в домашнюю жизнь. Она много гуляла с детьми на улице, благо дни стояли солнечные, с легким морозцем. Они побывали в зоопарке, цирке и в кино. К выходным Жорик заболел, поднялась температура, открылась рвота. Доктор определил ротавирус. Спустя два дня ему стало легче. К вечеру понедельника у Нины появились те же симптомы. Она напилась тех же таблеток, которые прописали Жоре.
Три дня Нина промучилась с тошнотой и рвотой, а затем обратилась к врачу. Доктор, пожилой участковый терапевт, посмотрев ее анализы, воскликнул: «Милочка, да вы беременны! Рекомендую сделать тест и обратиться к гинекологу». Нина была поражена этой новостью. Тест на беременность оказался положительным! Какое счастье!
Это будет непременно девочка. Саша хочет дочку. Нине рисовалась детская в светлых тонах, круглый бежевый ковер с высоким ворсом, нежно-розовая орхидея в керамическом горшке на широком подоконнике. В квартире Вишневского полным ходом шел ремонт, уже была заказана мебель.
Прошло десять дней. На следующий день Нина пришла на работу раньше остальных. Она улыбалась своему отражению в зеркале и поглаживала животик, который, как ей казалось, уже округлился, представляя, как Саша обрадуется этой новости, как они вместе будут выбирать малышу имя и строить планы на будущее. Ей уже рисовался симпатичный бутуз, которого она кормила грудью, а Саша стоял рядом и, заглядывая ей через плечо, что-то нежно нашептывал. Нина очнулась от своих грез, когда в комнату заглянула кадровик Марина: «Я тебя ищу. Общее собрание в холле. Пойдем».
«Я догоню»,– ответила Нина.
Марина скрылась за дверью.
Нина вздохнула и, совершенна счастливая, вышла в коридор. Навстречу шел Саша. Нина улыбнулась, а он опустил глаза.
«Привет! – сказала она. – Как я соскучилась! И у меня для тебя есть чудесная новость!» Нина никогда не позволяла себе подобных реплик на работе, ибо их роман держался в тайне. Но сегодня она не могла и не хотела сдерживаться: ее переполняло счастье.
«Малыш, знаешь…» – начал он подавленно и осекся, потому что рядом вдруг возникла Наталья и, ни слова не говоря, положила ему свою тонкую белую руку на плечо.
Нина только сейчас увидела в его глазах затравленность и поняла, что за эти несколько дней произошла огромная перемена.
«Нам пора, милый, – сказала нежным голоском Наталья, – нас ждут».
«Я беременна!» – не своим голосом произнесла Нина.
Саша вскинул на нее глаза, большие, темно-серые, он был ошеломлен, и тут же опустил их. Вишневский и Наталья быстро ушли.
У Нины встал комок в горле. Симпатичный бутуз, детская в светлых тонах, счастливые личики ее ребятишек и сына Вишневского, поедающих творожную запеканку с джемом на завтрак, Саша, чисто выбритый и улыбающийся, подливающий ей кофе из турки – все это мигом пронеслось перед ее глазами и пропало. Все напрасно! Он продал любовь за алмазы! Неравноценный обмен!
Нина слышала, как в холле голосом учредителя Кирьянова Виктора Николаевича было объявлено, что исполнительным директором столичного филиала становится Вишневский, а вслед за этим голосом Натальи было сказано, что на днях состоялась ее помолвка с Вишневским, а свадьба состоится через месяц в столице. Поздравления коллег, чоканье бокалов Нина уже не слышала – она бежала по лестнице вниз. Казалось, она сейчас умрет!
Нина выбежала на улицу. Налетевший ветер порывом распахнул ей пальто. Не застегивая его, она побежала через дорогу. Синий мини Купер резко затормозил перед ней. Вслед ей водитель нецензурно и громко выругался. Нина ничего не видела и не слышала. Ком стоял в горле, она тяжело дышала и бежала, не разбирая дороги.
Внезапно небо пронзила огненная стрела, прогремел гром и пошел косой ливень. Внутри у нее вдруг что-то оборвалось, комок разошелся, и слезы градом хлынули на лицо. Все счастливые моменты их отношений, как кадры кинохроники, быстро проносились в ее воображении и пропадали. Вот его горящие темно-серые глаза, смотрящие на нее восторженно, там, на террасе в разгар корпоративной вечеринки. Вот они разглядывают его старые фотоальбомы, сидя на теплой коже углового дивана его гостиной, почти касаясь плечами, и последовавший вслед за этим первый поцелуй, когда он так несмело, словно мальчишка, коснулся губами ее губ. Вот он рассказывает о предсказании уличной гадалки, в котором предвещалось счастье с четвертой женой, и рождение дочери… Боль разрывала ей сердце, как теперь жить?
Нина, промокшая почти до нитки, вбежала под крышу остановочного комплекса, одиноко стоявшего на набережной великой русской реки, которая еще совсем недавно скованная льдом, теперь грозно билась темными водами о высокую набережную. Дождь не унимался. Уже смеркалось.
Подошел автобус и старушка интеллигентного вида, в драповом бордовом пальто и такого же цвета фетровой шляпе спустилась с подножки, на ходу раскрывая старомодный зонт с массивной деревянной ручкой. У Нины вдруг все помутилось перед глазами, силы ей изменили, и она лишилась чувств…
Несколько дней Нина пробыла в реанимации, находясь в бреду. Врачи совершили чудо, вытащив ее с того света – у нее диагностировали абструктивное воспаление легких, спасти ребенка не удалось. Нина очень тяжело это восприняла, сильно переживала потерю.
Пока Нина находилась в больнице, с Востока приехал брат Андрей с семьей: женой Татьяной и детьми-подростками. Брат получил повышение по службе и вскоре ему должны были дать квартиру.
Андрей снял за городом дом и увез всех на свежий воздух.
Нину совершенно очаровал тот волшебный уголок. Дом находился в сосновом бору на берегу лесного озера. Все кругом оделось молодой зеленью, воздух был чист и свеж, а сон в бревенчатом доме – крепким и оздоровительным. Долгие прогулки по лесу, когда впереди вприпрыжку бежит Лера, держа в руке прутик и напевая себе что-то под нос, а Жора сидит на плечах у племянника Павла, и заливисто смеется, затем следует Нина, а сзади идут Татьяна и Андрей под ручку, замыкает шествие их дочка Лиза, хрупкая миловидная девочка с черными, как у Татьяны глазами, сидение в гамаке под старой яблоней с томиком Чехова, мамины тонкие блинчики с медом, свежее парное молоко и рисовая каша с корочкой из духовки на завтрак, сытные обеды со свежеиспеченным караваем за большим деревянным столом, вдоль которого стоят лавки вместо стульев, чтение русских сказок в вечерний час под треск поленьев, воскресные походы в старенькую красного кирпича церквушку в соседней деревеньке, душеспасительные беседы с благообразным седобородым батюшкой, все это помогло Нине переосмыслить жизнь.
Брат обещал финансовую поддержку. Нина уволилась из холдинга и занялась поиском работы. Вскоре ее пригласили на хорошую должность в престижную фирму. Все складывалось как нельзя лучше.
Но Вишневский все еще сидел в ее голове, все
