– Ой! – произнесла Лара и во все глаза уставилась на парня.
– Ну вы, девушка, и спите! – весело подмигнул он. – На дворе, между прочим, уже почти полдень. Давай умывайся живенько, завтракай и пойдем в лес. Ну и переодеться не мешало бы. Кстати, милые медвежата. – Он окинул взглядом ее наряд. – И прическа отличная. Мне нравится!
Лара почувствовала, как щеки заливает краска.
– Издеваешься, да? – буркнула она. Больше всего на свете ей хотелось сейчас провалиться сквозь землю. Впрочем, возможности такой не имелось, поэтому надо как-то спасать положение. – Пойдем в дом, я тебя чаем с блинами напою. А пока будешь вкушать пищу, я приведу себя в порядок, быстро, обещаю.
Парень широко улыбнулся.
– Ловлю на слове. Меня, кстати, Данилой зовут. Вчера не представился, извини. А ты Лара, я уже знаю.
Девушка кивнула и улыбнулась в ответ.
Откуда-то принесся Веник, притащил в зубах свой любимый пищащий мячик, положил у ног Данилы.
Парень опустился на колени, взял мячик, попищал им, раззадоривая пса, и кинул как можно дальше.
– Классный зверь, – сказал он вслед ринувшемуся за игрушкой Венику. – Это помесь какая-то?
– Ага. Собаки с крокодилом. – Лара хитро взглянула на него и, отметив его улыбку, проговорила: – На самом деле не знаю. Да и нам все равно, если честно. Мы его любим вне зависимости от происхождения.
– А у меня кот есть. Огромный, пушистый. Тоже беспородный. Котенком на улице подобрал. Сейчас у бабушки с дедом живет.
– Я Веника тоже с улицы притащила, – улыбнулась девушка.
Разговаривая о собаках и кошках, Лара и Данила переместились в дом.
– Я уже решила, вы так и будете на улице стоять. Хотела идти вас звать, – произнесла появившаяся из кухни бабушка. – На столе блины, сметана, мед. Чайник горячий. Завтракайте.
– Спасибо, ба, – поблагодарила Лара. – Ты наливай пока чай, а я сейчас к тебе присоединюсь, – обратилась она к Даниле. Тот кивнул.
Лара взбежала по лестнице в свою комнату и принялась вытряхивать из шкафа все свои вещи, судорожно размышляя, что же надеть. В конце концов остановила выбор на джинсовых бриджах и простеньком топике. Теперь только причесаться, умыться и можно больше не краснеть за свой внешний вид.
Вернувшись на кухню, Лара застала Данилу за намазыванием блина медом.
– А ты и правда быстро, – уважительно произнес он. – Я думал, полчаса копаться будешь. – Он указал ей кивком на чашку с горячим чаем. – Извини, сахар не положил, не знаю, сколько ты обычно кладешь.
– Я пустой пью. – Девушка, подогнув под себя одну ногу, села на стул и придвинула к себе чашку. – Ты сегодня без мотоцикла? – спросила она.
– Ага. – Данила сделал большой глоток из своей чашки. – На нем дед в город поехал, это вообще-то его техника. А я пешком. Тут рядом. Пара километров всего.
Лара кивнула.
– Деревня Сидоровка, что ли? – осведомилась она.
– Она самая. У меня тут бабушка с дедом весь год живут, я к ним на лето приезжаю помогать, ну и отдохнуть, свежим воздухом подышать.
Девушка снова кивнула.
– И какие у нас планы? – улыбнулась она, попутно удивившись тому, как легко, без напряжения с ним общается.
– А уж это как ваша светлость пожелает. – Данила рассмеялся в ответ, в его глазах вспыхнули веселые искорки. – Вариантов много: лес, озеро, можно на дальние озера сходить, на берегах, наверно, уже земляника поспела.
– Решено! – Лара подняла вверх указательный палец. – Пойдем за земляникой. И Веника с собой возьмем, а то он засиделся совсем. Пойдешь с нами, Веник? – обратилась она к сидящему под столом псу. Тот завилял хвостом и утвердительно гавкнул в ответ.
По дороге в лес Ларе на сотовый позвонила мама, спросила, как дочь добралась. Та ответила «хорошо», улыбнулась скользнувшему по щеке солнечному зайчику.
– Завтра позвоню, – быстро свернула разговор мама. – Слушайся бабушку. Я постараюсь приехать к вам на выходные. Целую.
– И я тебя целую, – произнесла девушка в ответ и боковым зрением увидела, как выражение Даниного лица с веселого сменилось на задумчивое.
В лесу было довольно влажно, и Лара в какой-то момент даже пожалела, что не надела джинсы и резиновые сапоги. Кроссовки быстро намокли, впрочем, только сверху, внутрь влага не просачивалась.
Лесные озера встретили ребят пением птиц и стрекотом кузнечиков. Вдоволь наевшись земляники и насобирав ее полный пакет, они расположились на траве на берегу озера. Веник устроился в кустах, наверно, ему было жарко в такой шубе.
– А почему ты решил ко мне прийти? – спросила Лара. – Я, честно говоря, думала, что больше тебя не увижу.
Данила, лежа на спине, задумчиво жевал травинку.
– Ты мне понравилась. И повела себя вчера как человек взрослый и сильный, а не как какая-нибудь кисейная барышня. Не ныла, не кричала: «Помогите, убивают!» А ведь тебе, наверно, страшно было, хоть ты и сказала, что не успела испугаться.
Лара даже опешила от такой откровенности.
– Да, наверно, страшно, – сказала она. – Особенно в тот момент, когда я поняла, что сама с ними не справлюсь и помочь мне может только чудо. И тут появился ты. А на мотоцикле мне даже понравилось кататься, не сразу, правда, а только после того, как ты мне куртку дал.
Данила пристально посмотрел на нее.
– Мне вот что интересно, – произнес он. – Почему ты ехала одна так поздно? Неужели не было никого, кто мог бы тебя остановить?
Лара отвела взгляд.
– Мама на дежурстве. К тому же я привыкла одна. Да и ведь я правда думала, что на автобус успею.
Он покачал головой.
– Ладно, все хорошо, что хорошо кончается. В любом случае не делай так больше. Думаю, если с тобой что-то случится, твои мама и папа будут не очень счастливы.
– Нет у меня никакого папы. – Девушка взглянула ему прямо в глаза. Они оказались светло-серыми, почти перламутровыми. Невольно она засмотрелась.
Данила дальше не спрашивал, видимо, решил, что она сама продолжит, если захочет. И Лара продолжила:
– У него другая семья, сын, мы почти не общаемся. Видимо, я ему больше не нужна. Так что у меня только мама и бабушка, и Веник.
– Я тоже с одной мамой живу. – Он отвел взгляд и теперь задумчиво смотрел на неподвижную гладь озера с белыми пятнами кувшинок на ней.
– Тяжело, наверно… – тихо проговорила Лара. – Я свою маму почти не вижу. Она у меня хирург. Знаешь, постоянные дежурства…
Он кивнул, затем спросил:
– А друзья у тебя есть?
– Приятели – есть, даже много, близких нет. – Она подтянула колени к груди и тоже посмотрела на воду. У дальнего берега озера плавала стая диких уток.
– Вот и у меня так же, – почти шепотом произнес Данила. – Порой и поговорить не с кем.
Они замолчали, наблюдая, как большой зеленый селезень огибает лежащую в воде корягу.
– Пойдем домой, – через какое-то время произнес Данила. – Кушать хочется, да и бабушка твоя, наверно, тебя потеряла.
– Пойдем. – Лара неохотно встала и стряхнула с бридж налипшие на них травинки.
– А после обеда можно на пляж сходить. Как раз уже не так жарко будет. А то ты больно бледная, тебе не мешало бы как следует загореть.
Она посмотрела на него. В его глазах плавали веселые искорки.
Глава 4
На пляже Лара и Данила проторчали до позднего вечера. Они купались в прохладной воде, загорали, болтали, но больше расслабленно молчали. Молчать с Данилой было так же легко, как говорить, не возникало ощущения дискомфорта, когда ищешь, что бы сказать, а в голову ничего не приходит.
Лара вообще всегда была уверена, что определить, твой человек или не твой можно только по тому, как с ним молчится. Если неудобства не возникает, значит, однозначно твой.
Данила был ее человеком. Проведя с ним весь день, она от него ничуточки не устала, хотя мало с кем могла так долго находиться в непосредственной близости и не напрягаться.
Ларе нравилось за ним наблюдать. Она следила за Данилой из-под полуопущенных век и с каждой минутой все отчетливее понимала, что ей нравится в нем абсолютно все: то, как он улыбается, как щурится на солнце, как проводит по лицу рукой, отгоняя назойливых насекомых. Но больше всего ей нравились его глаза. Такого чистого серо-дымчатого цвета глаз она не видела ни у кого. Казалось, из их глубины острыми лучиками бьет свет. Иногда она ловила на себе его насмешливый вопросительный взгляд и спешно отворачивалась.
«А может, он тоже за мной наблюдает? – спрашивала себя девушка. – Может, тоже пытается понять, что ему нравится и не нравится во мне?»
От этой мысли делалось жарко.
Разглядывая в очередной раз его лицо, Лара задержала взгляд на его улыбающихся губах. И неожиданно ей так захотелось к ним прикоснуться, провести пальцем, почувствовать, какие они на ощупь, что она даже слегка подалась вперед, но вовремя себя остановила. Теперь в ее голове вертелась навязчивая мысль: а как это – целоваться с ним?
Ларе еще никогда не приходилось с кем-либо целоваться. У нее и парня-то никогда не было. Честно говоря, чувствовала она себя по этому поводу не очень уютно – все одноклассницы с кем-то встречаются, только у нее никого. Бывало, она задавала себе вопрос: может, что-то со мной не так? И не находила ответа.
