Конрад вопросительно взглянул на Марию и, кивнув на папку у нее в руках, спросил:
– Вы что, все еще работаете? Не хотите ли выпить на ночь?
Что это: светская благовоспитанность или ему действительно приятно ее общество? Вряд ли разумно соглашаться. Работодатель! С ним стоит держать дистанцию. Хоть это и непросто – уж очень привлекателен. Что делать, если последуют ухаживания? Дура! – обругала она себя. Этот тип только что проводил домой одну девушку, а перед этим целовал другую!
– Спасибо, – откликнулась Мария. – Но уже очень поздно.
Конрад улыбнулся. Уж не читает ли он ее мысли?
– Ну, разумеется, – произнес хозяин. – И у вас еще наверняка много работы.
При желании в его словах можно было угадать насмешку. Мария поспешно пожелала ему спокойной ночи. Вышла из дома через боковую дверь, пересекла внутренний двор и поднялась в свою комнату. Там она села за стол, открыла папки с материалами, но вскоре заметила, что никак не может сосредоточиться. Подошла к окну. Отсюда был виден почти весь дом. Интересно, Конрад лег спать или все-таки отправился в библиотеку выпить на ночь? И о ком он думает, сжимая бокал в тонких пальцах, – о Стефани Керр? А может быть, о ней, Марии?
Послышался шум двигателя, в гараж въехала машина. За рулем Белинда. Кажется, сегодня ночью никому не спится.
Следующим вечером праздник проходил на плантации, куда были приглашены все местные работники компании Баго. Мария уже выезжала на место будущих торжеств, чтобы осмотреть все и прикинуть расположение столов. Утром намеревалась повторить визит и договорилась, чтобы ей предоставили машину. В назначенное время вышла из дома. Одежда сугубо деловая: брюки, блузка, свитер. Волосы заплетены в тугую косу. Предполагалось, что ее повезет кто-нибудь из служащих. Однако около машины, явно ожидая ее, стоял сам Конрад. Вместо приветствия – знакомая дружелюбная улыбка.
– Я еду на виноградники. Вот и подумал, что смогу заодно вас отвезти.
– Благодарю. Надеюсь, я не заставила вас ждать.
– Вовсе нет.
Он распахнул перед ней дверцу, сел за руль. Завязался ничего не значащий неспешный разговор. Она украдкой поглядывала на его строгий профиль – высокие резко очерченные скулы, твердый, выдающийся вперед подбородок. Что же он за человек? Угадывается сильное мужское начало. Не тратит времени попусту и, скорее всего, вспыльчив. После нескольких телефонных разговоров у нее сложилось мнение, что это человек в летах, сдержанный и чопорный, однако по приезде в Испанию мнение изменилось. Кто бы ожидал, что он так молод и так хорош собой!
К своей неотразимости он уже наверняка привык. И, наверное, думает: вот и еще одна дурочка, подпавшая под мои чары. В этой машине ночью он сидел рядом со Стефани. Интересно, на какой стадии их отношения? Вряд ли им удалось зайти далеко, ведь с ними был шофер. Но, возможно, блондинке назначено свидание.
Сама Мария ни разу ни с кем не встречалась все три года после гибели мужа. Предложения были, случались и ни к чему не обязывающие свидания.
Конрад завернул во двор и повернулся к спутнице.
– Вот и приехали. Мария, что с вами?
– Что? – встрепенулась она. – Нет-нет, ничего. Я просто задумалась.
Взгляд выдал его озабоченность.
– Господи, как я не подумал – вам же здесь, наверное, одиноко.
– Нет, что вы! Прошу вас, не беспокойтесь, мистер Баго! Все в порядке. Правда.
Он одарил ее очаровательной улыбкой.
– Пожалуйста, называйте меня по имени. Когда произносят «мистер Баго», я чувствую себя ровесником собственного дедушки.
Миссис Леннон вышла из машины. Конрад приказал одной из работниц, говорившей по-английски, быть переводчиком при «главной устроительнице праздника». Мария поблагодарила и принялась за работу.
Конрад все утро провел в своем кабинете, занимаясь делами. Потом около полудня отправился искать Марию и обнаружил ее у дверей хранилища, куда сгружали винные бочки. Приехал грузовик со стульями. Эти же стулья использовались во время вчерашнего обеда во дворце, а завтра грузовик отвезет их на плантацию. Мария наблюдала за разгрузкой.
– Я собираюсь сегодня пораньше пообедать. Не хотите ли присоединиться? – предложил Конрад.
Мария оторвалась от папки, в которой что-то отмечала. Улыбнулась, стараясь скрыть удивление, и понадеялась, что улыбка вышла не очень испуганной. Если клиент приглашает тебя обедать, ты соглашаешься, напомнила она себе.
Конрад повез ее к ресторанчику у речного мола. Столик, который они выбрали, был прямо над водой.
– В этих ресторанах подают только что выловленную рыбу, – сказал Конрад. – Вам обязательно нужно попробовать. Такой рыбы больше нигде не найдешь.
– Боюсь, вам придется переводить для меня меню.
Мужчина наклонился к ней и стал читать названия блюд, водя по строчкам пальцем. Сидя напротив, он тем не менее сумел – случайно? – коснуться ее ноги. Она незаметно отодвинулась, но пронзившее ее сексуальное возбуждение улеглось не сразу. Женщина удивилась и встревожилась. Даже если он действительно положил на нее глаз, даже если бы не увяз по уши в любовных делах с теми двумя, все равно они не пара.
Зачем вообще он пригласил ее? Из вежливости? Вдруг вспомнились его слова по поводу одиночества. Значит, приглашение исключительно из чувства долга: пожалел несчастную вдову. Эта мысль вызвала раздражение. Ей не нужна жалость! У нее свое дело, своя жизнь.
– Я вот это закажу, – отрывисто сказала Мария, ткнув пальцем в меню.
Прерванный на полуслове, он увидел ее сердитые глаза.
– Да-да, конечно.
Официант принял заказ. Конрад вновь повернулся к спутнице.
– Каждый год здесь устраивают регату от устья реки до главного причала, что неподалеку. Соревнуются все винодельческие компании. Это очень красивый и веселый праздник – много вина, фейерверки.
Мария неплохо держалась под его внимательным взглядом.
– И удавалось вам когда-нибудь выиграть?
Смущенная улыбка в ответ:
– Было дело. На регату всегда приезжают мои двоюродные братья, в команду берем нескольких служащих. Судно ведем сами.
– Как сами?
Кажется, она ошиблась, навесив ему ярлык сдержанного и холодного дельца.
– А почему нет? Дед брал нас еще детьми в плавание. Жалко, что он сам больше не может плавать. Состарился.
В голосе искреннее сожаление. Нежная привязанность к патриарху трогала.
– Действительно, жалко.
Он кивнул и улыбнулся. И улыбка у него сейчас была совсем другая, не равнодушно-вежливая.
Официант принес вино. Конрад помолчал. Нет, он не вписывался в рамки выдуманного ею образа. Впрочем, какая разница! Что ей за дело до истинного мистера Баго? Это один из ее клиентов, чем и обусловлены их отношения. Чисто деловые отношения. Но тем не менее нельзя не признать – с каждым днем он кажется интереснее.
