осуществлено большевиками по политическим мотивам. Споры в основном ведутся вокруг того, кто принял решение об убийстве: Москва или Екатеринбург.
Наша задача несколько иная. Мы открыто заявляем, что нам до конца неизвестны ни обстоятельства убийства Царской Семьи, ни его исполнители. Слова большевика П. Войкова «мир никогда не узнает, что мы с ними сделали» до сих пор не утратили свою актуальность.
Цель нашего труда показать, что убийство Царской Семьи было давно и тщательно спланированным актом, причем спланированным силами, по сути, не относящимися ни к одному политическому движению России, хотя они в них и присутствовали. Характер этих сил до сих пор остается малоизученным, но сам факт их существования — бесспорен. Убийство Царской Семьи не носило характера политического или уголовного акта, оно имело сакральные и духовные причины, подлинная суть которых остается в тайне. Именно с этих позиций мы рассматриваем версию ритуального убийства.
Тема ритуального убийства Царской Семьи у многих исследователей, да и у обывателей, вызывает чувство отторжения, хотя сам факт существования ритуальных убийств признается сегодня и правоохранительными органами, и общественностью. Причины такого отторжения заключаются, с одной стороны, в навязывании отрицательных стереотипов, определяющих любые попытки исследования темы ритуального убийства Царской Семьи как «ненаучные» домыслы, вызванные «антисемитскими» предрассудками, так и, с другой стороны, в упрощении темы, сведению ее к «еврейскому ритуальному убийству».
В своей работе мы стараемся уйти как от первой, так и от второй крайностей. Не стоит даже и говорить, что изучение версии ритуального убийства не имеет под собой ничего общего с «антисемитизмом» и любыми примитивными формами объяснения таких страшных и сложных преступлений.
В своем исследовании мы стараемся руководствоваться только фактами и анализом имеющихся источников. Естественно, что из-за специфики исследуемого вопроса некоторые источники, а также выводы автора могут показаться читателю необычными. Но при внимательном прочтении нашей книги читатель сможет убедиться, что эта необычность вызвана лишь тем, что ни сами источники, ни их анализ долгое время не принимались во внимание большинством исследователей. До сих пор никто не задавался вопросом: а могла ли быть в реальности та картина преступления, которая до сих пор считается единственно верной? Ведь до сих пор версия убийства Царской Семьи основывалась исключительно на показаниях и воспоминаниях соучастников преступления. Между тем любой правовед знает, что показания соучастников преступления даже против друг друга не могут считаться доказательствами, если они не подкреплены показаниями других свидетелей или наличием вещественных доказательств. Проведенный нами анализ этих показаний и воспоминаний соучастников преступления позволил нам весьма усомниться в их правдивости. Надеемся, что сможем убедить в этом и читателя.
Мы считаем также своим долгом обозначить еще одно обстоятельство, с которым читатель столкнется, читая нашу книгу: в своем повествовании мы будем придерживаться версии следователя Н. А. Соколова, а не версии Правительственной комиссии РФ. И дело здесь не в безоговорочном неприятии всей той большой работы, которую проделала эта комиссия, и нежелании в очередной раз затеять спор о подлинности «Екатеринбургских останков». Просто та версия убийства Царской Семьи, которую мы излагаем, имеет право на существование только в рамках выводов следствия Соколова. Что же касается «мостика под шпалами» и найденных там останков девяти человек, то дело это весьма сложное и запутанное, намного сложнее, чем представляется многим, как со стороны сторонников, так и противников отожествления этих останков с мощами Царственных Мучеников. Обстоятельства этого захоронения, равно как и его обнаружения, требуют большой и обстоятельной, а главное, доброжелательной работы. Сегодня же мы имеем жесткое противостояние двух сторон. Причем со стороны тех, кто является сторонником подлинности останков, мы встречаем особо враждебную позицию к противоположной стороне и отказ от хотя бы попытки объяснить или доказать свою точку зрения. Характерным примером такой позиции могут служить слова профессора С. Л. Фирсова, написанные им в предисловии к книге И. Ф. Плотникова: «Многие, к сожалению, уже сформировали свое окончательное представление о «екатеринбургских останках». Переубеждать их — дело бесперспективное, но исторической правде «бесперспективность» не страшна»{8}.
Если следовать такой логике, то мы можем с тем же успехом применить эти слова к сторонникам «Записки Юровского». Чем они доказывают подлинность останков? «Запиской Юровского»? В книге читатель сможет убедиться, насколько ей можно доверять. Проведенными экспертизами? Но мы прекрасно знаем, как при большевиках умели проводить «экспертизы». Проведенной «независимой» экспертизой в Англии и США? Недавние «экспертизы» американцев по поискам оружия массового уничтожения в Ираке, сначала «нашедших», а потом «потерявших» это самое оружие, в результате чего под бомбами и танками оказался целый народ, прекрасно иллюстрируют «независимость» американских «экспертиз». Сравнительный анализ ДНК с останками Великого Князя Георгия Александровича? Но мы даже не знаем, существуют ли эти останки, а если существуют, являются ли они останками брата Государя? Ведь до сих пор нет отчета о вскрытии гробниц Петропавловского собора в годы большевистского правления и сведений о судьбах находившихся в соборе захоронений. Мы уже не говорим о той массе противоречий, явных несуразиц, ошибок, которые были допущены в выводах и решениях правительственной комиссии. Нам говорят, что похороны останков были признаны высшей властью Российской Федерации, но те, кто жил в России 90-х годов, да и в свете сегодняшних разоблачений, хорошо знает, каков был нравственный уровень этой власти.
Несмотря на многие серьезные доводы в ошибочности признания найденных останков за Царские мощи, некоторые сторонники такого признания вместо научных доказательств в лучших традициях инквизиции объявляют сомневающихся «еретиками».
И все же, отметив вышеизложенное, мы не делаем однозначных выводов ни о деятельности комиссии, ни о происхождении «мостика под шпалами». Это предмет огромной и длительной работы.
В заключение мы просим прощения у читателя за несколько длинное цитирование отдельных документов, юридических определений, оккультно-сатанинских источников[2], которые были нужны автору исключительно для исследования выдвигаемой им версии.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. КРЕСТНЫЙ ПУТЬ
Глава 1. Псковская Гефсимания
Авва Отче! Все возможно Тебе; пронеси чашу сию мимо Меня; но не чего Я хочу, а чего Ты.
(Евангелие от Марка, гл. 14-3).
Обстоятельства, при которых Император Николай Александрович подписал так называемое «отречение» от престола, до сих пор покрыты завесой тайны. До сих пор недоброжелатели Николая II, и даже многие
