Читаем без скачивания Враг с планеты Земля - Владимир Анатольевич Тимофеев

звёздные координаты Земли. У торгашей, которые меня отсюда украли, это не вышло, но экселенсе казалось, что у неё это точно получится. Мысль, безусловно, здравая, ведь в шестимерном пространстве моя планета от прочих мало чем отличалась, однако в привычной для человечества 3d-метрике всё оказалось сложнее.

— Барьерная аномалия! Она же здесь рядом! — с изумлением установила Анцилла, глядя на показания звёздного сканера.

— А я тебе говорил, — заметил я по этому поводу. — Но ты, как обычно, не слушала.

— Я слушала, но хотела проверить.

— И как? Убедилась?

— Увы, — вздохнула супруга. — Около аномалии все данные искажаются…

Пао за нашей беседой следила вполуха. Её вниманием в эти сутки полностью завладел телевизор. Она буквально залипла на передачах навроде «Давай, поженимся!» и всяких там «Состязаниях экстрасенсов». Я её хорошо понимал. На Флоре телевидения не было, в мире-без-времени тоже, поэтому против напористого информационного обольщения она устоять не смогла.

У экселенсы к соблазнам «волшебного ящика» имелся иммунитет. Урождённая аристократка, к тому же военнослужащая — сопротивляться «тлетворному влиянию» СМИ её обучали с самого детства. Правда, как мне показалось, ста процентов эта сопротивляемость всё-таки не достигла. По мере работы со сканером Анцилла, нет-нет, да поглядывала в сторону баронессы, и желания присоединиться к подруге в этом взгляде было значительно больше, чем банального равнодушия. Женщины, что поделаешь… Впрочем, у некоторых, помимо привычного любопытства, в число добродетелей входило ещё и упорство…

— Нет. Ничего не выходит, — призналась к утру герцогиня, провозившись с прибором всю ночь.

Паорэ и я не спали с ней за компанию, поэтому выглядели совершенно осоловевшими.

— Совсем ничего? — поинтересовался я для проформы, с трудом подавив зевок.

— Совсем, — развела руками Анцилла.

— Совсем-совсем? — уточнила миледи.

Экселенса задумалась. Мы с Пао переглянулись и, не сговариваясь, закатили глаза. Выдержать ещё одни сутки без сна стало бы для нас настоящим подвигом.

К счастью, от продолжения эксперимента Ан отказалась:

— Совсем-совсем. Но проследить варианты движения вашей Земли относительно аномалии всё-таки нужно… Дир, ты не против, если я оставлю этот сканер включённым?

— А он меня на электричестве не разорит? — спросил я, шутя.

Экселенса осталась серьёзной:

— Надеюсь, что нет. Энергии он потребляет немного, и, если что, переключается на аккумуляторы. Заряда там на пару недель.

— И что мы в итоге получим?

— Узнаём, когда планета опять войдёт в аномалию. Не точно, конечно, а приблизительно, с разбросом на сутки-двое.

— А она разве там когда-то была? — удивился я.

— А вы это разве не чувствовали? — удивилась в ответ Анцилла.

— Не помню такого.

Экселенса опять призадумалась.

— Странно. Мне почему-то казалось, что местные должны были чувствовать. Вашей планеты, я полагаю, потому-то и нет в наших справочниках, что она постоянно то там, то здесь. То внутри барьера, то вне его. Тем, кто тебя украл, сказочно повезло, что их корабль не втянуло под скрут и не разнесло на молекулы. В обычном пространстве прыгнуть от вашей планеты в гипер, когда она в аномалии, практически невозможно…

— А нам? — зацепился я за внезапно возникшую мысль.

К слову, мысль была не моя, а Мелы, подселённой в моё сознание личности, про которую я опять, как и в мире-без-времени, ничего своим женщинам не рассказывал, а они и не спрашивали.

— Вот это меня как раз больше всего сейчас беспокоит, — поддержала появившиеся сомнения Анцилла. — Вдруг, если мы вместе с вашей Землёй окажемся в аномалии, то тоже не сможем отсюда прыгнуть, даже через пространство барьера?

— Сбежим как-нибудь, — небрежно махнула рукой Паорэ.

— Ну, я бы всё-таки отнеслась к этому посерьёзнее, — покачала головой экселенса.

Пао пожала плечами, но спорить не стала. В конце концов, если наш сканер что-нибудь рассчитает, хуже от этого никому из нас точно не будет.

На этом мы, собственно, и закончили.

А после проспали до самого вечера.

И только затем отправились, наконец, путешествовать…

Где мы только за две последующие недели не побывали!

Любовались храмами Бангалора и снегами Килиманджаро. Гуляли по Великой Китайской стене и взбирались на пирамиды ацтеков и майя. Пробовали на спор опрокинуть какого-нибудь из истуканов острова Пасхи и бросали «на удачу» монетки в ревущие воды Ниагарского водопада. Облетали на вертолёте вулканы Исландии и Камчатки и плыли на индейской пироге по Амазонке. Дрожали от холода на куполе Антарктиды и мчались на джипе вдоль кромки Большого Каньона. Прикидывались робинзонами на маленьком необитаемом островке в Микронезии и танцевали кизомбу и сальсу на пляже Копакабана…

Сказать, что Пао и Ан были от Земли в полном восторге, значит, ничего не сказать.

Их поражало всё: и наша природа, и наша архитектура, и древние памятники, и людские традиции и верования, и разнообразие политического устройства, и уходящая вглубь веков хронология… На каждой из обитаемых планет нашей Вселенной обязательно присутствовало что-то одно из этого списка, но чтобы всё сразу — такого не припоминала даже Анцилла. Она даже заявила мне по этому поводу:

— Ваша Земля — это словно все наши планеты в миниатюре! И как только вы это всё смогли сохранить? По всем социальным и природным законам ваш мир давно должен был сгореть во всеобщей войне или разрушиться от катаклизма.

В ответ я только вздохнул:

— Ты даже не представляешь, сколько раз в известной истории наша Земля висела буквально на волоске. И каждый раз её спасало лишь чудо. Что будет дальше, получится ли у нас уберечься от очередной катастрофы, я лично предсказать не могу и, думаю, что никто не сможет. Ставки в этой игре всегда только повышаются, и риск с каждым разом становится всё больше и больше.

— Ты так и вправду считаешь? — вмешалась в разговор Пао. — Разве землянам не страшно всё потерять из-за какой-нибудь ерунды?

Я криво усмехнулся:

— Большинству моих… хм… сопланетников на это плевать. Их всегда беспокоит лишь здесь и сейчас, а что будет завтра, без разницы.

— Я в это не верю, — не согласилась Паорэ.

— Я тоже, — поддержала её Анцилла.

— А я это знаю. И,