Читаем без скачивания Рассказы о привидениях - Кэролайн Кин

Только она повесила трубку, как появилась Бесс с отчетом об их слежке. Информация, которую она изложила, чрезвычайно взволновала Нэнси, как и саму Бесс.

— Алиса Дюран отправилась к профессору Мартину, — сказала в заключение Бесс, — и сейчас за его домом наблюдает Джорджи.

— Прекрасно! — воскликнула Нэнси. — Поедем туда сейчас же и все проверим!

— Ну… ладно, — как-то нехотя согласилась Бесс, потом с извиняющимся видом добавила: — Может, сначала дашь что-нибудь пожевать? Если честно, Нэнси, я просто умираю с голоду!

Нэнси ухмыльнулась.

— Идет, но не больше трехсот калорий! Вскоре девушки уже ехали по дороге в Грейтон в машине Нэнси. Они нашли Джорджи на посту — в тени кустов напротив дома Абеля Мартина.

— Алиса еще там? — спросила Нэнси.

— Если не улизнула через заднюю дверь.

— Великолепно. Тогда сделаем так. — Нэнси быстро посвятила подруг в свой план, потом вытащила сандвичи и еще какую-то еду, которую дала им с собой Ханна Груин, и протянула Джорджи. — Этим можно подкрепиться между делом.

Джорджи обняла подругу и жадно заглянула в пакет.

— Ты спасаешь мне жизнь!

Оставив сестричек одних, Нэнси пересекла улицу и позвонила в дверь. Открыл Мартин. По его смущенному лицу было видно, что он совсем не ожидал увидеть на пороге Нэнси Дру.

— Я сегодня вечером очень занят, — пролепетал он.

— Ничего, я ненадолго, — сказала Нэнси с ослепительной улыбкой и протиснулась внутрь.

В гостиной сидела Алиса Дюран. Она еще меньше обрадовалась неожиданному явлению Нэнси, чем ее хозяин.

— Раз вы уже здесь, — сказала она кислым голосом, — может, скажете, как долго будет длиться проверка подлинности того завещания, которое нашлось прошлой ночью?

— Где-то дней семь, — ответила Нэнси. — Отец отправил его в суд. Его там тщательно исследуют специалисты по спорным документам.

Алиса и Мартин обменялись хмурыми взглядами. Потом Нэнси как бы невзначай спросила, можно ли ей воспользоваться машинкой, поскольку она хотела бы предоставить короткий отчет о своем предварительном расследовании, но не успела записать его перед выездом из Ривер-Хайтса.

— Пожалуйста, пожалуйста, — услужливо сказал Мартин. Он ткнул большим пальцем направо, в сторону своего кабинета, где Нэнси уже увидела на столе его пишущую машинку.

— А лист бумаги одолжите?

— Сколько угодно.

Попечатав какое-то время, Нэнси вернулась к сидевшей в гостиной паре.

— Не смеем вас задерживать, тем более что вы хотели зайти в колледж, — сказала Алиса с едкой улыбкой.

Нэнси в свою очередь тоже улыбнулась и извиняющимся тоном произнесла:

— Надеюсь, вы простите меня, я тут немного слукавила.

— Слукавили? Насчет чего? — настороженно спросил Мартин.

— Насчет машинки. Прежде всего я хотела выяснить, будете ли вы возражать. И потом, мне нужен был образец шрифта вашей машинки, чтобы сличить его с тем, которым было написано то завещание.

— Что? — Профессор Мартин уставился на Нэнси, а Алиса вскочила со стула.

— Вы что, обвиняете нас в подделке завещания?

— Пока нет, — сказала Нэнси. — Но должна предупредить вас, что вы под подозрением. Горничная, которая сегодня утром убирала вашу комнату, мисс Дюран, нашла там серый плащ с капюшоном и белую маску ведьмы.

Мартин и Алиса начали бурно и громко протестовать, но Нэнси уже ничего не слышала: на втором этаже темного корпуса, стоявшего в стороне от студенческого городка, в окне лаборатории профессора Хэнке мерцал слабый свет!

— Прошу прощения за столь поспешный уход, — пробормотала Нэнси, перебивая обоих. — Я должна попасть в колледж — и немедленно!

Пока Мартин и Алиса, остолбенев, смотрели ей вслед, Нэнси выскочила из дома и бросилась через дорогу к своим подружкам.

— Скорей! — крикнула она. — Мне кажется, привидение опять вернулось!

Забравшись в машину, они на полной скорости помчались в сторону колледжа, а у ворот подхватили с собой охранника. Нэнси припарковалась у входа в корпус, и все поспешили наверх.

Вбежав на лестничный пролет, они услышали громкий взрыв! В лаборатории на полу без сознания лежала Ванесса Ли, ее лицо было чем-то вымазано, но не повреждено. Рядом валялся серый разорванный плащ!

Комната освещалась одной бунзеновской горелкой. На столе были разбросаны осколки взорвавшейся во время эксперимента химической установки. Судя по следам на потолке, сила взрыва, к счастью, была направлена вверх. Когда охранник зажег верхний свет, девушки бросились приводить жертву в чувство. По мере того как к ней возвращалось сознание, миловидная женщина стала растерянно оглядываться вокруг, явно ничего не понимая. Подружки усадили ее в удобное рабочее кресло с подлокотниками, стоявшее в углу лаборатории.

— Что вы, черт возьми, все тут делаете? — пробормотала она.

— Я сейчас все объясню, — сказала Нэнси. — Но сначала ответьте: вы себя нормально чувствуете, профессор Хэнке?

— Вполне, спасибо.

Бесс, Джорджи и охранник уставились на Нэнси в полном недоумении.

— К-к-а-ак вы сказали, «профессор Хэнке»? — заикаясь спросил охранник. — Она умерла!

— На какое-то время превратилась в привидение — может быть, — ответила Нэнси, улыбаясь, — но уж никак не умерла!

Она объяснила, что в ту штормовую ночь Софи выпала из машины в реку и потоком воды была вынесена в залив.

— Во время той бури несколько судов потерпели кораблекрушение, и я подозреваю, что именно так профессор Хэнке оказалась в одной из спасательных шлюпок «Эсмеральды».

Софи-Ванесса слушала с неослабевавшим вниманием, прижав руки к вискам. Наконец, она кивнула.

— Да, теперь я все припоминаю. Я отчаянно боролась, чтобы остаться на плаву, цепляясь за какие-то обломки. А потом увидела ту пустую лодку и сумела перевалиться внутрь.

Нэнси продолжала:

— Глубокое разочарование и душевная травма после научной конференции, шок, когда она чуть не утонула, — все это явилось причиной потери памяти. Доктор Крэг, который спас ее на своей яхте, не только залечил ей новые порезы на лице, но и ликвидировал последствия давнишнего несчастного случая. Однако если ей была возвращена природная привлекательность, то восстановить память так и не удалось.

Ванесса Ли, — продолжала Нэнси, — была не чем иным, как плодом фантазии Софи Хэнке — такой женщиной, какой она сама мечтала быть. Помимо сочинения стихов, она сама себе писала письма от имени Ванессы Ли. А сейчас даже стала говорить с южным акцентом, который у нее был в те далекие и счастливые времена, когда она жила в Техасе.

Софи Хэнке подтвердила предположения Нэнси. Страдая от потери памяти, она время от времени испытывала какие-то странные побуждения. В эти моменты она возвращалась в Клермонтский колледж — как лунатик или человек в трансе, — изо всех сил стараясь вспомнить прошлое и надевая ту же одежду, которую носила, когда преподавала здесь. Ключи, что сохранились у нее в кармане в ночь ее спасения, позволяли ей открыть любую запертую дверь.

— Потом я опять становилась Ванессой Ли, — продолжала объяснять Софи, — приходила в себя и никак не могла понять, почему я в этом помещении и что я здесь делаю.

— Мне кажется, в глубине души вы никогда не хотели снова стать профессором Хэнке, — сказала Нэнси. — Ведь ее жизнь была такой несчастливой. — И весело подмигнув, добавила: — Но сейчас, я уверена, когда вас ждет слава и богатство, у вас впереди блестящая карьера. Фармацевтическая компания готова заплатить за использование вашего замечательного открытия! Не было бы счастья, да несчастье помогло. Мы обязаны этому взрыву! Без эдакой встряски память вряд ли вернулась бы к вам! — Она улыбнулась. — А профессор Мартин и милая Алиса получат то, что заслужили.

— А как насчет этой отсутствующей детали — катализатора? — спросила Джорджи Фейн. — Вы и |это вспомнили?

Профессор улыбнулась.

— Естественно. Я его никогда и не забывала. Это бромат. Сегодня вечером я пыталась повторить мой эксперимент — а он вон чем обернулся, я чуть не подорвалась!

Нэнси показала на ящик для химреактивов, который, по-видимому, сбросило при взрыве. Наклейка на нем гласила: «Калий бромат».

— Когда доктор Крэг спас ее, ему казалось, что она бормочет «Брахма катл». Бьюсь об заклад, то, что она пыталась произнести, было «бромат катализатор»!

В порыве благодарности доктор Хэнке бросилась к Нэнси и крепко обняла ее.

— Вы удивительная! — воскликнула она. — Смогу ли я отплатить вам когда-нибудь за то, что вы вернули меня самой себе?

СОБАЧЬИ ПРИЗРАКИ В «ШЕПЧУЩИХСЯ ДУБАХ»

Сильный ветер залеплял лобовое стекло осенними листьями. Нэнси с трудом удерживала руль, чтобы ее легкую машину не кидало из стороны в сторону.

— Ого! Вот это ветрище! — произнесла Джорджи Фейн, сидевшая со своей кузиной Бесс Марвин на заднем сиденье. — Слушай, Салли, — она наклонилась вперед, обращаясь к школьной приятельнице Нэнси, — неужели никто из вашей семьи так ни разу и не осмелился ночевать в «Шепчущихся дубах»?