груз окажется на моих ногах, но забыла, что нахожусь на ступеньках и стала заваливаться назад. Падение не состоялась, я чудом успела пальцами вцепиться в чужое предплечье и удержать равновесие. Мужчина придержал одной рукой меня за плечо, другой удерживая кресло, которое опасно раскачивалось на маленькой, по сравнению с его размерами, ступеньке.
— Извините, ради Бога, я Вас не заметила, — начала извиняться я, отступая назад, чтобы освободить мужчине дорогу.
Он скинул с головы капюшон чёрной куртки и улыбнулся знакомой белозубой улыбкой. На секунду я опешила, неприлично открывая рот, а потом улыбнулась про себя: всё походило на сюжет слезливой мелодрамы, где главные герои сталкивались на каждом шагу. Передо мной стоял незнакомец, которого я видела с утра на пробежке. Мужчина молчал и не сводил с меня глаз, внимательно разглядывая и улыбаясь уголками губ. Я отбросила всё смущение и с жадностью стала рассматривать его в ответ, пытаясь запомнить каждую черту его лица.
Красавцем его можно было назвать с трудом. Грубые черты лица, слишком пухлые губы, орлиный нос и будто нахмуренные брови. Единственное, что выделялось на его лице ярким пятном — это серые глаза с чёрными крапинками. Глаза, которые странным образом гипнотизировали меня. Смотрели пытливо, с интересом и некой жадностью, причину которой я не понимала. Импульсы тока стали бегать по телу от одного только этого взгляда. Не выдержав больше напряжения этого момента моргнула и отвела взгляд в сторону.
— Что Вы тут делаете? — выпалила я, пытаясь хоть как-то разрядить обстановку, которая казалась мне невероятно напряжённой.
И тут же начала мысленно ругать себя. Быть может он уже не помнит нелепую девчонку, которая вела себя как последняя дура. Подумаешь, помог подняться девушке, когда она упала. Ему на вид лет тридцать. А мне не давали больше семнадцати.
Мужчина вдруг рассмеялся, запрокинув голову назад. А у меня в горле встал ком обиды, когда пришло понимание, что мужчина смеётся надо мной. Глаза защипало от подступивших слёз. Спрятала лицо в вязаном шарфе, рассматривая пыльные ступени подъезда. Внутри всё выворачивало от желания броситься наутек.
— Теперь я живу в этом доме, — прекратив смеяться, ответил мужчина.
Я кивнула головой, не поднимая глаз. Не хотела, чтобы мужчина заметил мои покрасневшие глаза. Я засунула руки в карманы куртки и стала ждать, когда он пройдёт мимо. Настроения разговаривать не было. Мужчина будто услышав мои мысли, поднял кресло и продолжил подъём наверх. Когда лестница освободилась, я мышкой проскользнула вниз, выбегая из подъезда на морозный воздух, который помог охладить мои мысли. Судьба снова решила надо мной подшутить. Надеюсь, что я не буду пересекаться с мужчиной. Ведь в доме я уже живу пять лет, а до сих пор не знаю всех соседей. Чтобы отвлечься от мыслей о встрече в подъезде, воткнула в уши наушники и включила аудиокнигу на английском. Речь на иностранном языке требовала моего внимания, поэтому все мои мысли сконцентрировались на понимании сюжета книги.
В супермаркете провела больше получаса, долго выбирая продукты. Хотелось сделать несколько салатов ко дню рождения Ника, но с нашим бюджетом особо не разгонишься. Я не хотела покупать самую дешёвую еду, понимая, что в колбасе за двести рублей мяса нет ни грамма. Долго промаявшись с выбором продуктов, решила сделать только два салата, но потратить деньги на качественные продукты, который не нанесут вред здоровью. За питанием Ника я следила пристально, чтобы муж получал все необходимые витамины. Расплатившись на кассе, практически побежала домой, когда посмотрела на часы. Надеюсь, что Ник ещё не проснулся, и я успею пожарить блины до его пробуждения.
Глава 5. Разговор по душам
Ксения
Когда пришла домой, Никита ещё спал. Сделав тесто на блины, оставила его на столе настаиваться, а сама стала мыть полы, чтобы чем-то себя занять. Ползая на коленях по полу, мысленно прокручивала сегодняшнюю встречу с мужчиной в подъезде. В голове всплыли глупые мысли: "Интересно, я ему понравилась? Он вспоминает обо мне?"
Ещё ни разу в жизни не чувствовала себя настолько глупой. Влюблённой. Я ведь даже не целовалась ни разу. Уши и щёки запылали, когда я представила себе поцелуи с этим мужчиной. Когда представила, как его огромные руки обхватят меня за талию, а пухлые губы будут жадно терзать мой рот. Мысленно чертыхнулась и попыталась выбросить красочные картинки из головы. Отжала тряпку и начала с остервенением тереть пол, грозясь протереть в нём дыру. С уборкой практически было покончено, и я снова перекочевала на кухню. Когда почти закончила жарить блины, на кухню вкатился Ник. Парень был немного заспанный, но выглядел лучше, чем последние два месяца.
— Тебе помочь? — спросил немного виновато, прикусывая нижнюю губу.
— Нет, спасибо. Я уже почти закончила. Садись кушать. Я блины пожарила. Как ты любишь, — поставила на стол тарелку с кружевными блинчиками и пиалу со сметаной.
— Ксюнь, — Ник перехватил меня за запястье и потянул на себя, обхватывая руками за бёдра.
— Чего?
— Я… это… я хотел… — парень откашлялся, прочищая горло. — Я хотел перед тобой извиниться.
— За что? — я ничего не понимаю.
— За то, что срываюсь на тебе постоянно. Я вижу, что тебе тяжело, корю себя, когда вижу твои слёзы, когда слышу, что ты плачешь ночью в ванной, — я дернулась, потому что думала, что вода заглушает всегда мои рыдания. — Я зол, прежде всего, на самого себя. На свою немощность и никчемность. А срываюсь, потому что знаю, что ты не ответишь. Знаю, что проглотишь обиду и снова будешь заботливой. Знаю, что тебе плохо от моих слов. А мне, как последнему моральному уроду, становится легче, когда кому-то плохо, — Ник зло усмехается, а в его глазах начинают блестеть слёзы. — Я же сам виноват в той аварии. Тихо, молчи, — он поднял руку, когда увидел, что я собираюсь возразить. — Я знал, что ты не умеешь водить, но посадил тебя за руль своей машины. Ты отнекивалась, но я впихнул тебя на водительское сиденье. Я заорал, напугав тебя, и из-за этого ты потеряла концентрацию. Если бы я не решил в тот день выпендриться, то был бы сейчас на своих ногах.
— Никитка, — я уже ревела, шмыгая покрасневшим носом, — зачем ты снова всю вину перекладываешь на себя?
— Я не перекладываю, а констатирую факты. Иди сюда, — парень распахнул объятия, в которые я тут же нырнула, усевшись на его колени и прижавшись щекой в мужской
