— Здрасте, — холодно ответила та, отодвигаясь от молодого человека, — Марго.
«Черт! — вспомнил про себя молодой человек, — сначала ж надо о цене договариваться. С бандершей. Бандерша, наверно, та, что дверь открыла. Тоже ничего, кстати. Ещё, пожалуй, и лучше. Вот, блин, дурочки… Выбрали профессию, королевы».
— Очень приятно, — Юра сменил тон на более деловой, — в сотенку-то уложусь?
Он покрутил фальшивой стодолларовой купюрой, выданной предусмотрительным Витьком для создания условий, максимально приближённых к боевым.
— Это с Ольгой договаривайтесь. Насколько я знаю, она денег не берет. Так, копеечку. Символически…
«Может, это у них рекламная акция? Или они тоже в курсе „Паутины“? — прикинул Юра. — Правильно Витек говорил, в наше время ничему нельзя удивляться. Что ж, за копеечку, так за копеечку, в отчёте сумму не указывают… Ну с Богом. Начинаем…»
— Вылезайте быстро! Кис-кис-кис, — Ольга, присев на корточки, безуспешно пыталась выманить из-под ванны котят и Марго. Достать рукой не удавалось, животные забились в дальний угол.
Им явно понравилось новое укромное место, и вылезать из темноты они не торопились. А может, почувствовали что-то нехорошее.
— Марго, Марго… Я кому сказала, вылезай… Вот ведь… Ну сейчас я вам…
Ольга взяла швабру и засунула её под ванну. Котята замяукали, но по-прежнему категорически отказывались вылезать к хозяйке.
«Надо было все-таки в шкаф…»
* * *
Витек допил пиво, достал папиросу, помял её и закурил на рабочем месте, наплевав на постановление Госдумы.
«Дверь-то дохлая, — оценил он оперативную обстановку, сидя на подоконнике этажом выше, — вынесу с одного удара, если что. Конторка, чувствую, вшивая. Интересно, кто её прикрывает? Братва или менты? Ежели менты, весь труд коту под хвост».
Внизу хлопнул дверьми лифт, пополз наверх. Витек на всякий случай забрал пустую бутылку и соскочил с подоконника. Лифт остановился на этаже с пятнадцатой квартирой. На всякий случай оперативник спрятался за трубой мусоропровода. Из лифта выгрузилась полная бабуля в зеленом пальто с рыжим воротником и решительно направилась в сторону притона, позвякивая ключами…
* * *
Юра небрежным движением расстегнул пуговку на рубашке и вплотную придвинулся к девушке.
— Ну че, киска? Начнём, что ли, скрашивать досуг? — Тон с делового вновь сменился на расслабляющий. (Магнитолу бы убавить, а то не запишется ни фига на диктофон!)
— Не поняла…
— Ну вы же обещали впечатления на всю жизнь? Вот я хочу их получить. Чего мы время-то теряем? (Рабочий день кончается!)
Юра подмигнул «Марго». Та громко икнула и ещё плотнее вжалась в диван.
«Он же пьяный, водкой несёт… Боже мой, какие мы дуры с Ольгой! Словно газет не читаем и сериалов не смотрим. Предупреждают ведь — не впускайте незнакомых домой! Кто-то рассказывал Вике, как злодеи пользуются рекламными объявлениями в газетах. Приходят, якобы котят посмотреть, а потом нож достают или пистолет. Грабят и убивают… Господи, что у него на поясе?»
Юра не ослаблял натиск. («Ну давай, киска, давай, скажи заветные слова, пока батарейка не села».)
Диктофон упёрся в дамское бедро.
«Больно как… Точно, пистолет… Что же делать?»
— Че ты, как замороженная?..
Юрина ладонь легла ей на колено и медленно поползла вверх по стрелке, оставленной на колготках рыжим котёнком.
* * *
Синельникова Клавдия Ивановна, пришедшая за квартирной платой, отперла замок своим ключом и с порога спросила:
— Оленька, ты дома?
Из ванной комнаты выскочила слегка взъерошенная Ольга.
— Да… Подметала вот. Здравствуйте, Клавдия Ивановна. Проходите. Чая не хотите? У меня ребята из института.
— Мне ещё за пенсией в кассу, Оленька, я и раздеваться не буду… А ладно, чайком угощусь, так и быть.
Угоститься не получилось.
…Вдохновенный вопль, от которого затряслись стекла, и сработала сигнализация стоящей во дворе машины, пронзил воздушное пространство. Источник звука находился в гостиной. Из резкого он перешёл в затяжной.
Когда Ольга распахнула двери комнаты, они с Клавдией Ивановной увидели следующую картину. По полу, в коленно-локтевой позе ползал и изрыгал описанные выше звуки молодой человек. Рядом с ним валялся разбитый диктофон. Вика носилась вокруг парня и с криками: «Получай, сволочь бандитская!» поливала его кипятком из чайника.
Пока Ольга пыталась найти логическое объяснение увиденному факту, входную дверь потряс сокрушительный удар, от которого последняя вместе с косяком и частью стены влетела в прихожую и рухнула на пол. (Шесть баллов по шкале Рихтера. Высший пилотаж!) Из взвившегося столба бетонной пыли, словно чёрный призрак зла, возник крепкий мужичок с лицом, напоминающим средневековый таран. Передёрнув затвор большого чёрного пистолета, мистер Ужас сверкнул золотой коронкой и прорычал:
— А ну руки в гору, шкуры потные!
— Вы кто? — едва слышно прошептала интеллигентная и богобоязненная Клавдия Ивановна.
— Скоро узнаешь! Что ж ты, кочерга старая, бл…й притон устроила?! Думаешь, амнистируют по возрасту? Пять лет тебе с конфискацией!!! И шлюхам твоим!!!
* * *
Когда Ольга с помощью нашатыря приводила в чувство лежащую на половике Клавдию Ивановну, а Юра смазывал ошпаренные участки кожи женскими духами, как советовал учебник по оказанию первой помощи, из ванной комнаты, томно мурлыча, вышла Марго, потянулась и с наслаждением оставила на двери очередной след острых когтей…
* * *
— Да, неудобно получилось, — по привычке почесал макушку Витек, — но они тоже хороши. Думать же надо, какие объявления давать. Как рожа-то, заживает?
— Терпимо. Хорошо кипяток не крутой был… Обидно — и делать-то ничего не собирался. Хотел её на разговор вытащить… А она хвать чайник. И увернуться не успел.
— Насчёт дверей я договорился, мужики из жилконторы бесплатно починят. У меня компра на них. А моральный ущерб ты возмещай.
— Как это?
— Ну, блин, ничего сам не можешь… Бери шампанское, шоколадку, гвоздички и к студенткам. Хоть танцуй перед ними, хоть фокусы им показывай, но чтоб заяву из прокуратуры забрали. Только по уму все делай… Без тяжёлых последствий. Академик…
* * *
Через четыре месяца Юра женился на Ольге. Прокуратура списала материал проверки в архив. Молодая семья сняла новую квартиру.
Сразу после их свадьбы Марго родила ещё шестерых котят.
