— Что вы не только принц Рувингии, но и следующий законный правитель всего Маритца. Вы, а не принц Рауль. — Выражение его лица застыло, но она продолжила: — Вы должны стать королем.
Глава 2
Когда до Аларика дошел смысл ее слов, все его тело напряглось.
Он правитель Маритца?
Одна лишь мысль об этом привела его в ужас.
Рауль — лучший кандидат на роль нового монарха. Его с самого рождения воспитывали как будущего правителя, который посвятит свою жизнь служению своей стране. Маритц нуждается в нем. Или в таком правителе, как покойный брат Аларика Феликс. Он, Аларик, на эту роль не подходит. Даже сейчас, спустя годы, он помнит, как их отец выражал недовольство своим непутевым младшим сыном. Ему достаточно того, что он вместо Феликса стал правителем княжества. Доверить ему судьбу всей страны было бы крайне неосмотрительно.
Ведь на его совести лежит смерть других людей.
Кровь застыла в его жилах. Перед внутренним взором проплыли знакомые лица, искаженные от боли. Лихорадочно горящие глаза брата, обвиняющего Аларика в предательстве.
Он не может стать королем. Это невообразимо.
— Это шутка? — резко произнес он, нарушив гнетущее молчание.
— Конечно нет!
Судя по искреннему возмущению, она говорит правду.
Он никогда не встречал более серьезной женщины. Ей лет двадцать пять, может, чуть больше, но очки в толстой оправе, собранные в пучок волосы и мешковатая одежда создают образ синего чулка.
Ее тело исключение.
Трудно поверить, что она обладает такими округлыми женственными формами, что ему захотелось сорвать с нее ужасный старушечий наряд и исследовать их губами и руками. Как странно желать эту женщину после того, как он отказался провести ночь с красавицей Катариной.
Посмотрев на ее хмурое лицо, Аларик осознал, что отвлекся от главного.
— Что это конкретно за бумаги? — произнес он сдавленным голосом.
— Старые записи священника по имени Томас. Это подробная история королевской семьи с датами рождения, вступления в брак и смерти.
Тамсин подошла ближе, и он почувствовал легкий свежий аромат, исходящий от нее.
— Прошу вас, сядьте и объясните мне все. — Он указал ей на одно из кресел у камина, после чего сам занял второе.
— Согласно записям Томаса, между представителями ваших с принцем Раулем семей когда-то был заключен родственный брак.
Аларик кивнул:
— Это обычное дело. Не что иное, как способ укрепления власти.
— В какой-то момент прямая линия наследования престола Маритца прервалась. Корона не смогла перейти от отца к сыну, поскольку сын короля скончался.
У Аларика возникло нехорошее предчувствие. Волоски у него на загривке встали дыбом.
— Было два претендента на трон. Один из семьи принца Рауля, а другой… — Тамсин замялась. Должно быть, ее смутило выражение его лица.
— А другой из моей?
Она немного поерзала в кресле, затем кивнула и продолжила свой рассказ.
Итак, два принца-соперника были представителями двух разных ветвей одной семьи. Согласно Томасу, в завещании старого короля говорилось, что он выбрал своим преемником старшего из них. Впрочем, разница в возрасте составляла всего несколько недель. Но с наследником произошел несчастный случай, и после его смерти трон перешел к его сопернику. Вдова покойного принца отослала их новорожденного сына подальше, чтобы его не постигла та же участь, что и его отца. Новый принц изменил во всех документах дату своего рождения, чтобы укрепиться на престоле.
Одним словом, это была история о предательстве и жестокой борьбе за власть. Но в смутном прошлом его страны подобное вполне могло иметь место.
Но как ей удалось все это выяснить? На протяжении столетий историки изучали документы, имеющие отношение к королевской семье, но ничего не нашли.
Впрочем, у него нет оснований сомневаться в профессионализме Тамсин Коннорс. Она производит впечатление человека серьезного и образованного. Он вспомнил, что смотрел ее биографию, которую его люди передали ему несколько недель назад, рекомендовав ее в качестве сотрудника королевского архива. Ученые степени. Несколько специальностей. Блестящие рекомендации. Большой опыт работы, несмотря на молодой возраст.
Так хочется думать, что она совершила в своем исследовании ошибку и сделала неверный вывод. Впрочем, Тамсин Коннорс не стала бы его беспокоить, не будучи полностью уверена в своей правоте.
— Вы не рады? — удивилась она. — Я знаю, это большое потрясение, но…
— Но вы думали, что ваша новость приведет меня в восторг? — отрезал он, запрещая себе поддаваться панике. — Знаете, я предан своему кузену, доктор Коннорс. Из него получится именно такой король, какой нужен нашей стране.
Если место Рауля займет Аларик, произойдет катастрофа.
Черт побери, она не могла сделать свое открытие в более подходящее время? Сейчас стране, как никогда, нужна стабильность. Если все это правда…
Аларик поднялся, подошел к ней, наклонился и уперся руками в подлокотники ее кресла. Она отпрянула и вжалась в спинку.
— Кому еще вы рассказали?
Она походила на беззащитного зверька, ослепленного светом фар, и он, поняв, что напугал ее, выпрямился и сделал шаг назад.
— Никому. — Огромные глаза уставились на него через стекла уродливых очков. — Я должна была в первую очередь сообщить вам.
У него от сердца отлегло, и он глубоко вдохнул:
— Хорошо. Вы правильно сделали.
Тамсин робко улыбнулась, и ему стало совестно за то, что он ее напугал. Ее грудь до сих пор часто вздымалась и опускалась. Он вспомнил, как эта мягкая часть ее тела прижималась к его спине, и внизу его живота разлился расплавленный огонь.
— Когда я получу результаты исследований, мы узнаем, являются эти бумаги подлинными или нет.
Аларик застыл на месте:
— Какие еще исследования, черт побери?
— Их несколько, — осторожно произнесла она.
Ему не терпелось все узнать, но он, чтобы снова ее не напугать, отошел в сторону и положил руку на каминную полку. Тамсин тут же расслабилась.
— Не хотите меня просветить?
— Я передала документы специалистам. Нам нужно убедиться, что рукописи на пергаменте действительно много лет и она не является современной подделкой.
Она вынесла документы из замка? Час от часу не легче.
— Кроме того, стиль текста необычен. Я отослала копии нескольких страниц одному своему коллеге, который занимается этими вопросами.
— Кто вам разрешил это сделать? — спросил он строго, но не повышая голоса.
Тамсин снова напряглась:
