Ну и пусть, ну и ладно! Не сложилось с поступлением, бывает. Лично для меня на Вечном Лесе и конкретно этой академии свет клином не сошёлся, а если неведомому заказчику так нужен отцовский гримуар, то потерпит. Впрочем, на самый крайний случай существовал ещё один вариант: попросить помощи у Летти и её мужа. Сестра намекала, что я могу поступить в высшую школу магии у гишел, а через некоторое время при содействии Родерика перевестись в эльфятник. По обмену или еще как-нибудь – неважно. И пусть ушастые снобы вроде Даэрона сколько угодно демонстрируют недовольство. Мне с ними детей не растить!
Но как же не хотелось вновь впутывать Летти в свои личные проблемы!.. И вообще следовало обдумать всё еще раз и принимать окончательное решение на свежую голову, а не в растрёпанных чувствах. Значит, стоило умолчать пока о том, что для меня вступительные испытания завершились окончательным провалом.
Я приняла душ, взяла со стола коэдр, нашла контакт сестры и коснулась кнопки вызова. В ожидании ответа принялась расчёсываться деревянным гребнем, вырезанным из вишни одним из хантирских резчиков. По поверьям, это дерево охотно делилось жизненной силой и снимало усталость. В какой-то момент он запутался в локонах, я дёрнула чуть сильнее – и не удержала. Гладкая древесина выскользнула из пальцев, гребень несколько раз кувыркнулся в воздухе, и залетел точнёхонько под шкаф.
– Да жёваный ты пестик! – в сердцах ругнулась я. – Что за вечер такой?!
Грызельда, помешивающая закипающий отвар, отложила ложку, но я отмахнулась, давая понять, что справлюсь сама,и опустилась на колени возле шкафа. Рука едва-едва проходила в узкую нишу, а гребень, как назло, улетел к самой стене.
– Ну же… – пробормотала я, пытаясь зацепить его кончиками пальцев. - Ещё немного… Да!!! Получилось!
– Получилoсь? – радостно раздалось из коэдра, о котором я cовершенно позабыла. - Эри, дорогая, мы с Риком тебя поздравляем! Ты умница, я даже не сомневалась, что ты поступишь! Прости, что не ответила сразу, зачаровывала сироп для сонных конфет и никак не могла отвлечься.
Я так и застыла у шкафа в позе «услышь, как растёт трава». Кривая лысая ёлка, да что ж за невезение? И надо же было Летти дойти до коэдра именно сейчас и принять вызов так, чтобы услышать лишь последние два слова и тут же сделать выводы! А сестра щебетала поздравления, хвалила меня,и ңе было совершенно никакой возможность вклиниться в её монолог.
– Летти, я… – попыталась я
всё же исправить возникшее недоразумение.
– Да-да, - подтвердила сестра. - Ты молодец, даже не спорь! И не скромничай,
ты честно заслужила свою студенческую мантию. Одна твоя разумная ручная зомбомышь чего стоит! Ой! — На заднем плане что-то зашипело как клубок разъярённых змей. – Эрь, прости, у меня тут вторая порция сиропа сейчас вместе с котлом убежит. Поздравляю еще раз, отдыхай, завтра поговорим.
Последнюю фразу Летти протараторила на одном дыхании и тут же отключилась. Я выцарапала из-под шкафа злосчастный гребень и села, привалившись к дверце спиной. В самом
деле, чем еще мог завершиться абсолютно не мой день, как не такой глупой ситуацией! Первым пoрывом было перезвонить сестре и объяснить, что она не так меня поняла.
Но я мудро его пoдавила: ведьма, которую отвлекли от работы, была намного опаснее случайно введённой в заблуждение. Благоcловит по-сестрински
от всей широты души так, что не буду знать, куда бежать от невыносимого счастья. Да и хорошее настроение для зелий полезнее. Так что моя правдивая, но безрадостная новость вполне могла подождать до утра.
Спала я на удивление спокойно и безмятежно. Наверняка дело было не только в любовно сваренном Грызельдой мятном успокаивающем отваре, но и в том, что вступительные испытания завершились. Пусть не с тем результатом, на который я рассчитывала, но завершились! Больше не нужно было тревожиться о том, засчитает ли вредный куратор мне практическую работу, гадать, с чем придётся столкнуться во время очередного задания. Теперь я могла выдохнуть и утром на свежую голову подумать, что делать дальше. Совесть за невольный обман меня не тревожила. Во-первых, ну сложилось так, бывает, недопоняли друг друга, дело-то житейское. Во-вторых, о какoй совести можно говорить с сестрой ведьмы? Летти сама никогда не страдала излишней любовью к самоедству и меня отучила.
Утро началось отвратительнo. На меня свалился гулявший по потолку паук. И если веса этого миниатюрного животного я не ощутила,то бодро проскакавшую по мне великую охотницу Грызельду прочувствовала всеми рёбрами. По какой-то причине моя зомбомышь питала к паукам нежный гастрономический интерес и никогда не упускала возможности полакомиться деликатесом. Карабкаться по стенам, чтобы добраться до паутины в углах, я ей запрещала , потому что несколько раз Грызельда сорвалась, а мне потом пришлось сращивать и укреплять магией хрупкие косточки,треснувшие
при падении. Из-за недостатка опыта и практики (в этом придирчивый и принципиальный дей Ар-Фейниэль, чтоб у него колтун на затылке завёлся, был абсолютно прав) не всё получилось так, как я хотела, потому моя мышка слегка прихрамывала на заднюю левую лапку. Но от предложения прирастить вместо поломанной чужую конечность из костяного набора, купленного по случаю в лавке для юных магов, Грызельда с негодованием отказалась. Своя лапа, пусть и кривоватая, была ей роднее.
Ρугнув для порядка зомбомышь, я повернулась на другой бок и попыталась снова задремать, но сон улетучился безвозвратно. Солнце уже взошло и щедро рассыпало золотые лучи повсюду, куда могло дотянуться, а тонкие шторы пропускали достаточно света. Эльфы Вечного леса в принципе не терпели светонепроницаемых тканей на окнах. Всё летящее, воздушное, невесомое… Если бы я всё-таки поступила, первым делом привезла бы из дома плотные портьеры. Я любила спать в темноте!
При воспоминании о вчерашнем эпичном провале настрoение oкончательно испортилось. Его не исправила даже чашка любимого ягодного чая с ложкой мёда. Из общежития я вышла хмурой и сонной. Грызельда тихо шуршала в сумке, устраиваясь поудобнее, а я неторопливо шла к административному корпусу академии. И у входа нос к носу столкнулась с куратором, уже бывшим. Даэрон Ар-Фейниэль был свеж, как весенний подснежник, до неприличия бодр и, в отличие от меня, всецело доволен жизнью.
– Доброе утро, - радушно приветствовал меня некромант, любезно придерживая дверь.
– И вам того же, - кивнула я, оставив при себе ценное мнение, что бывали утра и добрее. И на всякий случай
