Читаем без скачивания Путь тьмы - N&K@

А что на счет боя сразу с несколькими бандитами? Или нежитью? Эльф сильно сомневался, что выдержит сейчас прогулку по кладбищу вроде фарлондского. К тому же один из демонов практически прямым текстом сказал, что они тоже планируют откусить часть от пирога цветущих земель Альйона.

Поэтому, усилием воли успокоив рвавшегося в бой Зверя, Никаниэль встал в стойку и, не мешкая, принялся приводить свое тело в порядок. Чем быстрее он вернет ему былую форму, тем раньше сможет отправиться в путь. Раз уж за сытную пищу можно не беспокоиться, это не должно занять слишком много времени. К тому же не мешало бы привыкнуть к новой конечности.

— Эй, Никанор, ты чего это? — недоуменно спросил Киптак, отползая в сторону и наблюдая за упражнениями странного эльфа. — После еды полагается вздремнуть, а не скакать, как ужаленная выхухоль. Так можно и заворот кишок заработать. Вот однажды…

Однако, заметив, что на него не обращают внимания, мужчина умолк, задумчиво постоял несколько секунд, забрал пустые подносы и удалился, оставив Ника одного.

Глава 3

Тренировки не заняли слишком уж много времени. Каждый день Никаниэль до изнеможения повторял комплекс знакомых с детства упражнений и старательно поглощал любую принесенную пищу. Таким образом он постепенно набирал массу, возвращая телу прежний, здоровый вид.

Чего, к сожалению, нельзя сказать о внутреннем состоянии. Там по-прежнему царила колючая мгла подземных коридоров. И властвовала в ней совсем другая сущность.

Несколько раз к Нику в шатер заходил Киптак. Он пытался разговорить угрюмого эльфа. Шутил, травил байки. Однако принц демонстративно его игнорировал и вскоре тот перестал докучать своим присутствием.

Еще, в одну из первых ночей, к Никаниэлю внутрь скользнула тонкая девичья фигурка человеческой женщины. Едва не напоровшись на острие метнувшегося к ней Люминистилла, визитерша испуганно замерла и объяснила, что ее отправили согреть постель дорогому гостю.

Девушка плакала и умоляла впустить, утверждая, что ее непременно накажут, если она не сумеет его ублажить, однако Ник оставался непреклонен. Он и так продолжал спать вполглаза, не выпуская меч из рук, а уж присутствие рядом живого существа и вовсе заставило бы чувство опасности непрерывно вопить до самого утра.

К тому же принц продолжал хранить верность той единственной, без незримой помощи которой не сумел бы выбраться живым из мрачных туннелей Дварфгона.

Всхлипывая, несчастной пришлось уйти в ночь, и каменное сердце Никаниэля даже не дрогнуло.

Кроме тренировок по восстановлению мышечной массы, Ник возобновил и работу над магическими каналами, до которой ему определенно было не до сук, выживая во тьме подземелий. Так же он по новой приучал себя носить одежду и жить при свете дня.

Любая накинутая сверху ткань блокировала восприятие кожи, что заставляло Зверя свирепо скалить зубы. Он рычал и рвался наружу в попытке сбросить с себя ненужные покровы, однако закаленная воля принца держала сущность в узде, не давая ей взять верх. Эльф прекрасно понимал, что без одежды ему не обойтись.

К тому же помнил он и о пользе брони, способной защитить от лишних повреждений. Теперь по близости больше не было целебных слез гор, а найти на его теле участок кожи, лишенный рубцов, смог бы разве что самый талантливый ювелир, вооруженный увеличительным стеклом размером с блюдо.

За исключением левой руки, естественно. Там, на тыльной стороне ладони, красовался единственный крохотный шрамик в форме звезды — наследие прежней владелицы.

И вот, в предрассветный час, Никаниэль вновь вышел из шатра и встал, повернувшись лицом на восток. Вокруг занимались своими делами варвары племени, но на Ника они не обращали внимания. Всего лишь чужак, волею богов живущий среди них.

Не добавлял принцу популярности и факт того, что из-за него изгнали Шазашазашазашазамиримирам. И пусть это было не совсем правдой, но одним своим присутствием нелюдимый эльф напоминал им об утрате. Так уж устроен разум у любых разумных Альйона — всегда проще пережить потерю, когда есть кого в ней обвинить.

Первые лучи упали на вылизанный ветром песок еще до рассвета, выкрасив дюны в цвет свежепролитой крови. Низковисящие облака, похожие на клочки пушистой ваты, сгрудились над самым горизонтом, будто стараясь задержать солнце и не дать ему нагреть остывшую за ночь пустыню.

Никаниэль стоял, зарыв босые ноги по щиколотку, и неотрывно наблюдал за наступлением нового дня. Вперед, насколько хватало глаз, простирался бесконечный океан волнистых дюн. Словно гребни гигантских подземных чудовищ, они вздымались над поверхностью, знаменуя положение давно впавших в спячку исполинов.

Колючки, кактусы и редкие чахлые кустики, похожие на первую поросль не знавшего бритвы юнца, отбрасывали длинные тени, костлявыми пальцами тянувшиеся к Нику. Вдалеке виднелись руины разрушенного в древности города. Они безжалостно терзали естественный пейзаж своей рукотворной кладкой. А может то был всего лишь мираж, посланный богами, чтобы подшутить над доверчивым смертным.

Вот, из-за высокого бархана показался краешек пламенеющего диска. Растолкав облака он уверенно выглянул, заявляя свои права на эту землю. В первый раз принц, зажмурившись, убежал, не в силах вытерпеть столь яркого света. Теперь же он лишь прищурился и подставил лицо набиравшему мощь светилу. Упругий теплый поток нежно ласкал его покрытую шрамами кожу.

Солнце поднималось все выше, и красный цвет песка сменился на золотой, превратив пустыню в бесценный ковер сказочного богача. Целые россыпи презренного металла переливались и искрились всеми оттенками желтого, так и маня глупцов набить карманы. А позже обнаружить в них лишь пыль, прах и, может быть, выскобленный панцирь какого-нибудь жука.

Поделом.

Когда же подползавшие к эльфу тени окончательно отступили, ознаменовав начало дня, Никаниэль шумно выдохнул и, бросив победный взгляд на вздымавшиеся в стороне горы, отправился к себе в шатер. Теперь он был готов продолжить путь.

По дороге Ник обратился к мускулистому варвару с татуировкой в виде пронзенного насквозь гослопаха на груди. Могучий воин отрабатывал бой сразу тремя копьями, и крупный бисер пота покрывал его угольно-черное тело.

Четырехрукий мужчина не говорил на общем, но этого и не требовалось. Не успел принц окончательно устроиться в тени выделенного ему жилища, как к нему подошел Киптак. Сегодня он сменил просторное белое одеяние на точно такое же желтое, но его добродушная улыбка осталась неизменной. Она будто приклеилась к лицу, чем вызывала одно лишь недоверие.

— Смотрю, тебе уже лучше. — отметил прислужник пустынников, окинув взглядом практически полностью восстановившегося Никаниэля. — Местная еда не так уж и плоха, если привыкнуть. Вот бы они еще зиру свою дурацкую в каждое блюдо не пихали, совсем бы отлично стало.

Ник разглядывал человека, пытаясь понять, на самом ли деле тот такой лопух, или настолько умело притворяется, что лучшие актеры Эльфхейма рыдали бы, увидев его игру.

— А Наину ты зря прогнал. — мягко укорил Киптак. — Ее из-за тебя в статусе понизили. До сих пор с красными глазами ходит. А ведь, между прочим, выдающихся талантов девушка. — он посмотрел по сторонам и скабрезно подмигнул. — Хочешь, на ночь отправлю в твой шатер? Клянусь Лаодом, не пожалеешь!

— Я ухожу. — коротко бросил принц, сохраняя невозмутимое выражение лица.

— Опять двадцать пять и серебряк сверху. — всплеснул руками мужчина. — Ну куда ты пойдешь? И главное зачем? Здесь ведь есть все, что нужно мужчине! Ну чего тебе не хватает? М? Может быть горячих ванн? Так с твоими деньгами тебе наймут мага, который по щелчку пальцев будет набирать ванну и греть в ней воду до нужной температуры. Или охлаждать. Еще и в задницу тебя поцелует, когда вылезать будешь.

Никаниэль молча смотрел Киптаку в глаза, и под его ледяным взором тот постепенно потерял боевой запал и сдулся, как раздавленная каблуком жаба. Слуга порывался было что-то еще возразить, но в итоге лишь безвольно пожевал губы и, обреченно спросил:

— Так ты все решил?

В его голосе тревожным колоколом звенела грусть. Словно само безбедное существование Киптака зависело только от Ника. А может, так оно и было.

— Мне нужен запас еды, воды, нормальная одежда, плащ, броня и ножны. — перечислил принц, поднявшись на ноги.

Телосложением Никаниэль получился