Л е д и С н и р у э л. Странно, действительно!
К р э б т р и. Истинная правда, уверяю вас. Ах, боже мой! Мистер Сэрфес! Скажите, правда, что ваш дядя, сэр Оливер, должен скоро вернуться?
Д ж о з е ф С э р ф е с. Я об этом не слышал, сэр.
К р э б т р и. Долгие годы провел он в Ост-Индии{10}. Вы его навряд ли даже помните. Грустно будет ему услышать, возвратясь домой, до чего дошел ваш брат!
Д ж о з е ф С э р ф е с. Чарлз повел себя неосторожно, сэр, конечно. Но я надеюсь, не нашлось еще праздных людей, чтобы заранее повредить ему во мнении сэра Оливера. Он может еще исправиться.
С э р Б е н д ж а м е н Б э к б а й т. Разумеется, может. Что касается меня, то я никогда не верил, чтобы он был до такой степени лишен всяких принципов, как это про него говорят, и, хоть он и растерял всех своих друзей, я слышал, он пользуется исключительными симпатиями среди евреев.
К р э б т р и. Верно, племянник, честное слово! Если бы еврейский квартал имел самоуправление, то Чарлз, наверное, был бы у них выборным старшиной. Там нет человека популярнее, ей-богу! Я слышал, он выплачивает не меньше процентов, чем ирландское страховое общество, а когда он болен, то о восстановлении его здоровья молятся во всех синагогах.
С э р Б е н д ж а м е н Б э к б а й т. И в то же время никто не живет с большей роскошью. Говорят, когда он угощает своих друзей, он садится за стол с целой дюжиной поручителей, в передней дожидается человек двадцать поставщиков, а за стулом у каждого гостя стоит по судебному приставу.
Д ж о з е ф С э р ф е с. Вам, господа, это, быть может, и забавно, но вы очень мало считаетесь с чувствами брата.
М а р и я. Их зложелательство невыносимо. Леди Снируэл, я должна проститься с вами: мне что-то нездоровится. (Уходит.)
М и с с и с К э н д э р. Ах, боже мой! Как она побледнела!
Л е д и С н и р у э л. Проводите ее, миссис Кэндэр, - ей может понадобиться помощь.
М и с с и с К э н д э р. Разумеется, со всей охотой. Бедная девочка, кто знает, в каком она положении может быть! (Уходит.)
Л е д и С н и р у э л. Просто ей стало неприятно, что говорят о Чарлзе, хотя сейчас они и в ссоре.
С э р Б е н д ж а м е н Б э к б а й т. Симпатии этой молодой особы очевидны.
К р э б т р и. И все-таки, Бенджамен, не отставай: ступай за ней и приведи ее в хорошее настроение. Прочти ей твои стихи. Пойдем, я тебе помогу.
С э р Б е н д ж а м е н Б э к б а й т. Мистер Сэрфес, я отнюдь не хотел вас задеть. Но только верьте мне, ваш брат окончательно пропал.
К р э б т р и. Пропал, как редко кто пропадал. Гинеи занять не может!
С э р Б е н д ж а м е н Б э к б а й т. И продано с молотка все, что можно было продать.
К р э б т р и. Мне говорил человек, побывавший у него в доме: ничего не осталось, кроме нескольких пустых бутылок, которых не заметили, и фамильных портретов, которые, по-видимому, вделаны в стены.
С э р Б е н д ж а м е н Б э к б а й т. И притом еще, к сожалению, я слышал на его счет довольно скверные вещи.
К р э б т р и. О, за ним немало числится историй, поверьте.
С э р Б е н д ж а м е н Б э к б а й т (уходя). Но так как он все-таки ваш брат...
К р э б т р и. Мы вам все при случае расскажем.
Крэбтри и сэр Бенджамен Бэкбайт уходят.
Л е д и С н и р у э л. Ха-ха! Каково им уходить, не уничтожив человека без остатка!
Д ж о з е ф С э р ф е с. Я думаю, ваша милость не меньше, чем Мария, возмущены этими пересудами.
Л е д и С н и р у э л. Боюсь, ее привязанность гораздо глубже, чем нам казалось. Впрочем, вечером здесь будет вся семья, так что вы пообедайте у меня, а затем мы продолжим наши наблюдения. Пока что я пойду подстроить маленькое злодейство, а вы займитесь наукой чувств.
Уходят.
КАРТИНА ВТОРАЯ
У сэра Питера Тизл.
Входит сэр Питер Тизл.
С э р П и т е р Т и з л. Когда старый холостяк берет молодую жену, чего ему ждать? Вот уже полгода, как леди Тизл сделала меня счастливейшим из людей, и с тех пор я несчастнейший пес! Уже по дороге в церковь мы чуточку повздорили и начисто поссорились, прежде чем умолкли колокола. За время нашего медового месяца я несколько раз чуть не помер от разлития желчи, и еще не все мои приятели успели меня поздравить, как я уже потерял всякий вкус к жизни. А между тем я выбирал с осторожностью - девушку, выросшую в деревне, которая не знала другой роскоши, кроме единственного шелкового платья, и других развлечений, кроме ежегодного бала по случаю скачек. А теперь она исполняет свою роль во всех сумасшедших затеях столичной моды с такой легкой грацией, словно она отроду не видела ни кустика, ни зеленой травки иначе, как на Гровнор-сквере! Надо мной смеются все мои знакомые, про меня пишут в газетах. Она проматывает мое состояние и перечит мне на каждом шагу. И хуже всего то, что я, должно быть, ее люблю, иначе я не стал бы терпеть все это. Но я никогда не позволю себе признаться в этом.
Входит Раули.
Р а у л и. О! Сэр Питер, ваш слуга покорный. Как поживаете, сэр?
С э р П и т е р Т и з л. Очень плохо, любезный Раули, очень плохо. Ничего не вижу, кроме невзгод и огорчений.
Р а у л и. Что же это успело так расстроить вас со вчерашнего дня?
С э р П и т е р Т и з л. Странный вопрос женатому человеку.
Р а у л и. Я уверен, сэр Питер, что ваша супруга не может быть причиной вашего расстройства.
С э р П и т е р Т и з л. А что, разве вам кто-нибудь сказал, что она умерла?
Р а у л и. Полноте, сэр Питер, вы ее любите, хотя и не вполне сходитесь характерами.
С э р П и т е р Т и з л. Виновата в этом она одна, любезный Раули. Сам я мирнейший человек на свете и ненавижу сварливых людей. И я твержу ей это сто раз в день.
Р а у л и. Вот как!
С э р П и т е р Т и з л. Да, и знаете, что странно: во всех наших спорах она всегда бывает не права! Но леди Снируэл и вся эта компания, с которой она у нее встречается, только поощряют ее дурные склонности! И в довершение моих несчастий Мария, моя воспитанница, которой надлежало бы меня слушаться, тоже решила взбунтоваться и наотрез отказывается от жениха, которого я давно для нее наметил. По-видимому, она собирается выйти за его беспутного брата.
Р а у л и. Вы знаете, сэр Питер, что я всегда имел смелость не соглашаться с вами в отношении этих молодых людей. И я боюсь, как бы вы не разочаровались в старшем. Что касается Чарлза, то, ручаюсь головой, он еще исправит свои ошибки. Их достойнейший отец, мой уважаемый хозяин, был в его годы почти такой же ветрогон, а когда он помер, то не осталось на свете второго такого сердца, чтобы его оплакивать.
С э р П и т е р Т и з л. Любезный Раули, вы ошибаетесь. Когда умер их отец, я, как вам известно, стал для них обоих как бы опекуном, пока щедрость их дяди, сэра Оливера, не дала им ранней независимости. Понятно, я, более чем кто-либо другой, имел возможность узнать их сердца, а я никогда в жизни не ошибался. Джозеф может поистине служить образцом для молодых людей нашего времени. Это человек благородных правил, и с ними он сообразует свои поступки. А младший, поверьте моему слову, если и унаследовал крупицу добра, то растратил ее вместе с остальным наследством. Ах, мой старый друг сэр Оливер будет глубоко удручен, когда он увидит, как злоупотребляли его добротой!
Р а у л и. Мне очень горестно, что вы так ожесточены против молодого человека, потому что сейчас, быть может, наступает решающая пора в его судьбе. Я сюда явился с новостями, которые вас удивят.
С э р П и т е р Т и з л. Что такое? Расскажите.
Р а у л и. Сэр Оливер приехал, и сейчас он в Лондоне.
С э р П и т е р Т и з л. Как! Быть не может! Мне казалось, вы его не ждали в этом месяце.
Р а у л и. Не ждал, но он замечательно быстро совершил морской переход.
С э р П и т е р Т и з л. Честное слово, я буду рад встретиться со старым другом. Пятнадцать лет не виделись. Много было вместе пережито... И что же, он по-прежнему требует, чтобы мы не извещали племянников о его приезде?
Р а у л и. Самым настойчивым образом. Он хочет, пока это не узналось, кое в чем их испытать.
С э р П и т е р Т и з л. Ах, да разве требуются особые хитрости, чтобы оценить их по достоинству! Впрочем, пусть делает как хочет. А что, он знает, что я женат?
Р а у л и. Да, и скоро явится вас поздравить и пожелать вам счастья.
С э р П и т е р Т и з л. Это как мы пьем здоровье друга, который умирает от чахотки. Ах, Оливер меня засмеет! Мы с ним всегда трунили над женитьбой, и он остался верен себе. Однако же он может скоро сюда явиться. Я сейчас же распоряжусь по дому. Но смотрите, любезный Раули, ни слова о том, что мы с леди Тизл иной раз ссоримся.
Р а у л и. Ни в коем случае.
С э р П и т е р Т и з л. Иначе Нолль изведет меня своими шуточками. Пусть его думает, прости меня бог, что мы самая счастливая чета.
