Винс застегнул молнию как раз в тот момент, когда бархатный голосок стюардессы попросил пассажиров проследовать на выход. Кроме самого Циля по трапу спускалась пожилая пара, косившаяся на него с интересом, и высокая блондинка в брючном костюме, тоже бросавшая на Венсана внимательные взгляды. На какое-то мгновение агент почувствовал себя не слишком уютно, но потом расправил плечи, поднял подбородок, натянул на лицо обычное невозмутимое выражение и ступил на землю Цикламена.
Большое, причудливо изогнутое здание из стекла и арматуры произвело приятное впечатление, хотя Винс уже готовился увидеть чуть ли не бетонную трехэтажную коробку. К входу он шел последним за немногочисленными пассажирами. Блондинка несколько раз обернулась, окидывая его восхищенным и оценивающим взглядом, что Венсану понравилось. Блондинки его всегда привлекали, да еще и с такими пышными формами, как у этой. Циль с одобрением изучил плавные изгибы бедер пассажирки и упругую попку, обтянутую бежевой тканью, и с сожалением подумал, что в другое время он не прочь продолжить знакомство… Но сейчас на первом месте работа, и прежде всего надо добраться до нужного места. Осталось только пройти таможенный досмотр и паспортный контроль. Пожилая пара и блондинка перед ним прошли быстро, настала его очередь зайти в обычную белую пластиковую дверь. Он и зашел.
Чтобы обалдело замереть, обозревая обширное помещение с множеством столиков и просвечивающих камер, а за столиками сидели… женщины. И смотрели на него. Не просто смотрели, а прямо-таки раздевали взглядами. Винс моментально почувствовал себя абсолютно голым под этими взглядами, беззастенчиво гулявшими по его фигуре, по обтянутым футболкой бицепсам, по груди, и, наконец, дамочки сфокусировали внимание на том, что пониже пояса. Циль почувствовал настойчивое желание прикрыться ладошками, будто на нем и нет одежды вовсе. Что прискорбно, были бы симпатичные куколки в форме – Венсана всегда привлекали женщины в форменной одежде, – но тут глазу не за что зацепиться. Обычные лица, преимущественно темные волосы, собранные в строгий пучок на затылке или коротко стриженные, наглухо застегнутые пиджаки – и жадные взгляды, от которых Винс уже вспотел, как если бы находился под кондиционером, настроенным на максимальное тепло.
Дальше начался цирк. Ближайшая к нему таможенница встрепенулась, хищно улыбнулась во все тридцать два зуба – Циль машинально отметил, хоть они у нее в порядке, белые и ровные, – и махнула ему рукой.
– Сюда, пожалуйста. – Голос неожиданно оказался приятным, грудным, с легкой хрипотцой.
Венсан нервно сглотнул, не торопясь принимать приглашение.
– А что это он к тебе должен идти, Соланж? – послышался ревнивый голос другой… женщины.
– А я ближе всех сижу. – Глаза этой самой Соланж не отрывались от приросшего к полу Венсана. – Ну же, мужчина, давайте вашу сумку. – Бедному агенту показалось, дама сейчас облизнется от нетерпения. – И сюда становитесь, – указала она на светлый круг рядом со своим столом.
Венсан сдержал обреченный вздох, вернув лицу невозмутимое выражение. В принципе, реакция таможенниц на него вполне обычная, большинство женщин точно так же пускали на него слюни, просто… Эти как-то уж слишком откровенно показывали свои желания и эмоции, что немного напрягало обычно спокойного Циля.
– Сумку, пожалуйста, – продолжая улыбаться и пожирать его взглядом, попросила Соланж.
Венсан молча поставил багаж на стол, заметив, как женщины с других рабочих мест потихоньку подтягиваются ближе, и ему стало здорово не по себе. Господи, а вдруг тут какие-то особенные условия провоза багажа?! Хотя, с другой стороны, шеф же в курсе традиций на этом проклятом Цикламене и вряд ли подсунул ему что-то неположенное. Наверное… У Сержа иногда прорезалось странное чувство юмора, и он устраивал агентам небольшие подставы, не смертельные, но неприятные, и любил потом узнавать, как они выкрутились из щекотливой ситуации. Венсан очень надеялся, де ла Солье не стал испытывать нервы лучшего агента на прочность – хватило спа-салона перед отлетом.
Соланж тем временем расстегнула молнию, с любопытством и нездоровым интересом запустив руку внутрь сумки, и Циля едва не передернуло. Кроме того, вокруг раздавались шепотки, в которых обсуждались крепость его мышц, упругость ягодиц и предложение пощупать их, чтобы убедиться на практике, ну и откровенные замечания по поводу предполагаемых размеров его мужского достоинства и сколько раз за ночь он может. Венсан стиснул зубы, стараясь не слушать хихикающих женщин, и, пожалуй, впервые в жизни пожалел, что обладает такой выдающейся внешностью.
– Ой, а это что? – с удивлением просила Соланж, вытащив несессер с шейкером и остальным оборудованием.
– Эм, это мне для работы, – осторожно ответил Винс, мгновенно покрывшись холодным потом: а ну как здесь запрещено со своим приезжать?! Кто их знает, баб чокнутых, на этом Цикламене…
– Да-а-а? – сосредоточенно нахмурившись, Соланж начала тщательно осматривать содержимое несессера, все выложила, чуть ли не обнюхала…
Циль напряженно наблюдал за ней, опять подумав, а не напихал ли Серж в этот чертов несессер сюрпризов по давней привычке. Обошлось. Таможенница отложила его в сторону и опять нырнула в сумку. Венсан снова занервничал, задавшись вопросом, зачем собственноручно копаться в багаже, когда рядом есть рентгеновский аппарат. И почти сразу получил ответ на этот вопрос.
– О! А эт-т-то что такое? – с восторгом в голосе и взгляде произнесла Соланж, а остальные зрительницы подвинулись ближе, вытянув шеи.
Из сумки появилась прозрачная упаковка с бельем. Венсан мысленно застонал, но пока еще сохранял невозмутимое выражение на лице. Дамочки же чуть ли не начали плотоядно облизываться, глядя на находку Соланж.
– Прошу прощения, по-моему, понятно, что́ это, – все-таки счел нужным ответить Винс, едва сдерживаясь, чтобы не выдернуть упаковку из цепких пальчиков таможенницы.
– Ага, – радостно подтвердила Соланж и… открыла пакет!!! – О-о-о-о-о-о… – раздался дружный вздох, и женщины все как одна покраснели, стыдливо опустив ресницы.
Циль взвыл – опять же мысленно, воспитание не позволяло ему настолько красноречиво выражать эмоции. Вместо этого он, нахмурившись, спросил:
– В чем проблема, позвольте поинтересоваться?
– Это… это неприлично… – выдохнула Соланж и начала доставать из пакета трусы, раскладывая их на столе. – Это просто ужасно неприлично, у нас мужчины такого не носят вообще!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
