На полянке среди бора возвышался ветхий двухэтажный дом. Его когда-то выкрашенные в желтый цвет стены потеряли свой первозданный цвет новизны. Местами краска покрылась сетью трещин и обвисла некрасивыми черепками. К таким стенам опасно подходить – на голову может свалиться неприятный сюрприз.
– Если этот дом в понимании Бориса особняк, то мне страшно представить, что он подразумевал под емким словом «иномарки», – разочаровано выдохнула Елена. – Три убитых корыта на колесах?.. Брр! – вздрогнула она то ли от холода, то ли от живой картины, нарисованной воображением.
Аркадий неспешно направился к дому. Правда представшая перед глазами заброшенным домом неприятно уколола его, но он не подал вида, что расстроен увиденным.
Вблизи стены выглядели еще ужаснее, а деревянное крыльцо совсем сгнило и покосилось. Аркадий не решался взойти на него, боясь на первой же ступеньке распрощаться со своим здоровьем.
– Борис указал в договоре именно это место…
– Может, он специально подарил тебе заброшенный дом, назвав его красивым словом «особняк»? Это смахивает на правду, учитывая то, что Борис был из числа откинувшихся. Ему солгать – раз плюнуть!
– Это уже не важно, – отмахнулся Аркадий. – Этот дом теперь мой и нам придется потрудиться, чтобы придать ему пригодный для жилья вид.
Елена фыркнула:
– Извечный твой подход к таким вещам – дареному коню в зубы не смотрят?!
– Именно! Без криков восторга и радости, я приступлю к ремонту, – кивнул он. – Хорошо, что дом далеко от города и трассы – это единственный плюс моего выигрыша.
Елена сбросила с плеча рюкзак у покосившегося крыльца и подошла к Аркадию, печальным взглядом созерцавшего разбитые стекла окон на первом этаже.
– Ну, и на какие деньги мы будем делать из этого Богом забытого места конфетку? – задумчиво осмотрев каждую трещину в фасаде, заинтересовалась она. – Я безработная, а ты всего лишь учитель истории, а не мультимиллиардер.
Аркадий обернулся к Елене. Сегодня на ней были надеты сапоги на плоской подошве и ее голова едва доставала до его плеча. Но даже с такой разницей в росте он легко видел, с какой одержимостью помочь ему сверкают глаза Елены.
– Может, еще раз сыграть? – предложил он.
– А, может, проще сразу кого-нибудь ограбить?
Аркадий скрестил руки на груди, обдумывая предложение Елены. Оно показалось ему не лишенным смысла. И в его голове уже начинал зреть грандиозный план действий.
– Да, ограбим! – согласился он. – И у меня есть один человек на примете! Я достаточно на него нарыл, чтобы быть уверенным…
– Боже, зачем я только сказала это? – закатила глаза Елена. – Я еще не слышала твой план, но интуиция подсказывает, что он мне не понравится.
Осторожно переступая через ветхие половицы, которые в любую секунду могут без угрызений совести отправить их в путешествие по пыльному подвалу, Аркадий проверил состояние каждой комнаты первого этажа. Второй этаж исследовала Елена, вес которой шаткая деревянная лестница со скрипом обещала выдержать.
В доме не жили больше двадцати лет. Аркадий определил это по плачевному виду всего, что его окружало в огромной столовой: половицы прогнили, краска облупилась, обои потеряли цвет и местами оборваны безжалостным временем. О шаткой лестнице, ведущей на второй этаж, Аркадий предпочитал не вспоминать, потому что она – верхушка ветхости.
Обойдя этаж по периметру, мужчина в целом остался доволен только тем, что в доме когда-то были все удобства, а значит, полработы уже сделано – не нужно лишний раз заботиться о проводке света, газа и воды.
Из столовой двери вели в кухоньку с широким окном, смотрящим в сторону леса, откуда пришли Аркадий и Елена.
Мужчина довольно улыбнулся треснутому стеклу. Из окна удобно видеть гостей и если они нежелательные, то времени будет предостаточно для того, чтобы от них укрыться. Осталось только найти вход в подвал, чтобы иметь место для «пряток».
Рядом с кухней располагалась дверь в ванную, где всю сантехнику придется поменять. Ванна являла собой не самое приятное зрелище. Особенно ее ржавые смесители и водосток.
– Да уж, – наморщив нос, ужаснулась Елена, встав на пороге ванной.
– Знаю, – кивнул Аркадий, подсчитывая уцелевшую плитку, надежно прикрепленную к стене. – Тот еще видок…
– Это мягко сказано, – согласилась она, осторожно переступив через порог. – Нам достался двухэтажный сарай. Единственная хорошая новость: мы чудом не обронили здоровье на сгнившем крыльце и потолок еще не обрушился нам на головы.
– Это целых две хороших новости.
Аркадий вышел в столовую. Напротив кухни узенькая дверь вела в кладовую, где пахло мышиными фекалиями и вонючими ботинками, которым, по меньшей мере, двадцать с лишним лет.
Глаза заслезились. Брезгливо зажав нос пальцами, Аркадий подошел к парадной двери и приоткрыл ее, впуская в дом свежий морозный воздух.
– Что на втором этаже?
– Гостиная с камином, семь небольших спаленок. Предыдущие владельцы, очевидно, любили гостей, с которыми можно неделями не прощаться. И, кстати, на втором этаже есть веревочная лестница на чердак. Я не решилась подняться, но, думаю, он ничем не лучше всего остального, – доложила обстановку Елена, хмурым взглядом оценивая кладовую.
Аркадий оглянулся через плечо на свою спутницу.
– Как считаешь, здесь сможет разместиться большая дружная семья?
Она поджала губы.
– Может и разместится, если Аристарх не добрался до хранилища.
– Ты, как обычно, оптимистична, – невесело усмехнулся он, окидывая столовую придирчивым взглядом. Пожалуй, из всего, что не тронуто временем, остались четыре колонны, держащие на себе второй этаж.
Елена опустилась на корточки возле одной из прогнивших половиц. Она тронула доску рукой и та провалилась вниз. Глухой звук подсказал Аркадию, что подвал неглубок.
– Хотелось бы иметь надежду, что в подвал есть вход.
– Вход не в гостиной, – догадался мужчина. – Думаю, люк вниз расположен в кладовой, куда без противогаза лучше не соваться… Согласись, у нас впервые за несколько долгих лет появилось место, где можно спрятаться от Аристарха.
– Да, – кивнула Елена, – соглашусь, но… ты же понимаешь, что Аристарх – опытный охотник. Если он как-то находил нас до этого времени, то вряд ли дом и подвал остановят его. Охотники продолжат убивать нас. Мы – их цель.
– Понимаю, – заверил ее Аркадий. – Все понимаю, но я потратил слишком много времени на все это и не собираюсь так легко сдаваться. У меня появилась реальная возможность спасти от охотников подобных нам. Аристарх пока не нашел хранилища, а значит, в этот дом будут приходить камнерожденные.
Глава 2. Все симптомы налицо
Наши дни
Холодильник открылся – холодильник закрылся. Подсветка едва успевала затухать, как вновь вспыхивала. Ее мучили в надежде увидеть, как она тухнет и снова загорается. Этот момент всегда ключевой, если нет нужды в чем-нибудь съестном. Вот и Славку Трошина, за которым все это время наблюдал Демьян, интересовала только лампочка. Славка жаждал увидеть момент перехода лампочки от состояния работы к покою. Его желание объяснял один неопровержимый факт – безделье. Славкой двигала скука, а страдала в итоге лампочка.
Демьян устало подпер руками голову, продолжая наблюдать за «трудовой» деятельностью Трошина. Славка продолжал в безделье ломать лампочку, а вместе с тем дверцу холодильника, которая уже порядком подустала от бесконечных дерганий и начала жалобно поскрипывать.
Был бы кто еще в большой столовой, то остановил бы бесконечные труды Славки, а так Демьяну приходилось терпеть жалобный плач холодильника, которому вот-вот оторвут дверцу. Сам Демьян не мог угомонить Трошина. Ему не позволяла разница в весе схватить Славку за оттопыренное ухо и выволочь его из столовой. Демьян знал, что его попытка не принесет положительных результатов, а скорее наградит отрицательными – Славка никогда не считал лишним хотя бы раз в день с кем-нибудь подраться. Благо повод не всегда находился, чтобы поднять Славкину самооценку.
Пытаясь отвлечься от страданий холодильника, Демьян опустил глаза в учебник геометрии. Графики не были его сильной стороной, зато чертил он их лучше всех, задаваясь вопросом, зачем они ему в жизни. Философский вопрос мучил Демьяна гораздо больше, чем кривая, проходящая через ось икс, не пойми откуда взявшаяся там.
ХЛОП!
Демьян оторвал взгляд от графика и хмуро посмотрел в сторону холодильника-мученика и Славки, который, упершись короткой ногой в стену, пытался открыть дверцу. Видимо, в целях самозащиты холодильник заклинил пострадавшую дверцу и теперь стоически переносил силу, прилагаемую Славкой для вскрытия.
