус. Для немногих избранных, так сказать… Вот — юноши-интеллектуалы… А это — бездетные разведенные… У всех отличные параметры, ярко выраженная индивидуальность…
ФИЛИСТРАТОВА. Нет, благодарю… Я раздумала. Прощайте! (Уходит).
ПРОГРАММИСТКА. Черт, такую клиентку упустила! Врач «Института возвращения красоты»! А на вид не скажешь… Голова раскалывается. И до конца рабочего дня еще целых полчаса! Нет, брошу я эту работу, вернусь в свой посудный магазин… Следующий!..
