Читаем без скачивания Ленивый Вареник (сборник) - Александр Кумма

- Так его! Так его! - ликовала Вазочка на шкафу. - Скоро от него останется одна палка! И его выкинут в мусорный ящик!

А бедный Веник стонал, но продолжал трудиться. К счастью, его стоны услышали Клещи, лежавшие в ящике стола. Они быстро пришли к нему на помощь.

Клещи ухватили вредный Гвоздь за шиворот и быстро выдернули из половицы. Гвоздь только заскрипел от злости.

- Правильно! - сказала Дверь и так хлопнула, что в шкафу зазвенели все чашки, а Вазочка закачалась, закачалась и... полетела вниз... Блямс! И она разлетелась на мелкие кусочки.

Что оставалось делать Венику? Ему не хотелось и близко подходить к Вазочке и Гвоздю, но, к сожалению, пришлось. Он собрал их на совок вместе с пылью, и скоро они уже благополучно очутились в мусорном ящике.

И никто их не пожалел. Потому что никому в комнате не нравилась эта самодовольная вазочка, которая только и делала, что хвалилась своим пестрым нарядом. И зловредный Гвоздь тоже никому не нравился. Он лишь делал вид, что держит половицу, а на самом деле только рвал тапочки и ботинки. Поэтому все облегченно вздохнули, когда этих неприятных соседей вымели из комнаты.

А Веник отряхнулся от пыли, хорошенько помылся под краном и отправился в гости к своей родственнице Платяной Щетке, которая давно уже вычистила Петины штанишки и поджидала его у зеркала в передней.

ЧИК!

Летом она любила поболтать с Мотыльком, зимой - с Абажуром. С кем же еще поговорить Лампочке, веселой, золотистой электрической Лампочке?!

Мотылек кружился вокруг нее часами и рассказывал ей обо всем, что видел на свете. С Абажуром она чаще ссорилась. Он был неряха и только по праздникам чистил свои запылившиеся бока. Да, с таким соседом не прослывешь чистюлей. А какой жадный! Весь свет, который излучала Лампочка, он хотел забрать одному себе.

Лампочка любила общество. Когда в комнате никого не было, она просто засыпала от скуки. Между нами говоря, она вообще любила поспать и делала это большую часть суток. Ее будил выключатель. Чик! Лампочка вспыхивала.

Она была не только общительна, но и любопытна. В чужие комнаты она, правда, не заглядывала, но что делалось у себя в доме - знала отлично. Например, она прекрасно знала, что Федя выменял вчера новую марку. На ней был нарисован бородатый человек, по виду очень строгий, и написаны какие то цифры.

"Ох уж этот Федя! - вздохнула про себя Лампочка. - Его интересуют только марки. Хоть бы раз помог своей бедной старой бабушке! Вот и сегодня, пришел из школы и сразу уселся за альбом. Взял бы, что ли, тряпку да вытер пыль с Лампочки или так уж и быть - с Абажура. А заодно можно и со Шкафа. Ему это тоже не повредит..."

Нет, с этим мальчиком у нее старые счеты... Лампочка вдруг вспомнила все свои огорчения, ей стало грустно-грустно, она обиженно заморгала и... потухла.

Стало совсем темно. По стенам забегали светлые зайчики от троллейбусов, и вся комната закружилась, как карусель. А Федя вскочил и крикнул:

- Ах, гадкая Лампочка! - Он пощелкал выключателем, но свет не загорался.

И тут начались удивительные события. На столе, откуда ни возьмись, появилась Стеариновая Свеча. Собственно, это была уже не Свеча, а оплывший Огарок. Он с важным видом уселся на кастрюлю, и комната озарилась неверным светом.

- Ура! - закричал Федя. - Хоть что-то видно!

И он снова занялся своими марками.

Свеча сперва горела молча. А потом стала трещать, наверно обрадованная тем, что наконец то ее из влекли из Шкафа и зажгли. Скоро она разгорелась и уже трещала без умолку. Недаром у нее был длинный и бойкий язычок.

- Эй, вы там, наверху! - подмигнула она Лампочке. - Ну как, мы сгорели на работе?

- Ты еще жива? проворчала Лампа. - Удивляюсь, как тебя до сих пор мыши не съели.

- Как видите, жива и горю - подтрунивала Свечка. - Чего нельзя сказать о вас.

- Несчастная трещотка! - возмутилась Лампа. - Да во мне сто таких свечей, как ты одна.

- Одна, но горю! - хихикала Свеча. А вы чик! И перегорели!

- Да что ты понимаешь в электричестве? - негодовала Лампочка. Убирайся вон отсюда! Твое время прошло!

- И не подумаю! - не сдавалась Свеча. Я помогаю тут этому славному мальчику.

Перепалка не утихала.

- Остыньте, остыньте, уважаемая! - издевался Огарок.

Но Лампочка никак не хотела остывать. Свечка то же, в свою очередь, так разошлась, что от нее во все стороны полетели искры и брызги, и одна горячая капелька стеарина упала прямо на новую марку!..

- Ой! - Человек, изображенный на ней, недовольно поморщился. И вдруг... Что такое? Он стал вылезать из марки!

Федя хотел было закричать, но крик застрял у него в горле. А Свечка от страха чуть совсем не погасла.

Между тем Человечек с бородой прямо на глазах начал быстро увеличиваться, расти, расти, расти... Пока не стал таким, как Федин папа. И, пожалуй, даже больше. Тогда он уселся в кресло и сказал:

- М-да... Потом огляделся по сторонам и пристально посмотрел на мальчика. - Э-э, да я тут не один! Ну что ж, давай знакомиться.

- А я вас знаю, - пролепетал Федя.

- Гм... Кто же я, по-твоему?

- Вы... изобретатель Яблочков. Вот!..

- Правильно, - удивился Человек из марки, - а я думал, ты совсем необразованный мальчик.

- Это что! - осмелел Федя. - Я даже знаю, в каком году вы родились и когда изобрели лампочку. Недаром у меня по физике пятерка.

- Непостижимо! Ты всё знаешь и не можешь починить лампочку?! Что же ты делал на уроках по электричеству?

- Я менялся марками с Вовкой Чижиковым, - честно признался Федя.

- И ты смеешь вклеивать меня в альбом? - Изобретатель встал и хотел уже было уйти и хлопнуть дверью, но тут Федя бросился за ним:

- Куда вы? А как же моя коллекция марок?

- Можешь вклеивать туда разных слонов и бегемотов, если они только захотят у тебя оставаться.

- Постойте, не уходите, товарищ Яблочков, - упрашивал Федя. - Я бы с удовольствием починил вашу лампочку... но я просто не знаю, как это сделать...

- Что же ты предлагаешь? - строго спросил Яблочков.

- Ну... вы почините, а я посмотрю...

- Спасибо! - усмехнулся изобретатель. - Я на своем веку починил не одну лампочку, не говоря уже о том, что я её изобрёл. Полезай-ка ты чинить, а я посмотрю...

Ничего не поделаешь, Федя вздохнул, поставил стул на стол и полез наверх.

- А что мне с ней делать? - жалобно спросил он сверху.

- Вывинти её и посмотри, не перегорел ли у нее волосок!

Мальчик вывернул Лампочку и стал разглядывать ее.

- Перегорела, перегорела! - шипела Свеча. Ее душила злоба, потому что минуты ее были сочтены. Она уже вся оплыла.

А Федя всё вертел в руках Лампу и ничего не мог понять... Но тут уж Лампочка не выдержала.

- Зачем вы позволяете меня трогать?! - закричала она изобретателю. Перегорел волосок! Да я еще год буду гореть! Если этот мальчишка не будет трясти меня, как сейчас, хлопать дверью и оставлять на мне пыль!

- Я не буду хлопать дверью! Честное слово! - пообещал мальчик. - А пыль я уже вытер носовым платком. Но почему она всё-таки не горит?

- Почему не горю?! Почему не горю?! - запричитала Лампочка. - Да потому что я день и ночь вертелась. Здесь так пыльно и неуютно. Ну... вертелась, вертелась... И вывернулась!

Тут Федя ужасно обрадовался. Он быстро ввернул Лампочку в патрон, да так крепко, что она теперь не могла повернуться ни вправо, ни влево. И всё-таки... она не горела.

- Обманщица! - закричал Федя.

- Я же говорила, перегорела! - фыркнула Свеча. - Ха-ха-ха!.. Перегорела! И она заколебалась от хохота.

- Когда ты наконец перестанешь трещать, жалкий огарок? - презрительно бросила Лампочка. - А вы, молодой человек, забыли самую малость - меня включить.

- Верно, забыл! - радостно воскликнул мальчик, быстренько слез на пол и щелкнул выключателем. Чик!

Лампочка вспыхнула и... проснулась.

За столом по-прежнему сидел Федя и перелистывал свой альбом с марками. А Лампочку вытер и ввинтил Федин папа. И все-таки она была очень довольна и сияла. Сияла, как маленькое солнце, разбрасывая вокруг золотые колосья света.

С тех пор она часто вспоминала эту историю и грустно говорила Абажуру:

- Ах, какой это был чудесный сон!

ТРИ ЖИРАФА

Жил-был Жираф. Он был мягкий и губчатый и, разумеется, жил не в Африке, а на полке рядом с зубным порошком. Каждый день утром и вечером он бегал в ванну, мылся с мылом и принимал душ. А вместе с ним купались и его друзья: губчатый Заяц, губчатый Медведь и губчатая Собака. Все они, в том числе и Жираф, принадлежали братьям и сестрам. У каждого из ребятишек был свой зверь-телохранитель. Телохранителями они назывались потому, что охраняли тело от грязи. Что касается Жирафа, то он частенько намыливал шею Толе, который, между нами говоря, был порядочный неряха. Неизвестно откуда у него вдруг появлялись на шее чернильные пятна и даже капли варенья. Но Жираф благодаря своей длинной шее мог заглянуть куда угодно, и от него не могло укрыться ни одно грязное пятнышко. Вы скажете, Жираф и сам весь в пятнах, но это ведь пятна родимые, они не отмываются.