Читаем без скачивания Оксфордский тест способностей личности - Винсент Килпастор

В последний год я видел белого корейца гораздо чаще чем жену и родных детей. Дейв приезжал на отцовском джипе с антиполицескими номерами "Ветеран ВМС США". Кроме службы в ВМС отец Дейва долгие годы работает сетевым администратором в полевом офисе федерального бюро расследований. Отец неоднократно отмазывал Дейва, если передряга не была слишком уж медийной, как в случае с кражей троллейбусных проводов. Отец Дейва любит курнуть вечером травки, а так как его положение не позволяет старику рысачить по барыгам, то персональный наркотраффик для мистера Кларка-старшего также выполняем мы с Дейвом.

Дни тогда были сурково похожи друг на друга. Я вставал утром, добивал остатки вчерашней роскоши, провожал ребенка в школу и чесал репу где взять денег на сегодняшний разгон. Часам к одиннадцати, без всякого на то логического объяснения,начинало ломить кости, сводить мышцы и сердце охватывала смертельная паника.

В отличии от меня Дэйв гнал фентанол струёй, а потому проблемы мышц у него наступали быстрей.

У нас не было выбора. Имеющие жилы меня услышат. Нужно было находить деньги или умирать. Поэтому каждый день мы упрямо жарили джаз. Свободных импровизаций было столько же сколько созвездий на Млечном Пути. В дни когда у меня музыка не клеилась, дерзко, в своей самовлюбленной манере, солировал Дейв Кларк. Когда у корейца не было вдохновения, медленно и степенно в партию контрабасом вступал я. Деньги сами являлись из ниоткуда и тут же исчезали в никуда.

Мы побеждали гравитацию тем или иным способом и к через несколько часов уже погоняли военно-морской Сатюрн в тотальное негритянское гетто. Рейсы производились с точностью Эмануила Канта по которому калининградцы издавна сверяют часы. Белое китайское служение не знает праздников и выходных.

На 186 миле мы сходили с фривея и Дэйв снимал трубу:

- Yo, I am at one eighty six

- Go down to Euclid Avenue and take second right on Rayburn Street. Park.

Мы наизусть знали каждую боковую улицу уходящую от авеню Евклида. Мы знали что Торбинсон выходит на Кливью, а если свернуть на Южный Грин попадешь в тупик около асфальтовой детской площадки. Негры работали аккуратно, со страховкой, всегда отслеживая возможный хвост. Когда в глухом черном гетто появляется машина с двумя бледнолицыми это чётко попадает под розыскной полицейский профиль. Поэтому негры иной раз заставляли нас парковаться и перепарковываться по нескольку раз. Когда болит все тело эти шпионские игры сильно действуют на нервы, но Дейв никогда не позволял мне нарушить протокол. Неевклидова система декартовых координат на плоскости. Наркоши умеют сбрасывать наружку изящней чем выпускники развед-школ.

Последняя стадия перед скорым фиксом была самой тяжелой. Мышцы сводило и хотя этому было простое логическое объяснение, терпеть пытку становилось невыносимо.

В последний момент из-за поворота вырывался серебряный Хундай или белый Леха, стопорился у нашего борта, окно опускалось и в салон влетала порция жизни на следующие сутки.

Правда ли, что Вы предпочитаете быть зрителем, нежели участником соревнований? (Оксфордский тест способностей личности)

Следуя максовым заветам сервисного обслуживания клиентов, я твердил как ежи еси на небеси: "давим на позитивчике, улыбаемся, шутим. Стараемся ничего не царапать". Поспевал за болгарином Ивановым высунув от усердия кончик языка.

Болгары тщательно подготовились к переезду - набрали в продуктовом кучу добротных коробок от вина и теперь жена Иванова ловко паковала туда свои пожитки.

"Бляаа-ть, а коробки-то коробки, сука, ну сплошь от вина. Алкашня какая-то ! Найобнулись наши типсы, пацаны!" - с порогу брякнул Женя по-русски, заставив болгарскую пару напряженно переглянуться - "Берись, давай с той стороны!".

Когда нас с тумбочкой в псевдомакедонском стиле втянул скоростной лифт, я шепнул Жене:

- Не стоило наверное при них про алкашей на русском-то, Жень. Болгары все ж таки. Славянене.

- Думаешь поняли?

- Боюсь что да. У него фамилия - Иванов. Молдоване же поняли бы?

- Да иди ты!

Женю охватил приступ острого душевного конфуза. Он даже рот ладошкой прикрыл от смущения.

Когда мы доволокли неподъёмную тумбочку до грузовика, оказалось что наш трап заблокировал выезд из подземного гаража сайентологов. Мрачные, затянутые в черное сайентологи метались вокруг Ласточки и делали руками оккультные, малокультурные пассы, проклиная весь Альянс грузчиков округа Кинг до седьмого колена.

В стиле танцующего галерного Шивы, мне пришлось приподнять конец трапа, и тащить его десяток метров в след медленно двигающегося грузовика.

***

Не могу вам сказать какой Женя был кодер, но геометр он был во истину великий. Когда требовалось втиснуть в лифт нестандартный диван или матрац, Женя на бегу вычислял угол, траекторию и глиссаду скольжения. Однажды мы работали особо паскудный матрас темпур-педик с третьего этажа дешевого дома без лифта. Женя предложил мне выбросить матрас из окна, а они с Максом должны были его ловко перехватить у самой земли. В тот день гравитация сыграла против нас. Матрас вошел в контакт с поверхностью планеты издав малиновый звон пружин и хитрых сервомоторов. Клиент был занят борьбой с велосипедом и ничего не заметил, а это значит стратегически цель была достигнута.

Внутри трака Женя укладывал вещи как прирожденный чемпион по игре в боевой тетрис. Я до сих пор не встречал ему равных. Ни одной пустой клеточки.

Когда, наконец, тумбочка заняла место внутри грузового отсека, я , с ужасом думая от потерянном времени и возможной мести воронежца, быстро ринулся назад.

- Эй!Поспешай не торопясь. Работаем на часы. Типсов, скорее всего, не будет.

Женя деловито вытянул сингл хиттер и старинная болгарская тумбочка исчезла в облаке ароматного легального драпа.

***

Наверху меня и в правду уже заждался потный Макс. Он как в воду глядел:

- Что Женя уже упаливается там? Ну ясно. Ясно. Принимаем удар на себя. Четко, слаженно, на позитиве, угу? Мы еще вытянем этот мув, и чаевых огребём. Непременно, дружище. Короче, ты давай таскай ее коробки, а я пока обмотаю крупняк, выволоку к лифту, а там мы его с Жендосом спустим на малом паркинсоне.

- Слышь, Максим, у меня предложение в порядке совершенствования качества обслуживания.

- Ну?

- Давай, знаешь, при клиентах исключительно по-английски между собой говорить, а?

- Чего это вдруг по-английски-то? Нам же Никита не за художественный трёп бабло платит. Мы - муверы, бро.

Терпеть не могу как некоторые соотечественники толком не выучив английского основательно унавоживают свой несчастный русский.

- Дело не в Никите. Ну вот ты представь в Воронеже к тебе нанялись на работу азербуды там или таджики. Так? И они всю дорогу между собой - гаджар-гуджюр, гаджар-гуджюр, гаджар-гуджюр, тебе понравится?

- Есть, есть рациональное зерно, юнга. Но я так быстро в голове переводить на английский не смогу. Я тут всего-то пять месяцев. И потом мы же не базар-вокзал, базар-вокзал - мы жеж по-русски? Русский, думаю, звучит красивее для вражеского уха.

Всего пять месяцев. Я вдруг понял как непростительно долго засиделся в Америке. Почти пятнадцать лет как говорится в суровых приговорах от имигрейшн - "overstayed my welcome". Злоупотребил гостеприимством, если под кальку.

И вот оно новое, совсем мне неведомое поколение е-мигрантов. Угар постведьмедевского елбасизма. Очередная волна утечки мозгов. Думать им тяжело по-английски. Если сравнить языки с операционными системами, то русский со всеми архаическими излишествами типа склонений, спряжений, падежей, запятых и разъебивки по родам, по сравнению с лапидарно-лазерными, почти математическими английскими мыслеформами, это старинный виндовоз перед последней версией линукс-минт -- больше жрет ресурсы оперативки и быстрей сажает батарейку. Это не значит, что английский лучше -- просто его легче утилизировать на мобильных платформах. Объяснить теорию Максу, слегка раздувая при этом щеки я не успел. У него затрынькал айфоновый скайп и вскоре против воли мы с болгарами оказались втянуты в санту-барбару воронежского уезда.

Максим вставил белые эпловы гребешки в по-борцовски мятые ушные раковины, и начал носится вокруг матраса с рулоном пластикового рэпа. Казалось, он впал в технотранс и громко дискутирует сам с собой:

"Зайка, ну как ты там, за-а-айка? Ну-уу зай, ну ты уже прекращай слёзы...прекращай. Не стоит оно и слезиночки твоей, бэй-й-й-би. Знаю. Знаю как тебе трудно. Мне тоже нелегко. Ну и что что Америка? Подумаешь, Америка! Без тебя и Америка-то не Америка. Чушь собачья, а не страна. Гипсокартон и обман кругом. Декорации. Я тут, знаешь понял - Россию просто обожаю. Угу. До боли физической. И тебя обожаю. Какая там еще америка-разлучница? Да никто мне не нужен кроме тебя. Слышишь, зай? Ни-кто.Нуу-у, зай! Всё ведь для нас стараюсь! Вытащу я тебя, вытащу. Какой еще Школьник? Не брал я у него никаких денег. Да пошел он! Школьник, грю. Зай, никого я в жизни не кидал. Никаких Школьников. Грю же. Зай. И тебя не кину. Ты нечего не знаешь и ничего не кому должна, поняла? Поняла? Вот и все нахуй.