class="p1">— Вы тут собаку не видели? — спросила она у мирно сидящих на лавочке мужчины и женщины.
— Собаку? — с любопытством вытаращилась на расписной чемодан женщина. — Видели, конечно. Ее пять минут назад хозяин увел.
— Какой хозяин? — испугалась Лера. — Это же моя собака!
— А кто же таких породистых собак оставляет без присмотра возле лавочки?! — усмехнулся мужчина. — Все, увели твоего песика.
— Пуся! — в отчаянии закричала Лера и бросилась к проходу. — Пуся!
Но питбультерьерша как в воду канула. Лера решила, что без Пуси никуда не поедет. Подбежала к полицейскому и, растирая слезы по лицу, объяснила ситуацию. Тот лишь развел руками.
— Вряд ли мы ее найдем. Если ее украли, значит, на территории вокзала вашей собаки уже нет.
— А как же камеры видеонаблюдения? — не унималась она.
— Если вы хотите написать заявление в полицию, то на это потребуется время.
— В полицию? — ужаснулась Лера. — Нет, спасибо. Извините за беспокойство.
Подавленная таким глупым происшествием, она вернулась к лавочке, возле которой еще недавно оставила Пусю. В горле стоял противный ком. Она вдруг резко осознала, что кроме уродливой хрюкающей собаки у нее нет ни одной близкой души и что она отныне возвращается домой, в свой тихий городок, затерявшийся среди курортов Краснодарского края. Туда, где очень нетерпимо относятся к таким высокомерным выскочкам, как она. И пока здесь, в Москве, все не уляжется, ей придется вести очень неприметный образ жизни, потому что Федеральная служба по контролю за оборотом наркотиков не дремлет. И ей остается лишь одно – умерить свою гордыню и начать все с чистого листа, каким бы омерзительным ни казался этот процесс.
Глава 2. " Шепчущие звезды"
Теплый майский вечер близился к концу. Сумерки плавно окутывали скалистое побережье фиолетовой дымкой. В небольшом курортном городке пробуждалась своя, ночная жизнь. Красочные кафе и ресторанчики наперебой зазывали к себе посетителей, отовсюду слышалась музыка, веселый смех и звон бокалов.
Лера брела по центральной улице, волоча за собой тяжелый расписной чемодан. Ей были чужды эти ночные звуки, и ни к чему было веселье. Потрясение от событий последних суток никак не хотело отпускать. Переполненная отвращения к местной жизни, она брезгливо поморщилась на предложение таксиста подбросить к месту проживания за умеренную цену.
Вот и знакомая улица, родной домик, из-за забора выглядывают кусты роз — казалось, она войдет в дверь, и мама выбежит навстречу, а Берта ухмыльнется при виде ее нового наряда.
Но окна были неприветливо темными. Нет здесь больше мамы, и Берты нет. Сглотнув непрошеный ком в горле, Лера поставила сумки на пол и зажгла в прихожей свет. В лицо ударил неприятный запах сырости. Было непривычно оказаться в доме одной, без матери и старшей сестры. Берта после похорон мамы даже не позвонила ей ни разу. Значит, не скучает там, у себя, на ромашковых полях, где работает агрономом. Да и зачем звонить? Берта всегда считала Леру гордячкой и выскочкой, и грубо насмехалась над всеми попытками сестры убежать от нищеты. «Сколько не отрицай свою сущность, а корни твои здесь. И никакая красота не поможет это стереть!» — злорадно выговаривала Берта Лере на похоронах матери. «Поможет!» — упиралась Лера и снова бежала от себя и от сестры в Москву. Да уж, отныне у Берты есть все права насмехаться над ней в свое удовольствие.
Бесцельно потоптавшись по необитаемому жилищу, Лера вышла во двор. Розовый сад цвел пышным цветом. Она содрогнулась. В голове не укладывалось, что хозяйки сада больше нет в живых, а ее цветы пышут здоровьем, как никогда.
Не имея желания долго находиться рядом с ненавистными розами, Лера захватила свою дорогую модную сумочку и устремилась к центральному пляжу.
Сразу вспомнилось детство. Они с Бертой часто бегали на пляж. Лере нравилось наблюдать, как солнце лениво опускается в море и на небе медленно зажигаются звезды.
— Мам, а звезды умеют говорить? — наивно вопрошает маленькая Лера, задрав голову вверх.
— Вот глупая, — грубо перебивает ее Берта, пытаясь выловить маленького краба из-под большого камня, обросшего водорослями. — Говорить могут только люди.
— Лера, они не говорят, звезды шепчут, — лукаво улыбается мать.
— Как это? — не понимает Лера, и во все глаза разглядывает небо.
— Вот так. Но шепот этот особенный. Его может услышать только тот, кто любит.
— А ты слышала их шепот? — наивно продолжает любопытствовать Валерия.
— Да, слышала, — улыбается мама, такая молодая и красивая. – Это потрясающе. Надеюсь, вы тоже когда-нибудь это услышите.
Воспоминание было настолько ярким, что Лера вздрогнула и поспешила стряхнуть с себя наваждение. Присев на теплый после дневного солнца камень, начала сосредоточенно размышлять.
Вдалеке слышался смех еще редких в конце мая отдыхающих. Море будто застыло перед взором огромной жидкой массой и даже не пыталось шевелиться. Впрочем, как и мысли в ее уставшей от событий минувшего дня голове. Лера вспомнила, что почти ничего не ела с самого утра, и расстегнула молнию на красивой кремовой сумочке. Достала кошелек и сосчитала деньги, которые успела увезти с собой. Каких-то двадцать семь тысяч рублей. Если постараться жить экономно, их может хватить на пару недель. За это время надо обязательно найти работу. Память на этот раз не подвела, и очень скоро Лера вспомнила, что ее давняя подружка Эля когда-то работала в местном центре занятости населения. Как же она раньше об этом не подумала! Обрадовавшись, что нашла хоть какую-то зацепку в родном городе, успевшим стать чужим, Лера отправилась в одну из многочисленных столовых. В конце концов, сегодня она еще может позволить себе ужин.
Дома Лера снова брезгливо поморщилась от запаха сырости. Достала из пакета приобретенные в местном минимаркете продукты, выложила их в холодильник и растерянно осмотрелась по сторонам. Дом кричал караул. Ему требовался ремонт, на который у внезапно вернувшейся из столицы выскочки Леры Ростковой не было сил и средств.
На следующее утро Валерия, робко прижимая к груди папку с документами, маячила на пороге единственного в курортном городке центра занятости населения. Экстравагантная Элеонора оказалась на своем рабочем месте. Неожиданному появлению Леры она несказанно обрадовалась.
— Мне это снится или ты действительно вернулась в наше захолустье? — с широкой улыбкой подскочила Элеонора со своего кресла, отчего длинные, аккуратно вытянутые утюжком пряди темных волос молниеносно метнулись в разные стороны, распространяя тяжелый запах
