Клубы черного смога, выедающего глаза и слизистую оболочку носа, вырываются из шахты вместе с теми, кто спокойно в ней спал, ел или еще как-то проводил досуг. Давка на входе. Кто-то падает, чтобы сдавленно орать под тяжелыми сапогами товарищей по ремеслу.
— ВЫ ГОТОВЫ, ДЕТИ?!
Стрелы с захлебывающимся свистом мчатся на встречу своим целям.
Первыми легли разорители. Один мешком рухнул вниз, конвульсивно поддергивая верхними конечностями. Маленький посланник Серой Госпожи прошил бугристый череп насквозь, превратив глазное яблоко в ничто, проломив дно глазницы, перемешав мозг в кровавую кашицу, после чего пробил заднюю стенку черепной коробки, выйдя из затылка. Второй заваливается на третьего, сдавленно хрипя, пуская пузыри и скребя когтями по глотке, в бессильных попытках выдернуть стрелу из кадыка. Третий, и без того находящийся в крайне неустойчивом положении, не удержался под весом собрата, проехавшись плечом и мордой по неровной стене пещеры, оставив на камнях рваный шлейф крови и чешуи.
— Да, капитан! — хором орут дальнобойные юниты.
Четвертый застыл на месте, тупо смотря на три стрелы, торчащие из груди. Оперение мелко подрагивало. Кровь тонкими струйками текла по костяным пластинам. Смерть. Нар был готов поклясться, что увидел размытый силуэт смерти в его расширившихся зрачках даже с такого расстояния.
Пятый, успевший проанализировать общую картину происходящего, поступил именно так, как и должен поступать нормальный разоритель в подобных ситуациях, а точнее мощным толчком отправил Гвардейца Инферно, бегущего позади всех, обратно в захлебывающиеся дымом недра шахты. Босс наемников кубарем летит во тьму. Его спаситель пытается проделать то же самое. Запутывается в собственных ногах. Падает. Голова и плечевой пояс уже растворился в неестественно-густом дыме химерологического происхождения, все остальное, распластавшееся по окровавленной земле прекрасно видно. Так же, как и несколько стрел, застрявших в его спине. Одна вошла точно между лопаток, две в области печени и последняя, с широким, бритвенно-острым наконечником, прошила селезенку и часть пищеварительного тракта, разворотив ему бок. С такими ранами не выживают. Лужа, темной, почти черной, крови стремительно растекается вокруг еще теплого трупа.
— Я НЕ СЛЫШУ!!!
Новички Корпуса Смерти были далеко не высококлассными снайперами, но относительно небольшое расстояние, кучность стрельбы и габариты мишеней не оставляли возможности для промаха.
Здоровенный орк, вся морда один сплошной шрам, ревет куда-то в небо, равнодушное и безоблачное. Стрела прошила его руку насквозь, застряв между лучевой и локтевой костью, корежа нервные окончания дикой болью при малейшем напряжении мышц. Вторая вгрызается между ребер. Зеленомордый делает несколько неуверенных шагов к ящику с оружием. Чавкающий звук. Он падает в кровавую грязь, ломая древко стрелы, вошедшей под ключицу.
— ТАК ТОЧНО, КАПИТАН!!!
Наемники в панике. Растерянность. Смятение. Непонимание.
Они мечутся по ложбине, не понимая что делать. Большая часть пьяна.
Кажется пришло время рукопашной для поднятия новых левелов.
— Примкнуть штыки! Натянуть противогазы! В атаку, собаки, к победе! ЗА КРИГ!
Отец Монстров срывается со своей позиции практически одновременно с выстрелом Элендила. Стрела с чавкающим хрустом входит в череп полуголого рубаки.
— В жизни — война. В смерти — покой. В жизни — позор. В смерти — искупление, — Красавчик, следуя наставлениям химеролога неплохо успел натаскать этих ребят. Каждое слово, сорвавшееся с губ сопровождается щелчком тетивы. Никто не укроется от карающей длани Отца монстров, воплотившейся в лихих парнях с луками.
— Его имя — Роберт Полсон! — клин из четырех бывших еретиков, а ныне порядочных членов проекта "Разгром", устремляются следом за ним, с хриплыми взрыкиваниями выкрикивая единственный набор звуков, на который только был способен их речевой аппарат и остатки мозгового вещества.
Нар уже давно хотел попробовать что-нибудь новенькое в плане смертоубийственных и чрезвычайно зрелищных фаталити. Цепи Агонии плотно оплетают правую ладонь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Человек, тронутая ржавчиной кольчуга на голое тело, разные сапоги, рваные штаны и короткое копье, направленное точно в область брюха спускающегося химеролога. Одна из не занятых цепей вырывает оружие из его рук. Дистанция стремительно сокращается.
Крак.
Отец Монстров пробивает кулаком грудную клетку наемника насквозь. Расширенные глаза, неверие в них мешается с болью и ужасающим осознанием скорой смерти. Он пытается что-то сказать, но из искривленного в диком спазме рта выходит лишь поток крови.
— Его имя — Роберт Полсон!
Обмякшее тело соскальзывает с руки химеролога, дабы грудой мяса вольготно разместится на земле. Отныне зовите меня Кратосом.
Мелкий худосочный гоблин, пытающийся сбежать. Схватить его за голову. На ощупь, как баскетбольный мяч, только чуть меньше и не такой ровный.
— Покайся, пи#орас, пред Призраком Спарты!
Его череп треснул, легко, словно скорлупа. Кровь хлынула из всех щелей — рваных ушей, глаз, ноздрей и рта, заляпывая пальцы Отца Монстров и оставляя темные разводы на поверхности Цепей Агонии.
— Как же о#уенно быть мной. Фаталити, х#есос.
Пока безвольное тело гоблиноида устремляется к земле, терпеливо дожидающейся новой порции удобрений, две цепи смертоносными змеями кидаются к ближайшему орку, вытаскивающему стрелу из бедра. Обвиваются вокруг его мускулистых лап, глубоко вплавливаясь в трепещущую плоть. Отблеск прозрения в глазах. Единым рывком артефакт покойного Вихря Цепей отрывает его конечности, вместе с частью плечевых суставов, ключиц и куском клетки ребер. Кровь брызжет на траву.
— Его имя — Роберт Полсон.
Парни из "Бойцовского клуба" врываются в беспорядочную толпу наемников и бесов. Визг. Крики. Мат.
Чей-то череп пробивают загнутые когти. Бывший еретик отрывает изрядную часть скальпа одного беса, дабы швырнуть этот окровавленный лоскут кожи в морду ближайшему бородачу, размахивающему испещренной зазубринами секирой. Секундная заминка в его движениях практически тут же приводит к летальному исходу. Чьи-то клыки входят в шею, разрывая огрубевшую кожу, жгуты мышц и трубки кровеносных сосудов, скрипя по шейным позвонкам. Оружие выпадает из рук. Он захлебывается собственной кровью, оседая на землю. Пытается хоть как-то отсрочить намечающееся свидание с Серой Госпожой, но ослабевшие руки бессильно соскальзывают с черепа химеры, измазываясь в крови.
Меч Мертвого Рейдера отблеском распахнутой пасти свежевыкопанной могилы рассекает воздух. Относительно молодой парень по телосложению напоминающий больше комок сухих и всегда готовых к броску мышц, успевает дернутся в сторону и лезвие лишь оставляет глубокую борозду на груди, вместо того, чтобы врубиться в ребра. Из оружия только нож, с которым, он похоже и не расставался, плюс, сапоги и залатанные в паре мест штаны.
— Можешь, пожалуйста, умереть? — вежливая просьба сопровождается простым и бесхитростным тычком в район солнечного сплетения, дополненное кастом Стрелы Хаоса.
— Его имя — Роберт Полсон!
Удар, конечно же, не дошел до цели, но на том и строился весь расчет — чувак попросту не успел среагировать на сгусток инфернального пламени. Кажется, в описании этого заклинания говорилось что-то про вероятность наложения абсолютно рандомного эффекта? Что же, Нару это начиналось нравиться. Голова бойца оказалась окутана огнем, за считанные мгновения пожравшем его глазные яблоки, волосы, кожу и плоть, обнажив голый череп, распахнувший рот в крике, которому не суждено было вылететь из глотки, но на этом импровизированное представление не окончилось, ибо черепная коробка треснула в десятке мест, чтобы изрыгнуть из своих недр… пучки ромашек. Начинающий зарастать белыми цветочками труп упал в грязь. Здесь, наверное, была бы крайне уместна шутка про похороны и букетик на могилку, но Отец Монстров попросту не успел ее внятно сформулировать в мозгу от близкого соприкосновения лицом с поверхностью земли.
