— Тебе достать йогурт?
— Нет, спасибо.
Не кажется. Все-таки не кажется. И хватит отрицать очевидное. Для бизнесмена позволить себе иллюзию или самообман — вернейший и скорейший путь к краху, рынок и конкуренты ошибок не прощают. Но и в отношениях с людьми это правило тоже работает. Особенно если отношения тесно переплетены с делами.
Дина отдалялась. Физически, эмоционально. Девочка растет, взрослеет, меняется. Но он был уверен, что это не помешает. Что никуда она от него не денется. Неужели ошибся?
— Как ты тут без меня? — он в два шага преодолел расстояние и успел обнять до того, как она увернется. Терпела секунды две, потом высвободилась, даже — слегка резковато.
— Может быть, приготовить тебе омлет? — она прошла к холодильнику, словно искала рядом с ним убежища. Уходя на максимально далекое от Игоря расстояние. Что же, огромная кухня это позволяет.
— Ну приготовь, — хмыкнул он. — Хозяюшка ты моя.
Иронию Дина либо не заметила, либо проигнорировала. Если второе — это ему не нравится, совсем.
— Ты не хочешь одеться? — девушка достала из холодильника яйца, молоко и поставил это на гранит столешницы.
— А чем тебя не устраивает мой вид? — Игорь оглядел себя. Из одежды на нем только полотенце — ведь он десять минут как вышел из душа. И полчаса как зашел в квартиру. И два часа как с самолета. Так что имеет полное право пить кофе в своей квартире, на своей кухне в чем ему будет угодно.
— Не замерзни, — спокойно ответила Дина. — Простынешь, заболеешь, опять спину схватит.
Ах вот как мы заговорили… Игорь оглядел себя. Для своих пятидесяти трех он выглядел прекрасно. Ни грамма жира, спортзал, правильное питание. Морщины красят мужчину, а отсутствие волос… Это называется брутальная лысина. Еще ого-го какой мужчина, а ты мне на возраст намекаешь, Диночка. Вот же неблагодарная…
— И в самом деле, пойду, оденусь, — поставил пустую кружку на стол. — Пока омлет готовится.
К тому моменту, когда Игорь спустился со второго этажа, одетый в рубашку и брюки, омлет был готов и даже подан. И стол сервирован. Вот чего у Дины не отнять — это вкуса, выучки и чувства стиля. Порода, мать ее. Андрей был такой же. Более красивого… даже не так, не красивого — стильного и всегда и во всем безупречно элегантного человека Игорь в своей жизни не видел. Интересно, каким бы был Андрей сейчас, в те же самые пятьдесят три, как у Игоря. Но он остался навечно молодым, красивым, тридцатипятилетним.
— Ты позавтракаешь со мной? — Игорь сел за стол. — Видишь, я, как хороший мальчик, оделся.
— Конечно, — Дина села напротив. А ведь и правда, завтрак сервирован на две персоны. — Как поездка, удачно?
— Вполне, — он принялся за омлет. Ума много не надо для его приготовления, но у Дины он выходит как-то особенно вкусно.
— Как дочь?
— Все хорошо, — с едва ощутимым нажимом. Не любил он обсуждать с Диной дела своей семьи. — Нам надо на этой неделе съездить к нотариусу. Доверенность заканчивается в августе.
— Сейчас только май, — Дина напротив так же невозмутимо принялась за еду. — До августа уйма времени, совершенно нет необходимости торопиться.
Времени достаточно, Дина права. Но это был заброшен пробный шар, и то, как он закатился, Игорю не понравилось. Однако внешне он продолжил спокойно жевать.
— Время пролетит незаметно. Через неделю я снова уезжаю.
— Надолго? — и никакого интереса в ее голосе. Просто формальное любопытство.
— Не знаю пока, как получится. Неделя, две. Потом у тебя сессия, после нее — лето, море, отдых.
— Разве ты отдыхаешь летом? — она рассмеялась. Это был вполне искренний смех. Но в нем не было ни капли удовольствия. Скорее — издевка. Так-так-так…
— Все отдыхают.
— Все отдыхают, а ты работаешь, — Дина вернулась к омлету.
— Ну ты-то будешь отдыхать, девочка моя.
Она поморщилась. И «девочка моя» нам не нравится. Как далеко все зашло? И в чем причина?
— Я тоже буду работать.
— И что же ты будешь делать? — в его тоне тоже слышалась если не издевка, то ирония. Ирония взрослого человека по отношению к забавам ребенка.
— Буду писать сценарий, — ответила Дина немного резко. Задело?
— Умница, — решил сменить тон Игорь. — Дело нужное.
— Кому оно нужное? — фыркнула Дина — Мой предыдущий сценарий экспертный совет забраковал.
— Девочка моя, ты же и сама понимаешь…
— Да, он был недоработанный, сырой и по сути детский, я понимаю. Но сейчас, сейчас, слышишь? — в ее голосе появились интонации, каких Игорь раньше никогда от Дины не слышал. Истеричные? Нет. Повелительные. Да кто ты такая, девочка, чтобы так со мной говорить?! — Игорь, ты меня слушаешь?!
— Да, конечно, детка, — он безмятежно вылил себе в кружку остатки кофе из кофемашины.
— Я буду работать все лето и осень. И если экспертный совет отвергнет и этот сценарий…
— Детка…
— Не называй меня деткой!
— Хорошо, Дина… Андреевна, — Игорь невозмутимо кивнул ей. — Видишь ли, кино стоит денег. И не немалых.
— Какой смысл быть владелицей продюсерского центра, если ты не можешь снять свой собственный фильм?!
Владелица? Ах вон оно что… Ну, формально так оно и есть, но куда же ты метишь, рыбка моя?
- Мы не можем рисковать и должны выбирать беспроигрышные варианты, — ответил Игорь спокойно. — Дела сейчас идут не самым лучшим образом, чтобы рисковать.
— А при папе все было в порядке!
Только многолетний опыт бизнес-игрока удержал Игоря Разина от резкого ответа. При папе, десять лет назад, время было другое! Да что ты во всем этом понимаешь, девочка, выросшая на всем готовом, видящая мир только из окон. Окон дорогой квартиры в центре столицы, хорошей машины, фешенебельных гостиниц. Но всего этого Игорь, разумеется, не сказал. Смог удержаться, хотя в желудке начало жечь.
— Ты не доверяешь мне и моей способности управлять бизнесом твоего отца? — спросил он мягко. Но именно эта мягкость заставил Дину отступить. Она даже смутилась.
— Нет, конечно, нет. Но…
— Милая, давай не будем ссориться из-за такой скучной вещи как деньги. Пиши сценарий. Уверен, он будет хорош. Уверен, что мы снимем по нему отличный фильм. Уверен, что он…
— Получит «Золотую пальмовую ветвь», — уныло окончила за него Дина. — Ты поел? Еще кофе сварить?
— Нет. Я не хочу кофе. Я хочу тебя.
Он в мгновение ока оказался рядом. Пора проверить по-настоящему, насколько Дина его.
Поцеловал — тонкую шею, хрупкие ключицы, нежную щеку. Она все еще была почти по-девчоночьи тонкой в свои неполные двадцать два. Но грудь была уже совсем женской, упругой, округлой.
Дина втянула в себя с шумом воздух, когда он накрыл тугой холмик рукой. Губы она по-прежнему от него прятала. Да и ладно. Целоваться в губы Игорь никогда не любил. На женском теле немало других, более интересных для исследования языком мест.
— Я скучал, малышка, — поразился, как хрипло звучал голос. Надо же, завелся. И в самом деле, соскучился. Эта девочка всегда на него действовала с какой-то странной магией. — Дина, девочка моя, я так по тебе соскучился.
Она не просто вывернулась из его рук — вырвалась.
— У меня менструация. Тебе разве не надо в офис? Мне в институт к половине одиннадцатого.
Врет и не краснеет.
Он смерил внимательным, словно в первый раз видит, взглядом ее тонкую фигуру. Высокая, изящная, с тонкими чертами лицо, большие, почти черные глаза, узкий пухлый рот, густые темные волосы по плечам. Всем, кроме рта и длины волос — вылитый Андрей. И характер, похоже, тот же…
— Ну что, бежим? — она демонстративно бодра.
— Бежим, только пиджак возьму.
Подниматься по лестнице было неудобно. Эрекция, чтоб ее. Завелся же. Ему, с его деньгами, в его возрасте и при его положении — завестись вхолостую? Потому что сопливая малолетка, которую он знал с рождения, решила поиграть с ним в какие-то глупые детские игры? Дурдом.
Так, Дина, что с тобой происходит? Собираешься сорваться с крючка? Нет, девочка моя, не выйдет. Это взрослый мир. Тут взрослые дяди играют во взрослые игры. И тебе лучше быть послушной девочкой.
