Свадьба превзошла все ожидания Рут, а когда старый, слегка скрученный подагрой, но зато благоухающий лавандой «Ярдли» и отличным виски джентльмен назвал ее «леди», молодая женщина испытала самую большую за всю свою жизнь радость. Только теперь она окончательно поверила, что добилась положения в обществе.
Наконец после множества церемоний и приемов Рут и Арчибальд впервые за весь день остались наедине в тихом домике на Маргарет-террас. Молодая женщина заглянула в ванную и, освободив ее для мужа, прилегла на большую двуспальную кровать в стиле Людовика XVI. Баронет, забывший надеть пижамную куртку, появился в спальне с обнаженным торсом, и его мускулатура настолько поразила новоиспеченную леди Лаудер, что она позволила себе выразить легкое удивление. Комплимент явно польстил самолюбию Арчибальда.
— Понимаете, дорогая, я с ранней юности никогда не забываю по утрам делать несколько упражнений по особой методе… Она называется «Станьте Гераклом незаметно для себя».
Рут отнюдь не обладала богатым жизненным опытом, но тем не менее она быстро пришла к выводу, что ей достался совсем неплохой муж. Увы, не прошло и нескольких минут, как зазвонил телефон. Баронет оставил молодую супругу и бросился к аппарату, воскликнув: «Наверное, это мама». Рут чуть не выругалась с досады.
Но это была вовсе не леди Элизабет. Лицо Арчибальда слегка окаменело.
— Это вас, дорогая… от того полковника, которого вы… якобы никогда не видели, — буркнул он, протягивая жене трубку.
Выслушав все, что пожелал сообщить незнакомый голос, леди Лаудер в некотором замешательстве отошла от телефона — дальнейший разговор с мужем рисовался ей далеко не в радужных тонах.
— Он желает нам самого большого счастья, — наконец пробормотала Рут.
— Весьма любезно с его стороны! — сухо отозвался баронет.
И молодая женщина поняла, что признание больше откладывать нельзя. Вот только как его сделать? Сам того не желая, Арчибальд помог жене, по обыкновению вставив в глаз монокль. Вместе с гранатово-красной, отороченной черным шелком пижамой это выглядело так трогательно и забавно…
— Бог свидетель, дорогая, я терпеть не могу вмешиваться в чужие дела, но коль скоро речь идет о моей жене… волей-неволей придется нарушить обыкновение. Скажите мне правду, Рут, этот Стокдейл имеет на вас какие-то права?
Она опустила голову:
— Да.
— Ах вот оно что!..
Удар, несомненно, попал в цель.
— Но в подобных обстоятельствах, дорогая, мне кажется более чем затруднительным…
— Прошу вас, Арчибальд, удержитесь от слов, о которых потом наверняка пожалеете… Если полковник Стокдейл и обладает надо мной определенной властью, то к любви это вовсе не имеет отношения… просто он мой шеф.
— Шеф?
Баронет так удивился, что монокль упал на ковер, а он и не подумал нагнуться.
— Видите ли, Арчибальд… Мое положение в фирме Вулвертонов — только «крыша»…
— «Крыша»?
Заговори она вдруг по-китайски, Лаудер и то вряд ли поразился бы сильнее.
— А на самом деле, Арчибальд, я тайный агент МИ-пять note 4 и работаю в отделе полковника Стокдейла.
Глава 2
В спальне надолго воцарилась тишина — сэр Арчибальд Лаудер пытался разобраться в положении. Рут с тревогой ждала бурной реакции и резких объяснений. Наконец баронет поправил монокль и встал, забыв надеть комнатные туфли.
— В вулвертоновской конторе вы слывете женщиной с богатым воображением, дорогая, но я и не подозревал, что оно развито до такой степени! — бесконечно вежливым и холодным тоном заметил он. — Агент МИ-пять! Богом клянусь, моя милая, выдумка просто восхитительна!
Теперь уже молодая женщина окончательно перестала что-либо понимать.
— Выдумка?
— Да, дорогая моя, в цепи поколений Лаудеров многим случалось пострадать от супружеской неверности. Вы скажете, что такова судьба множества славных и почтенных семейств и, более того, возможно, они вообще до сих пор существуют только потому, что время от времени в усталые вены вливалась новая кровь… Я хорошо представляю и еще множество других доводов, какие могли бы привести в свое оправдание неверные жены, но за всю историю нашей семьи не припомню ни единого случая, чтобы хоть одна из женщин ради того, чтобы свободно видеться с любовником, прикинулась шпионкой!
— Вы мне не верите, Арчибальд?
— Нет, дорогая, не верю.
— Вы меня оскорбляете!
— Ну, это уж совсем забавно! Вы признаетесь, что у меня есть соперник, и, оказывается, я же еще и виноват?
— Но говорю вам…
— Слышал-слышал… что вы наша британская Мата Хари, вот только, к несчастью, совершенно не принимаю всерьез всю эту чушь со шпионскими историями, тайными агентами и прочим бредом!
Леди Лаудер ошарашенно взирала на мужа.
— Вы отрицаете существование МИ-пять? — пробормотала она.
— Нет, только полезность этого заведения… Но вообще-то должны же военные хоть чем-то заниматься в мирное время…
Это настолько противоречило здравому смыслу, что у Рут невольно вырвалось:
— Вы что, и вправду такой дурак?
— Кажется, вы совсем забыли о почтении к супругу? Меж тем это ваша прямая обязанность!
Когда б не босые ноги и плохо застегнутая пижама, сэр Арчибальд мог бы сойти за живую статую оскорбленного в лучших чувствах дворянина, но сейчас положения не спасал даже монокль, и Рут насмешливо бросила:
— Ну и нелепый же у вас вид, Арчибальд!
Баронет залился краской и чуть не вспылил, но, вовремя вспомнив о воспитании, лишь сунул ноги в комнатные туфли и накинул халат.
— Меня просто пугает ваш цинизм, дорогая. И где вы должны встретиться с этим Стокдейлом?
Рут пожала плечами — какой смысл пытаться что-либо доказать человеку, который не желает ничего понимать? Она уже устала.
— Я не собираюсь ехать к полковнику, но, зная, что я говорю по-немецки, он посылает меня в Вену.
— Это еще не повод! Я тоже отлично говорю по-немецки! А можно узнать, почему вы не сказали мне всего этого раньше?
— Я люблю вас, Арчибальд, и не хотела потерять…
— Ладно… допустим. Но, послушайте, вы хоть на минутку представили себе, что скажет мама, если узнает, что ее сноха… шпионка?
— Плевать мне, что она скажет!
— О!
— Да, для меня важно только то, что думаем мы с вами.
— И Стокдейл.
Рут, не ответив, снова откинулась на подушки, а баронет нервно бегал из угла в угол. Наконец он остановился у постели.
— И… зачем… вас посылают в Вену?
— К чему вам знать?
— Прошу вас, расскажите. Мне чрезвычайно любопытно узнать, каким образом вы разработали весь сценарий.
Новоиспеченная леди снова привскочила на кровати. Недоверие мужа выводило ее из себя.
— Нравится вам это или нет, но, представьте себе, у Британии есть в Будапеште агентурная сеть, которая помогает венграм, истомившимся по свободе, перебраться в Вену. Так вот, в последнее время эту сеть практически уничтожили, а наш лучший тамошний агент, мой коллега Фред Лукан, исчез в неизвестном направлении. Очевидно, кое-кто наверху уверен, что я в состоянии выяснить, какая беда обрушилась на нашу организацию!
— Вам бы романы писать!
— Угу, с той небольшой разницей, что здесь покойники настоящие…
— Я вам не верю! Все эти басни нарочно выдумали писаки, авторы детективных романов!
— А я и не подозревала, что в конце шестидесятых годов двадцатого века можно встретить настолько ограниченного субъекта!
— Именно так обычно и выглядят обманутые мужья!
— Давайте прекратим бесполезный спор, а? Мне надо отдохнуть — завтра утром я улетаю в Вену.
— Улетите… не улетите… Это — если я позволю!
— Вряд ли вы имеете право разрешать или запрещать мне что бы то ни было, Арчибальд. Возвращайтесь-ка поскорее к леди Элизабет и начинайте процедуру развода. Спокойной ночи.
И на глазах у разъяренного баронета молодая женщина скользнула под одеяло. Внезапное исчезновение жены на мгновение совершенно сбило Арчибальда с толку. В конце концов он не выдержал и, отбросив всякое чувство собственного достоинства, жалобно застонал:
— А как же я? Что теперь будет со мной?
Рут почувствовала, что, возможно, бой еще не проигран, и снова выглянула из-под покрывал.
— Вы вернетесь к маме и своим, таким вежливым и воспитанным, любителям рыбной ловли, а меня забудете!
— Но я… я не могу…
— Это еще почему?
— Да потому что я вас люблю!
Растроганная Рут совсем откинула одеяло и села в постели, готовясь продолжать разговор.
— Арчибальд, вы и в самом деле не хотите мне поверить?
— Я не могу поверить в такие бредни! Все это слишком экстравагантно! Не честнее ли просто сказать, что вы нарочно все выдумали с одной-единственной целью: спокойно встретиться со своим Стокдейлом в Вене?
— Он сейчас в Карачи! Повторяю вам: я ни разу не видела полковника и даже не знаю, как он выглядит! Но хватит, Арчибальд! Ложитесь спать или поезжайте к маме, но дайте мне отдохнуть. Я пришлю вам открытку из Вены. Еще раз: спокойной ночи!
