Как мы живем здесь, наверху? Как можем выдерживать битком набитые народом смердящие шары? Но слушайте: мы здесь свободны, в первый раз по-настоящему свободны. Мы
* Вид морских водорослей.
буквально летаем. Гравитация не в состоянии согнуть наши спины, переломить наши хребты или усмирить наши мысли. Ведь только здесь, далеко, такие глупые люди, как мы, могут по-настоящему думать. Невесомость держит наши мысли на плаву, и у нас есть возможность разобраться в них. Они произрастают здесь, как в никаком другом месте, это именно та среда, которая им нужна.
В космос может попасть любой, если он в самом деле этого хочет. Билет - это мечта.
Такова наша история, человеки. Мы выбрали космическую дорогу, потому что только здесь еще оставалась граница неизведанного. Мы должны были прийти сюда, потому что здесь тоже есть пространство. Подобно взобравшемуся на гору человеку. Подобно смельчаку, первым бросившемуся в зеленые глубины океана безо всякого снаряжения. Подобно человеку, позавидовавшему птице или падающей звезде.
До этого мгновения звуки музыки, казалось, тихо парили в пространстве, сливаясь со словами Фэтса и умолкнув вместе с ним. Когда же он заговорил снова, музыка уже не сопровождала его речь - звучал только один его монотонный голос.
- Но это еще не конец рассказа, человеки. Как я сказал, у меня есть кое-что серьезное, что я хотел бы сообщить вам. Серьезное, по крайней мере, для нас. Похоже, что мы уже не сможем дальше оставаться в космосе, человеки. Нам было сказано, чтобы мы убирались отсюда. Потому что мы - неправильные люди. Потому что у нас нет законного права оставаться здесь, а только право, которое дает нам мечта.
Может, в этом и заключается настоящая справедливость. Может, мы слишком засиделись на местах, которые принадлежат звездам и птицам. Может, место битового поколения не в космосе. Может, космос - для солдат и гражданской службы, да еще ломтик для исследователей. Может, есть кто-нибудь, кто больше нашего хочет находиться в космосе. Может, наше падение вниз заслужено нами. Не знаю, что и сказать на это.
А значит, готовьтесь к встрече, человеки. Мы возвращаемся. Если же вы не хотите нас видеть или же считаете, что нас определенно нужно держать здесь в целях безопасности - вашей безопасности, - вы могли бы просто дать знать об этом Президенту.
В эфире было Битовое Скопление, человеки.
Отлетев от оркестра, Фэтс сразу же обратил внимание на то, что немногочисленная публика отправляемого на Землю шара количественно выросла и что не все вновь прибывшие были обитателями Скопления.
- Фэтс, что у вас здесь творится? Ваши люди что-то самостоятельно проворачивают, а исследовательский персонал остается в стороне? - обратилась к нему седая стручкообразная голова. - Вы просто не можете так вот сразу покончить со всеми развлечениями. Мне крайне необходимо ваше Скопление, чтобы мои электронные жучки все так же дурачились на радость всем. Мы даже хотим использовать их внизу для привлечения нового персонала, хотя и не собираемся их тиражировать.
- Прошу прощения, господин Томс, - спокойно произнес Фэтс. - Не в обиду вам или же Главному Электрику будь сказано, но у меня нет времени для объяснений. Обратитесь к кому-нибудь другому.
- То есть как это - не в обиду? - ухватившись рукой за пурпурные шорты Фэтса, настаивал тот. - Вы что, пытаетесь поделить космос на кварталы? Что вам не нравится в исследователях? Мы недостаточно хорошие для вас люди?
- Да, - влез в разговор взъерошенный представитель Конвэара, - и раз такое дело, не были бы вы так добры пролить капельку света на эту, только что поступившую от нового "А" директиву насчет того, что Скопление для нас закрывается и все свидания парней из исследовательского персонала с девушками из Скопления должны прекратиться? Фэтс, это ты подбил на это нового "А"?
- Не совсем, - сказал Фэтс. - Слушайте, парни, кончайте наседать. У меня дел по горло.
- Дел у него по горло! - фыркнул взъерошенный.
- Не думайте, что вам удастся свалить отсюда просто так, - предупредил Фэтса Томс. - Мы будем протестовать. Да ведь Старик с ума сходит в ожидании турнира по трехпространственным шахматам. Он говорит, что его единственный реальный соперник здесь - это Мозг.
(Старик - это Хуберт Уиллис, гений, руководитель открытого на другой стороне спутника бетатрона.)
- Другие исследовательские отряды тоже скандалят, - вмешался Трэйс Дэвис. - Мы им расписали все, как ты говорил, а они сказали: "Мы не можем бросить их вот так".
- Объединенные микробиологи, - сообщила Газзи Фримл, хотят знать, кто будет теперь проводить эксперименты в невесомости с незащищенными колониями бяки, которые мы проводим сейчас для них.
Подошли еще двое. У них были более конфиденциальные обращения к Фэтсу. Первой заговорила Эллисон с Конвэара:
- Не стала бы вам говорить, если бы не думала, что вы и сами догадываетесь: я использовала Битовое Скопление для экспериментального исследования психологии в анархиче ском человеческом сообществе в условиях невесомости. Если вы отделитесь от,нас, я окажусь в глубокой дыре.
- Это выглядит чрезвычайно по-дружески с вашей стороны испытывать такие чувства, - заметил Фэтс, - но я очень спешу.
Сержант космических пехотинцев Гомберт, Шеф полиции спутника, отвел Фэтса в сторону и произнес:
- Я не знаю, почему вы не скажете исследователям напрямик, что происходит, ведь достаточно скоро они и так узнают всю правду. Думаю, у вас на это есть какие-то коварные соображения. Однако я здесь для того, чтобы сообщить: у меня нет лишних людей для обеспечения вашего массового исхода. Ведь ты, привыкший к строгой экономии, прекрасно знаешь, что в смысле управления это место больше походит на национальный парк, нежели на военный форт, несмотря на то что оно имеет большое значение в плане поддержания безопасности. Я хочу попросить, чтобы вы сами мирно, в спокойной обстановке провернули это мероприятие.
- Можете не беспокоиться, Шеф, мы позаботимся об этом, ответил Фэтс. - Эй, ну-ка, веселее двигайтесь все!
- Поймите, - уже сильно горячась, продолжал Гомберт. - Я полностью на стороне управленческой машины. И как официальное лицо буду вне себя от радости, увидев, что уходит последний "летун". Но так получилось, что именно в этот момент у меня не хватает людей.
- Я понимаю, - мягко сказал Фэтс, а затем заорал: - Быстрее поворачиваемся.
Когда садилось Солнце, перед ним вновь возник Поверенный нового "А" - на этот раз он висел в Большом Иглу как положено, то есть ногами вниз.
- Вашей первой партии из пятидесяти человек надлежало быть на борту капсулы еще час назад, - зловещим тоном начал Поверенный.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
