по следам с помощью собак выследить нас, поэтому бежать в другое место не выйдет… Но у меня есть три дня! Нет, уже вечереет, значит три ночи и два дня. Надо только суметь спасти сына и бежать! Обязательно взять с собою Стефана. Он помогал мне всегда, его могут преследовать. А он заслужил хорошую старость».
О многом успел подумать Закир, завороженно глядя, как Стефан медленно, четко сверяясь несколько раз с ветхим листком в руке, прикладывал ладонь к необычным узорчатым знакам, и убирал руку сразу, как только знак начинал светиться. В какой-то момент раздался легкий шорох веток и листьев, окружающих дверь, потому что дверь… исчезла.
Стефан схватил за руку оцепеневшего Закира: «Пойдем!» — и резко втащил его в проем.
Как только они вошли, дверь за ними так же бесшумно появилась.
Прямо за дверью обнаружилось небольшое светлое помещение без какой-либо мебели.
На противоположной стороне от вошедших была видна обычная плетеная из веток дверь. Охотники медленно подошли к ней и распахнули ее.
Пьянящий аромат проник в их ноздри. Солнечные блики мелькали сквозь листву. Сочная весенняя зелень и обилие цветов повсюду радовали глаз.
Пожилые мужчины, не мало повидавшие на своем веку, оторопело озирались по сторонам.
«Где мы оказались?» — спросил Закир.
Стефан покачал головой: «Я тоже здесь впервые».
Этот лес полностью отличался от того леса, из которого они только что пришли. Там наступали сумерки, а здесь светило полуденное солнце. Там лес был мрачным и опасным, а здесь скорее напоминал огромный сад. Да-да! Именно сад. Между деревьями виднелись выложенные мелкой галькой дорожки, а кое-где даже свисали сплетенные из лиан качели.
Никого не было вокруг.
«Куда дальше, как ты думаешь?» — спросил Стефан у Закира.
«Пойдем по самой широкой дорожке, так мы быстрее кого-то найдем», — предложил Закир.
«Хорошая мысль!» — согласился Стефан.
Эльфы
Неизвестно, сколько времени они шли, но судя по тому, что Закир захотел пить, то, наверное, около часа или двух.
Внезапно впереди послышался стук копыт, и трое всадников, всем своим видом напоминающие людей, на необычно высоких лошадях с рогом во лбу приблизились к нашим путешественникам. Существа подъехали к охотникам и остановились. Один из них с глубокими синими глазами спешился, приложив руку к груди слегка поклонился и на понятном для людей языке спросил:
«Кто вы и как попали к нам?»
Глаза неведомого существа, казалось, смотрели в самую душу и видели все, что творилось в ее глубине. Стефан, как есть, коротко рассказал о том, как много лет назад с дедом они увидели одного из жителей этого мира и, последовав за ним, раскрыли тайну двери. Но за все эти годы никто посторонний не узнал об этом, пока беда не случилась с его названным братом. В глубоком отчаянии оба пришли искать помощи. На этих словах Стефана Закир вдруг упал на колени, нервы его не выдержали, и он заплакал. Так не плачут мужчины, но Закир в этот момент под неведомым влиянием или воздействием этих странных существ вдруг раскрыл свою душу и как есть излил свое горе. Он не стеснялся и всхлипывал, словно маленький ребенок, рассказывая и про своих детей, и про злого графа, и про беды на него навалившиеся, и про то, что он в отчаянии не знал, к кому обратиться за помощью. И что совсем не верил словам Стефана, но пришел, потому что терять ему уже больше нечего.
Когда он закончил говорить, тот же всадник спросил его: «Какой помощи ты ждешь от нас, человек!»
В этот момент злоба и ненависть отпустили душу Закира… Он просто попросил: «Спасите нас! Моего сына, всю мою семью, и если можно, то всех жителей моего города. Возможно не всех, но всех тех, кого вы можете спасти!»
Стефан изумлялся словам Закира и думал: «С каких пор Закир стал таким заботливым и добрым, и даже не вспоминал о наказании графа…»
Всадник ответил: «Твое горе очистило тебя, человек. Как зовут тебя?»
Мужчина удивленно вскинул голову, вытер рукавом слезы и сопли и тихо прошептал: «Закир».
Существа что-то обсуждали между собой на своем языке. Стефан и Закир молча ожидали своей участи.
Наконец, тот же всадник снова обратился к Закиру: «Твое горе возможно исцелить, потому что душа твоя исцелилась. Ты пойдешь с нами. У тебя непонятное имя, бессмысленное. Мы станем называть тебя Искатель. Встань с колен и никогда больше не кланяйся в ноги никому, кроме твоего Создателя».
После этих слов всадник посмотрел на Стефана и произнес: «Ты тоже пойдешь с нами. Наверное, твое имя тоже нам не понятное. Мы будем звать тебя Хранитель тайн, потому что ты хранил нашу тайну всю жизнь, за это мы наградим тебя».
После этих слов, он взял своего однорогого скакуна за поводья, что-то прошептал ему в мохнатое ухо, и тот присел. Охотники очень удивились.
Этот же всадник сказал: «Садитесь, вы проделали долгий путь и устали, к тому же вы не молоды. Мой единорог отвезет вас».
Закир кивнул и торопливо влез на единорога. Стефан уселся позади него.
Всадник продолжил: «Это наше ездовое животное, оно благородное и очень чувствительное. И если он спокойно принял вас на свою спину, это означает, что вы пришли к нам с чистыми сердцами без каких-либо тайных умыслов».
После этих слов всадники развернули своих единорогов и спокойно поехали вглубь тропического леса.
Эти необычные существа были примерно на две головы выше ростом обычных людей, одетые в темно-зеленые камзолы и высокие сапоги. У них были длинные уши и длинные светлые волосы, перетянутые шнурком. Кожа лица, казалось, была прозрачной, нежной и женственной без какой-либо растительности на ней. И если бы не их мужские голоса и явно мужественное телосложение, то можно было подумать, что это очень высокие девушки.
Всадник, говоривший с охотниками все время (по всей видимости только он знал человеческий язык) внезапно заговорил, будто прочитал мысли мужчин: «Наши девушки действительно высокие, но они намного красивее нас».
