Читаем без скачивания Путь Гладиатора - Эдвин Табб

– Опускай плот! Сажай его, или я пристрелю тебя!

Дюмарест крепче сжал оружие, когда плот медленно опустился на землю. Легрейн, хромая, побрел к приятелю.

– Ты все-таки уделал их, Эрл! Уделал-таки!

– Ты ранен?

– Они попали в каблук. - Легрейн пошел к приземлившемуся плоту. - Забираться, Эрл?

– Да, и поторопись!

Они пробежали несколько шагов, запрыгнули на борт и быстро осмотрели открытую кабину. На них неподвижно уставились глаза мертвеца с дыркой между глазами. Еще один хватал воздух губами, лежа в луже собственной блевотины, кровь вперемешку с пеной стекала из его рта - сломанные ребра пробили легкие. Лицо третьего представляло собой кровавое месиво - туда попал второй камень. Пилот сидел за приборной панелью с застывшими от ужаса глазами.

– Это все? - резко спросил Дюмарест.

– Да, сэр. - Пилот дрожал. - Это все.

– Хорошо, - буркнул Дюмарест. - Выметайся отсюда!

– Но ведь…

– Выметайся!

Пилот бросил лишь один взгляд на мрачное лицо Дюмареста и послушно спрыгнул с плота на землю. Дюмарест повернулся и посмотрел на Легрейна:

– Не трать зря времени, приятель. Вышвыривай их за борт.

– Погоди минутку. - Легрейн принялся обшаривать карманы мертвецов и раненого. - Нам нужны деньги, - напомнил он. - Чтобы купить билет на перелет. - Продолжая что-то ворчать, он перебросил тела людей через ограждение. - Порядок, Эрл. Теперь взлетаем. - Он заметно расслабился, когда плот оторвался от земли и устремился ввысь. - Нам удалось! - с ликованием выкрикнул он. - Мы победили Властителя Игрушки.

– Еще нет, - отрывисто возразил Дюмарест. - Возьми одно из ружей. Стреляй в любого, кто окажется слишком близко. - Он пристально посмотрел на своего напарника. - Ты пробыл здесь больше меня. Что нам теперь делать?

– Поднимись еще выше и возьми курс к морю, ориентируясь по солнцу. Мы должны сделать широкий круг. Приземлимся на материке далеко в стороне от Барьера. Тамошние скалы изрыты пещерами. Найдем одну и спрячемся там до сумерек, а может, пробудем и до наступления завтрашнего дня. Потом вернемся в город и купим билет. Мамаша Джоселин поможет…

Легрейн облегченно рассмеялся, и это был смех человека, который только что получил отсрочку у смерти.

Глава 2

Леон Херл, один из Акционеров Игрушки, проснулся через два часа после рассвета и лежал, уставившись в расписанный узорами потолок, дожидаясь, когда рабыня принесет ему чай на завтрак. Он знал, что предстоит нелегкий денек. Помимо обычных обязанностей, его ждало еще собрание Ассоциации Прядильщиков, во время которой, помимо прочего, будет обсуждаться вопрос, касающийся будущей продукции. Он надеялся, что на этот раз обойдется без пустопорожней болтовни об очевидных вещах. И так они уже пошли на больший риск, чем он думал. И очень легко было шагнуть еще дальше, а это чревато последствиями.

Раздался осторожный стук в дверь - принесли его чай. Девушка была совсем молоденькой, с хорошенькой фигурой и не отвергающей домогательств, однако сегодня ее ждало разочарование: голова Леона была занята другими мыслями.

Едва он попробовал горячий, пахнущий специями напиток, как зазвонил видеофон. Он раздраженно потянулся и нажал кнопку. На экране возникло лицо Меара Эвана, его помощника.

– Доброе утро, Леон. Не разбудил?

– Нет.

– Тогда, надеюсь, мое вторжение в твой распорядок дня не слишком побеспокоит тебя. Ты принимаешь мои извинения? - Эван не стал ждать кивка Леона; он был слишком взволнован, чтобы придерживаться этикета. - Леон, нам удалось! Мы победили Властителя Игрушки!

Леон вздохнул:

– Знаю. И теперь, я думаю, ты хочешь созвать специальное совещание для выработки тактики дальнейших действий.

– Ну да, - признался Эван. - Я думал, что…

– Ты слишком много думаешь, - тихо перебил его Леон, - и все равно до тебя не доходит. Самое последнее, что мы можем себе позволить, так это привлечь к себе внимание. Если Грошен догадается, что мы объединились против него, он перейдет к решительным действиям. Очень решительным. - Он пристально посмотрел на своего помощника. - Я заключил пари. И буду собирать свои выигрыши. Мы обсудим детали на плановом собрании Ассоциации, назначенном на сегодня. Или ты забыл?

Эван покраснел.

– Ты слишком нетерпелив, - заметил Леон. - Но для спешки нет причин. План…

– Ты ошибаешься, Леон, - прервал его Эван. - Все не так, как должно быть. Неужели ты еще не знаешь, что у Властителя Игрушки появился помощник-кибер?

Леон помрачнел.

– Ты уверен?

– Я сам видел его. Его зовут Грил. А зачем Грошену кибер, Леон?

«Неправильно поставленный вопрос, - подумал Леон. - Какой интерес у Кибклана к Игрушке? Вот что мне больше хотелось бы знать. В его услугах здесь нет совершенно никакой нужды».

Он ласково улыбнулся встревоженному помощнику:

– Ты слишком беспокоишься, Меар. Нам нельзя ничего начинать без предварительного обсуждения всех последствий. Утром я побываю на заводе. Позже мы встретимся, как договаривались. А до тех пор ничего не предпринимай.

Леон выключил видеофон и с нахмуренным видом уселся на краю постели. Это был широкоплечий, приземистый мужчина с коротко остриженными волосами и темной кожей - наследие самых первых поселенцев.

«Эван слишком встревожен, - размышлял он. - А это чревато неприятностями. И все же сообщенные им новости очень важны. Кибер? Здесь, на Игрушке? В этом нет почти никакого смысла, но все же теперь этот факт необходимо учитывать при составлении дальнейших планов. Следует понять, что скрывается за столь внезапным интересом Кибклана к планете».

Леон принял душ, смазал кремом для удаления волос появившуюся щетину, потом привел в порядок волосы. Одетый, он стал казаться еще полнее, чем был на самом деле, благодаря шикарным эполетам на ключицах и широкому поясу, обтягивавшему талию. Брюки-клеш и блестящие черные ботинки увеличивали эту иллюзию. Он осторожно намотал церемониальный кнут на левое запястье, и облачение было закончено.

Завтрак состоял из сока, каши и сушеных фруктов, которые он запил своим любимым чаем, приправленным специями. Потом на личном антигравитационном плоту он полетел от дома к заводу, расположенному далеко за пределами города.

Завод занимал огромную площадь, крыша главного производственного цеха находилась почти в ста футах от поверхности земли. На полу тянулись ряды ткацких станков, напоминая хорошо спланированный парк. И хотя благодаря системе вентиляции все помещение продувалось воздушными потоками, в нем все равно стоял раздражающий проплесневелый запах. Воздух все еще поддерживался теплым, не давая проникнуть внутрь ночному холоду; позднее здесь станет прохладнее, в то время как снаружи воцарится палящая жара.

Леон остановился в тени одного ткацкого станка, наблюдая, скорее даже ощущая, а не видя, бесперебойную, весьма и весьма эффективную работу пауков-ткачей. Чистый пол, отметил он, рабочие трудятся за станками, а надсмотрщики присматривают за ними, держа наготове электронные хлысты. Все помещение переливалось разноцветными огнями в ярком свете потолочных ламп.

Заведующий отделом тканей Вогель сопровождал группу инопланетных покупателей, проявляя по отношению к ним почтительность, смешанную с мягким юмором, давая повсюду объяснения и очень ненавязчиво намекая, что гостям завода известно ровно столько же, сколько и ему, и что при желании они вполне могли бы справиться с его обязанностями. Что конечно же было просто смешно: чтобы стать заведующим отделом по тканям, требовалось по меньшей мере двадцать лет стажа, но и в этом случае лишь немногим удавалось создать какой-нибудь новый образец ткани.

– Как вы видите, джентльмены, - говорил Вогель, - наши ткачи - это мутировавшие пауки, прошедшие генетический отбор по размеру, способностям и цвету нити. Отметьте развитие их прядильных органов. В качестве метода обучения мы используем инъекции. Отобранного паука-ткача готовят к выполнению строго определенного задания, и когда он в совершенстве овладевает требуемыми навыками, его убивают и из главного нервного центра добывают сыворотку, которую затем впрыскивают другим паукам. Таким образом «память» обучения передается от одного ткача к другим. Потом остается просто расставить в цеху ткацкие станки, надсмотрщиков, обеспечить питание и все такое прочее.

«Да, все очень просто, - усмехнулся про себя Леон. - Уже само по себе то, что пауков удается обучать, - огромное достижение. А заставить их прясть - воистину маленькое чудо!»

– У нас имеется триста семь различных рисунков тканей, - продолжал Вогель. - И семьсот двадцать восемь серийных образцов различных размеров. Таким образом, наши ковры, настенные покрытия и ткани способны удовлетворить любые пожелания.

Вогель нагнулся и взял в руку кусок тончайшей ткани - это был ковер, который, если его распрямить, покрыл бы целую комнату. Сейчас же он представлял собой малюсенький шарик, который легко помещался в кулаке. Но если его расправить, то не появится ни единой складки.