А новые кадры? Тогда как в техникумах и везде вы видите целые тучи желающих поступить на различные факультеты: медицинский, правовой и т. д., в технические училища и пр., — в то же время наблюдается полное отсутствие желающих поступить в техникумы, подготовляющие учительский персонал, и особенно мало желающих из среды пролетариата. Это совершенно ненормальное положение. Мы не представляем себе, что начинать можно только с фабзавуча. Но надо, чтобы ребенок что-нибудь да знал. Теперь страшно понизился уровень знаний. Теперь, когда принимают на учительские курсы, поступающим ученикам задают вопрос, что больше: 2/3 или 3/4. И вот эти будущие учителя часто не знают, что больше: 2/3 или 3/4. С таким уровнем мы не построим никакой коммунистической республики. Надо осознать, что для этого нам надо обладать всеми достижениями науки. А когда мы возимся с тем, что больше: 2/3 или 3/4, — это значит: мы мало пригодны для того строительства, которое перед нами стоит.
Сейчас один товарищ говорил, что надо за счет школы первоначального воспитания устраивать другие школы, в том числе и школы фабзавуча, и ставил вопрос так, что это будут два конкурирующих учреждения. Нет, товарищи, нам нужно создать и ту и другую школу. Если у нас в школу фабзавуча будет поступать безграмотная молодежь, не имеющая элементарных представлений об арифметике, не говоря уже о математике, то никаких квалифицированных рабочих мы не дадим. Ведь квалифицированный рабочий не тот, кто умеет делать механические движения рукой, но тот, кто осознаёт свое производство. Даже в буржуазных государствах ведется подготовка квалифицированных рабочих. Чтобы создать их, нам надо улучшить нашу обыкновенную школу, тогда уже мы сможем говорить о поднятии квалификации и строительстве будущего. Этот труд равен всем видам другого труда, но заводский рабочий работает в среде товарищей, ему гораздо легче, так как в условиях коллективного труда человек чувствует себя гораздо сильнее и сплоченнее, а учитель заброшен, оторван и изолирован от других, далек от культуры, и, чтобы идти в учителя, надо иметь большое количество самоотвержения. Поэтому, если кто из вас почувствовал бы в себе призвание идти по этой трудной дороге, то пусть он не подавляет в себе этого желания, а другие пусть не мешают ему идти по выбранной дороге. Он останется тем же членом Коммунистического союза молодежи, кем и был, и остальные должны помочь ему построить будущую школу, так как одними упреками по адресу Наркомпроса мы будущего не построим.
Здесь нужно коллективное участие в работе, и мы надеемся, что молодежь на этом фронте просвещения окажет Советской республике те же услуги, что оказала и на боевых фронтах. Надо, когда говорят о недостатке учителей, помнить, что им неоткуда взяться. Или они возьмутся из слоев мелкобуржуазных или буржуазных — и тогда мы отдадим детей рабочих и крестьян в чужие руки, или кадр учителей пополнится молодежью, которая состоит в РКСМ, — и тогда действительно мы сможем создать настоящую трудовую политехническую организацию по принципу производства, которая даст молодому поколению те познания, которые ему необходимы для строительства новой жизни,
1921 г.
РКСМ И БОЙСКАУТИЗМ
ПРЕДИСЛОВИЕ К ПЕРВОМУ ИЗДАНИЮВ члены РКСМ принимаются юноши и девушки от 14 до 23 лет включительно. Само собой, что все высказанное относится лишь к младшему, переходному возрасту, 14–16–18 лет (у различных лиц переходный возраст кончается в различные годы; законодательство подростками называет лиц от 16 до 18 лет, учитывая еще не сложившиеся силы молодежи этого возраста; точно так же правильнее переходный возраст и в отношении психическом считать между 14–18 годами).
Главная цель брошюры: с одной стороны, подчеркнуть все отрицательные стороны бойскаутизма, с другой — указать на целесообразность бойскаутских методов.
Постоянно вновь и вновь повторяются попытки в той или иной форме создать бойскаутские организации у нас в России. Однако буржуазная сущность бойскаутизма настолько резко выражена, настолько пропитывает насквозь весь бойскаутизм — причем таков его международный характер, — что не может ни игнорироваться (игнорировать эту буржуазную сущность пытается, например, Иннокентий Жуков, деятель Дальневосточной республики, страстно увлекающийся бойскаутизмом), ни быть формой, в которую можно влить иное содержание (юкизм). Над скаутизмом надо поставить крест.
С другой стороны, самодеятельность, активность и пр. понимаются у нас часто очень узко. Практика бойскаутизма бросает свет на те методы, которые должны широко применяться в деле воспитания молодежи. Эти методы должны практиковать Союзы молодежи, РКСМ, продумав их и применяя их для осуществления целей коммунизма; должны они быть внесены и в практику школы II ступени, которая у нас, даже в своем реформированном виде, носит ярко выраженную печать школы бюрократической, школы учебы.
Эти вопросы особенно необходимо поставить сейчас, когда так много говорится о хозяйственном строительстве. Хозяйственное строительство, равно как и коммунистическое, требует соответствующего воспитания молодежи.
1 января 1922 г.
ПРЕДИСЛОВИЕ КО ВТОРОМУ ИЗДАНИЮБрошюра «РКСМ и бойскаутизм», написанная год тому назад, вызвала много нареканий, особенно со стороны членов РКСМ, хотя, конечно, каждый член РКСМ понимал, что написана она «дружественной державой», и потому отнесся к ней серьезно.
Теперь, перечитав спустя год эту брошюру, я вижу, что она порождает недоразумения, потому что она чрезвычайно неполна и многого из того, что говорилось при устном обсуждении вопроса, в ней не сказано или сказано неполно.
Мне важно было указать на следующее: работа РКСМ должна быть построена так, чтобы она давала простор активности каждого члена, что, только так строя свою работу, РКСМ сумеет привлечь в свои ряды широкие массы рабочей и крестьянской молодежи, что, только активно вмешиваясь в жизнь, молодежь сможет воспитать из себя настоящих коммунистов будущего. Только активно вмешиваясь в живую жизнь, молодежь сможет выработать в себе те организационные навыки, которых так часто не хватает старому поколению при строительстве новой жизни. Я считаю величайшим преступлением, всякую демагогию по адресу РКСМ, но именно потому, что придаю работе РКСМ громадное значение, что считаю, что теперешним комсомольцам придется быть участниками мировой революции. Я хочу, чтобы они в этой борьбе оказались на высоте задачи.
Мне не все равно поэтому, будут ли комсомольцы самодовольными хвастунами, захлебываясь, повторяющими: «Мы, мы, мы…» — или серьезными работниками, умеющими взвешивать свои действия и силы, умеющими отдаваться беззаветно служению великой цели.
Наши ребята выросли в атмосфере революции, и потому с ними можно говорить, не сюсюкая, называя вещи своими именами. Они сумеют выслушать правду.
Некоторые из товарищей усмотрели в моей брошюре желание обкарнать крылья молодежи, уверить ее, что уши выше лба не растут и т. д. Это просто ни с чем не сообразно. В моей брошюре речь шла совсем о другом. Великая цель не достигается с маху. Путь к ней распадается на ряд более мелких последовательных составных, так сказать, частей, и достижение великой цели возможно лишь путем достижения этих составных целей. Надо брать город за городом, деревню за деревней. Город, который надо сейчас брать, — это научиться перестраивать нашу повседневную жизнь, наш быт, наши привычки в духе коммунизма. Говорить об этом, выдвигать эту задачу не значит звать куда-то в другую сторону от коммунизма, с неба на землю; говорить об этом — значит говорить о том, как надо лучше помочь коммунизму внедриться во все поры жизни.
Но все же брошюрка «РКСМ и бойскаутизм», при чтении ее год спустя по ее написании, когда стало психологически возможно посмотреть на нее несколько со стороны, показалась мне неудовлетворительной вот с какой стороны. Я вовсе не хотела сказать, что РКСМ должен заниматься только самовоспитанием, а не участвовать в строительстве жизни уже и сейчас. Я вовсе не хотела сказать: «Ваше дело только играть и учиться, а не перестраивать жизнь, вы — детишки и не суйтесь туда, где вас не спрашивают». Я не предлагала свести деятельность РКСМ к игре. Говорить так значило бы совершенно не понимать задач РКСМ. Революция сделала наших ребят рано взрослыми, это во-первых. Во-вторых, учатся в процессе работы. Мне казалось это ясным само собой, но в брошюре эта мысль недостаточно развита. Мне надо бы. чтобы сделать ее ясной, набросать конкретно, что я понимаю под методами бойскаутизма в приложении их к работе РКСМ. Конечно, это мне несколько трудно было бы сделать, так как для этого надо участвовать в повседневной работе РКСМ. Однако без этого брошюра может быть истолкована неправильно. Я даже подумала, что, может быть, и вовсе не стоит повторять ее издание, но, раз вопрос поднят, нельзя его замалчивать. И потому я решила, что брошюру надо пустить вторым изданием, сказав в предисловии то, что сказано мной выше. Надеюсь, РКСМ не посетует на меня.
