…Ако шел рощей, озаренные лунным светом стволы пальм отбрасывали на землю длинные переплетающиеся тени. Слева за прогалинами сверкали серебристые воды лагуны. Ако дошел до холма и несколько мгновений напряженно вглядывался в полумрак. Старое хлебное дерево, словно почтенный родоначальник, кряжистое и могучее, стояло среди молодой поросли. В тени дерева Ако заметил неподвижную фигуру девушки. Она стояла не шевелясь, молча прислонившись к дереву, застыв в напряжении. Когда на холме показался юноша, внизу послышался приглушенный смех и трава зашуршала под легкими торопливыми шагами. Нелима убегала от Ако.
Он бросился вдогонку. Это было захватывающее состязание. Когда Ако почти было догнал девушку, она вдруг метнулась в сторону, и, пока он менял направление, Нелима была уже далеко. Тогда Ако пустился на хитрость: он сделал по лесу крюк, чтобы пересечь ей путь. Но девушка разгадала намерение Ако и легко избежала ловушки. «Ничего, пусть себе побегает, — думал Ако. — Все равно Нелима первая устанет. Ако спешить некуда». К тому же эта игра ему нравилась.
Заметив, что Ако не гонится за ней, Нелима замедлила бег. А юноше только того и надо было: неожиданно рванувшись вперед, он настиг девушку, подхватил ее за локоть и больше уж не выпускал. Тогда она покорилась.
— Ты обещала ждать меня у хлебного дерева, — заговорил Ако.
— Я только сказала, что буду там, — отвечала Нелима, запыхавшись от усталости. — Ты что-нибудь искал в лесу?
— Искал. Но теперь уже нашел.
— Это что-нибудь хорошее? — она лукаво заглянула ему в глаза.
— Да, хорошее, — улыбнулся Ако. — Присядем вон там, на берегу, оттуда видна большая вода. Там я тебе расскажу.
— Мне хочется знать, — сказала Нелима. Взявшись за руки, они стали пробираться сквозь заросли бананов и вскоре вышли на берег к тому месту, где суша особенно глубоко вдавалась в море. Отсюда был виден крутой изгиб ригондского побережья по обе стороны от мыса, в одну сторону — до излучины залива, где находились хижины островитян, в другую — до пустынного берега, куда живые ходить остерегались, так как там было место наземных сборищ душ умерших. Два раза в году выходили они на берег из подземного мира и пировали. Обитатели острова знали, когда будет пир, и заранее приносили на опушку леса к Тихому берегу рыбу, плоды и сосуды с добрым напитком ава; вкушающие его приходили в веселое расположение духа.
— Ако, что ты хотел мне сказать? — напомнила Нелима. Они сели на песок и слушали тихую возню крабов в лагуне. Глубоководные жулики вылезли на мелководье поживиться.
— Через два полнолуния мужчины Ригонды построят новую хижину, — заговорил Ако. — Ее отдадут мне. И новая лодка будет у меня, и удочки, и свои остроги, и посуда для хранения пищи. Ив этой хижине нужна будет подруга, которая бы разводила огонь и ожидала возвращения Ако с рыбной ловли.
— Да, она будет нужна.
— Ако хочет знать, пойдет ли Нелима в его хижину, если он ее пригласит:
— Нелима хочет знать, приглашает ли ее Ако?
— Он делает это.
— Нелима хочет подумать, будет ли Ако для нее самым лучшим другом.
— Она может думать. Ако будет ждать до утра. Он никуда не уйдет, и Нелима тоже не уйдет, пока не решит.
Прошло всего несколько мгновений, и Ако снова спросил:
— Решила Нелима?
— Да, теперь она знает. У Ако ей будет лучше, чем у другого.
— Это хорошо, Ако рад, что Нелима придет в его хижину.
Серебристый свет луны разливался над океаном, заснувшим островом, над пальмами, белым побережьем и детьми природы, сидевшими на опушке леса, нежно прижавшись друг к другу. Они молча смотрели перед собой, и взор их был серьезным, словно бы полным опасений. Возможно, что им представлялась их будущая жизнь, — полная детских мечтаний, упорного труда, солнечного света, и порывов бури… Много в их жизни будет забот и страданий, но хватит на их долю и радости и счастья. Незаметно промчались часы в этих мечтах. Спрятался месяц, погасли звезды, золотым огнем озарилось на востоке море…
Мечты Ако и Нелимы были внезапно прерваны громким шумом в селении островитян. Взволнованные голоса людей слышались над заливом, во всех хижинах раздавались тревожные вопли и возбужденные возгласы.
— Ако, ты слышишь?! — Нелима вскочила.
— Что-то случилось, — проговорил Ако и тоже поднялся.
Они поспешили в поселок.
4
В то утро женщины Ригонды позабыли развести огонь в очагах и самые большие любители покушать не думали о еде. Ни одна пирога не вышла в море. Собравшись возле хижины Хитахи, люди окружили старейшину острова и возбужденно шумели, засыпая вопросами Хитахи и других стариков, растерянно стоявших среди толпы.
— Что случилось? Отчего люди так взволнованы? — спросил Ако у своего отца. Но тот был до того взбудоражен, что не обратил внимания на вопрос сына, и Ако пришлось повторить его еще раз.
Оно махнул рукой в сторону моря, его голос дрожал.
— Там, на большой воде, за рифом…
Ако посмотрел вдаль и в нескольких милях от берега увидел нечто необыкновенное, послужившее причиной волнений и опасений островитян. Это было что-то доселе невиданное, такое, о чем не упоминалось даже в самых древних преданиях и сказах Ригонды. Отделившись от горизонта, по направлению к острову плыл какой-то странный большой предмет. Это была не лодка и не подмытое морем дерево, не огромная рыба, не птица. Больше всего походил он, пожалуй, на плывущую птицу, которая, привольно распластав крылья, позволяла ветру гнать ее по поверхности воды.
— Хитахи, это птица? — не унимались любопытные. — Видал ли ты когда-нибудь такую диковину?
— Никогда, — задумчиво промолвил Хитахи. — И не слыхал от своего отца и деда, что на свете бывают такие вещи.
— Что же нам делать? — волновались островитяне.
— Посмотрим, что будет, — решил Хитахи. — Не кричите и не толпитесь на берегу. Если у него есть уши, то лучше пусть он не слышит наших голосов. Может быть, проплывет мимо.
Вняв совету Хитахи, люди отошли подальше от берега и спрятались в пальмовой роще. Но странное существо, наверно, уже услыхало голоса людей на острове, оно все приближалось к рифу и становилось все лучше видимым. Сходство с плывущей птицей понемногу исчезало, незнакомый предмет начинал все больше напоминать лодку — большую, огромную лодку, каких островитяне никогда не строили, она была раз в десять длиннее их рыбачьих челноков, выше хижины Хитахи, а на обоих концах у этого предмета росло по раскидистому дереву — дереву с широко распластанными крыльями, которые несли эту диковину по поверхности воды.
— Хитахи, я вижу там людей! — воскликнул Ако. — Много людей, они ходят и копошатся.
