Таер посмотрел туда, но увидел только узкую тропу в зарослях пожелтевшей травы.
– Можешь сказать, кто это? Лер покачал головой.
– Ничего такого мне не встречалось.
Таер немного помолчал, нахмурившись. Высвободил меч, чтобы быстро выхватить его.
– Лер, следи за колодцем, пока я разговариваю. Мама сживет нас со света, если я допущу, чтобы тебя убили.
Лер снял с плеча лук и натянул его.
– Послежу.
Таер постучал в дверь серой хижины.
– Мы вам попытаемся помочь, – сказал он, вкладывая в голос как можно больше убедительности. Приходится заставлять этого человека действовать, вопреки его желанию. – Расскажи, что здесь произошло.
Дверь распахнулась, выплеснув волну зловония, запахов гниющей плоти и пота. Выглянул жилистый мужчина, такой же темноволосый, как Таер. Он прищурился от яркого света. Это был тот человек, что пытался предупредить их. Борода у него еще черная, но на лысеющей голове много седины. Руки мозолистые и покрыты шрамами, какие бывают при работе по металлу. Должно быть, кузнец.
– Странник, – выплюнул этот человек. – Я знаю таких, как ты. Портите погоду, а потом требуете с фермеров денег, чтобы она стала хорошей. Насылаете проклятие и снимаете его за деньги. Если вы ради золота наслали на нас эту тварь, я сам тебя прикончу. Если же нет, говорю тебе снова. Если останетесь, он убьет и вас. Хотя, вероятно, предупреждать уже поздно.
– Мы не такие Странники, – спокойно ответил Таер. – Хотя я знаю, что не один клан делает то, что ты сказал. Меня зовут Таераган из Редерна, а эти, – он обнаружил, что не видит Джеса, – обычное происшествие, когда тот настороже, – и изменил формулировку на середине фразы, – это мой сын Лер.
Кузнец нервно огляделся. Таер его не винил, он тоже это чувствовал, но, в отличие от кузнеца, он знал источник своей тревоги. Джес где-то поблизости. Как будто угрозы, исходящей от Защитника, недостаточно, он еще вызывает тревогу и страх у всех окружающих.
– Меня зовут Аливен, – неохотно ответил кузнец, реагируя на добрую волю, изо всех сил излучаемую Таером.
Таер сделал шаг вперед, и кузнец Аливен отступил, давая ему возможность войти в хижину.
Двое детей – мальчик чуть моложе младшего сына Таера и девочка еще на несколько лет моложе – жались у столба в центре хижины; их грязные лица были едва видны при свете, пробивавшемся сквозь щели в стенах. Мальчик рукой обнимал девочку и настороженно следил за Таером. В хижине были еще двое взрослых, мужчина и женщина, они лежали на полу на матрацах.
Лер вошел вслед за Таером и склонился к накрытому одеялом мужчине.
– Кто это сделал? – спросил он, глядя на то, что при слабом свете Таеру не было видно.
Справа находилось закрытое ставнями окно. Таер отодвинул задвижку и распахнул ставни, чтобы увидеть, что удивило Лера.
При свете ему стали видны раны женщины и острые порезы на лице мужчины.
– Он пользуется тремя когтями, – сказал Лер, – как та тварь, что убила кур и двух человек за гончарной мастерской.
– У тех, кто защищал Фаларн, были трехрогие вилы с заостренными концами, которые наносили похожие раны, – сказал Таер, наклоняясь, чтобы лучше видеть. – Но видишь, как разрезана кость? То, что нанесло эти раны, острее оружия Фаларна. Таких острых когтей я никогда не видел.
С волной холодного воздуха, чуть разогнавшего вонь, в хижину вошел Джес. Аура ужаса, окутывавшая его, бросила кузнеца на колени, как топор валит дерево.
– Что с ними случилось? – спросил Таер.
– Зверь, – прошептал Аливен. – Сначала он убил мою дочь и изувечил жену, которая прибежала на крик Лорры. Потом напал на Толли. – Он показал на мужчину, к которому склонился Лер. Поколебался, глядя на детей, потом негромко добавил: – Когда Каор и Хабреман пришли за плугом, который я починил, он убил и их.
– На что он похож? – спросил Таер.
Кузнец вздрогнул – от воспоминаний, а может, от холода и страха, покрывавших Джеса, словно плащом.
– Он слишком быстрый. Не могу сказать, был ли это волк, медведь или барсук. Он быстрее лиса и раза в два крупнее. У него четыре лапы и короткий хвост, который кажется пушистым и светлым. А в остальном он серо-коричневый.
Он посмотрел на Джеса, потом на светлые волосы Лера.
– У меня нет серебра, – медленно заговорил он. – У двоюродного брата есть золотая монета, оставшаяся с тех времен, когда он воевал за императора, но я не знаю, где она. Можете обратиться к моему септу, потому что мы пользуемся его колодцем, но сомневаюсь, чтобы он за что-нибудь заплатил Странникам. По его приказу стражники гонят Странников с его территории.
Таер раскрыл рот, собираясь отказываться от любой платы, но остановился. В клане Странников, который провожает их домой, много ртов, и именно так – помогая таким людям, как кузнец, – клан зарабатывает на пропитание.
– Не знаю, какова будет плата, если мы прогоним зверя, – сказал он наконец. – Это не мне решать. Но будет не больше, чем ты сможешь заплатить, даю тебе слово.
Если придется, он сможет уговорить Бенрольна. Джес опустился на четвереньки и приблизил лицо к раненому. Кузнец вздрогнул от этого неожиданного движения.
– Это туманник, – прошептал Джес. – Я чувствую его запах.
– А что такое туманник? – спросил Лер.
– Водяной дьявол, – ответил Таер. – Туманниками их называют, потому что они никогда не показываются, и большинство людей замечают только что-то расплывчатое. Я слышал, что они опасны, если загнать их в угол. Но никогда не слышал, чтобы они были тронуты тенью. Впрочем, большинство людей не отличают одно от другого. Твоя мать знала бы точно.
Туманники не живут там, где выпадает глубокий снег. Сам он видел их пару раз, когда был солдатом, но не мог понять, когда с ними встречался Джес.
– Откуда ты знаешь, как они пахнут, Джес? – спросил он.
Темные глаза посмотрели на него, и он увидел, как в ответ на вопрос распрямляется Джес, его Джес.
– Н… н… не знаю, – чуть запинаясь, ответил он. – Мы просто почувствовали этот запах и узнали.
Еще мгновение – и глаза его снова стали глазами Защитника.
Таер раньше никогда не видел, чтобы он переходил от Защитника к Джесу и снова к Защитнику, хотя наоборот время от времени случалось. И подумал, почему понадобилось, чтобы ответил именно Джес, а не Защитник.
Все его дети знали, что отец, будучи Бардом, распознает ложь, как фальшивую ноту. Неужели Защитник вынужден был бы солгать и потому передал ответ Джесу?
– Хорошо, Джес, – сказал Лер. – Это неважно. Теперь мы знаем, с кем имеем дело.
Лер прав, о Джесе можно будет волноваться, когда с этим делом будет покончено. Предполагая, что Защитник не ошибается – а относительно породы зверя он определенно не лжет, – у них и так достаточно неприятностей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
