Читаем без скачивания Снайпер-2 (Тихая провинция) - Павел Яковенко

Это была ложь. Никакую кровь ни за кого Веретенников не проливал. Ни в какой Чеченской Республике он никогда и близко не был. Он даже не служил в сотрясаемом терактами Дагестане. Но в это момент дембелю казалось, что это именно он вел жаркие бои на улицах разрушенного Грозного. Он уже забыл о малолетке. Паша опустился на колени, и положил голову на ее руки. Просто ему так захотелось.

После этого в голове у него вспыхнул фейерверк, и Паша успокоился…

— Откуда ты знаешь? — выдавил из себя уничтоженный Паша.

— Девчонки в автобусе ехали, — засмеялась сестра. — Знаешь, к кому ты пристал? Это же твоей одноклассницы — Надьки Насоновой младшая сестра. Она с хахалем ехала — с Виталиком Каратуновым. Он тебя на два года младше. Она с ним спит уже давно… Нашел, кому руки целовать!

— А я разве целовал?

— Пытался, похоже… Чего ради на колени перед ней встал, алкоголик?

Паша замолчал, и сестра замолчала.

— Ладно, — сказала Наташка, — слушай дальше. Эпизод второй.

Вынесли из автобуса избитого дембеля все те же одноклассники. Сначала их растолкал шофер. После этого парни долго удивлялись, как это они не помнят дороги в полтора часа длиной. Подняли Пашу под белые рученьки, захватили его барахло, и вытащили из автобуса. Но на этом сочли свою миссию по сопровождению завершенной, и, выбрав место в тенечке, положили попутчика мирно посапывать под кустом недалеко от здания автостанции.

И так бы мирно Паша и лежал там — до полного очищения организма от последствий алкогольного отравления — но местные собаки поспать ему не дали. Бесхозные барбосы начали трепать и лизать его, и, в конце концов, Паша восстал. Он поднялся на четвереньки и заорал дурным голосом: «Убью»!

Будущие пассажиры, тусовавшиеся на остановке в ожидании очередного рейса, шарахнулись в разные стороны. Из кустов вылез Паша, и, размахивая своим чемоданом как булавой, снова заорал: «Убью!» — еще пуще прежнего.

Ноги понесли дембеля по направлению к родному дому. Периодически он махал чемоданом и издавал воинственные рыки, пугая всех встречных и поперечных. Быстро — не быстро, но Паша приближался к центру поселка. Людей стало встречаться заметно больше, и его анабазис стал вызывать нездоровое оживление.

Чем более прямо пытался Паша шагать, тем сильнее его качало из стороны в сторону. Дембеля периодически выносило с тротуара на проезжую часть, и будь в Максимовском такое же интенсивное движение, как в Москве, то он уже, скорее всего, был бы расплющен по асфальту. Однако машин было мало, и они успевали притормозить, остановиться или увернуться ещё до того, как Паша становился у них на пути.

К счастью, прохода через самую оживленную часть Максимки дембелю удалось избежать. Около площадки перед поликлиникой Пашу узнал сосед — дядя Коля. Он как раз садился в свою «четверку», когда увидел пьяного, с трудом передвигающегося солдата. И с изумлением узнал в этом солдате соседского мальчишку, который так часто всего несколько лет назад таскал у него в саду абрикосы.

Добрый дядя Коля перебежал дорогу, подхватил Пашу под руки, и почти насильно посадил дембеля на заднее сиденье. Почувствовав возможность прилечь, парень сразу же завалился на бок и отрубился окончательно. Дядя Коля с сомнением посмотрел на него — не заблюет ли салон? — но, пожав плечами, уселся поудобнее, и плавно тронулся.

Вот таким макаром Паша и оказался дома. Кроме того, как рассказала Наташка, когда его вынимали из машины, он плакал, и уверял всех в своей безграничной любви. «Возвращенец» перецеловал всех, включая кота и собаку.

И только потом позволил уложить себя в кровать.

Игорь Поляков задумчиво курил, сидя на краю тахты. Он пристально рассматривал довольное лицо немолодой женщины, сжавшейся калачиком у стенки.

«Что я в ней нашел?» — думал Игорь. — «Почему меня так тянет к ней?».

Поляков был женат вторым браком. И от первого, и от второго брака имел дочерей. Но с этой женщиной — Ольгой Нестеркиной — он был знаком еще до встречи со своей первой супругой.

Встретились они случайно — ехали рядом в автобусе. Дорога была долгой, волей-неволей попутчики разговорились. Игорь был мужчиной обаятельным, разговор поддерживал умело: где надо — мог ввернуть нужное слово, где надо — подержать паузу. Вяло начавшаяся беседа переросла в более оживленный обмен мнениями, потом — в достаточно откровенный, и расстались они уже почти хорошими знакомыми.

Ольга была разведена. Хотя, если честно, юридически замужем она никогда и не числилась. Сначала они с гражданским мужем решили пожить вместе, чтобы проверить чувства, потом — после рождения девочки, как-то все не находилось времени на регистрацию, а уже после появления на свет мальчика муж стал проявлять явные признаки усталости от совместного проживания. О законном браке речь уже и не шла.

От безденежья муж завербовался на Север. Первые полгода честно присылал деньги, а еще через три месяца сообщил, что встретил другую — «свою настоящую любовь».

Удар был очень сильный — несчастная женщина подала в суд на алименты, но дело двигалось как-то очень слабо. Хорошо, что к этому времени ей удалось устроиться на работу в налоговую инспекцию — из жалости помогли старые подруги. Деньги платили небольшие, но это было значительно лучше, чем ничего.

Помимо постоянной нехватки средств Олю стало мучить отсутствие мужской ласки. Как бы она не относилась к своему мужу-предателю, но в постели он был очень хорош. Потому и терпела она его столько лет, потому и родила ему двух детей… И вот теперь одна, в пустой постели, она часами рыдала в подушку, и почти физически чувствовала, как впустую уходят её оставшиеся женские дни.

Знакомство с Игорем показалось каким-то особенным, словно посланным свыше. Максимовский был маленьким городком — Оля не сомневалась, что рано или поздно, но ей удастся встретить его снова. А там может что-то и получится…

Встреча действительно произошла. И даже скорее, чем она предполагала…

Игорь возвращался от своей новой девушки расстроенный и злой. В последнее время они чаще ругались, чем целовались. В чем была причина их ссор — наверное, ни он, ни она не могли объяснить друг другу. Возможно, если бы они были чуть равнодушнее, чуть расчетливее, все было бы иначе. Но они по настоящему любили друг друга… По крайней мере, думали так… А это чувство порождало желание постоянного обладания другим человеком, что в принципе нереально. От этой невозможности они оба злились, и вместо ласки больно жалили друг друга.

— Да ну ее к черту, — подумал Игорь. — Строит из себя непонятно что… Не девочка, чтобы так ломаться.

Вместо приятного вечера плавно переходящего в постель, получилась разборка отношений по типу «Ты меня не любишь. Если бы любил, то вел себя по-другому. Я не верю в твою любовь!». Доказать что-то в такой ситуации нельзя. Любые, даже самые железобетонные аргументы отскакивают от женщины как горох от стенки. Оставив зареванную и надутую подругу, Игорю пришлось возвращаться домой несолоно хлебавши. Путь лежал мимо местного кабачка, и обломавшийся любовник решил заглянуть в бар на пару рюмок.

— Привет! — Кто-то сказал ему и дотронулся до руки. — Не помнишь меня?

У Игоря была хорошая зрительная память, и не узнать Ольгу он не мог — познакомились-то совсем недавно.

— Привет, — вяло ответил Игорь. — Как дела?

— Да так, — последовал неопределенный ответ. — Помаленьку… А ты как?

Несколько секунд Игорь смотрел на Ольгу внимательным изучающим взглядом.

— Слушай, — наконец сказал он. — Если у тебя есть время, пойдем в бар. Посидим. Я угощаю.

Сердечко у Ольги слегка екнуло, а внизу живота что-то кольнуло:

— Да, в общем-то… Не тороплюсь я… Пойдем.

Строго говоря, говорить-то им было не о чем. Они долго перебрасывались вялыми фразами. До тех пор, пока Игорь не взял ее руку в свою ладонь, и начал мягко водить по ней пальцами. Ольга замерла.

По ее широко открывшимся глазам, по прогнувшейся на мгновение спине опытный Игорь сразу понял, чего ей не хватает, и чего она от него ждет.

— Ну, что ж. Я провожу тебя, — очень мягко сказал он. — Нам по дороге, и если ты меня пригласишь на чашку чая, то я, пожалуй, не откажусь.

Ольга ничего не ответила, а только как-то потерянно улыбалась. Игорь, ощущая знакомый охотничий азарт ловеласа, понимающе усмехнулся про себя, взял ее за руку, и повел из бара на улицу.

Никакого чая, конечно же не было — что еще за глупости. Целовать ее он начал еще в прихожей. Целовал, постепенно опускаясь все ниже и ниже и расстегивая пуговицы. Скоро на диван полетел лифчик, и когда он добрался до сосков, то Ольга уже была готова на все, что угодно.

На эту ночь они нашли друг друга. Казалось, что женщина сорвалась с цепи. Они перепробовали все позы, которые только знали. Они не сомкнули глаз за всю ночь ни на минуту. Она хотела много, а у него все получалось. Она была ненасытна, а он моложе и сильнее.