Услышанное заставило Гектора задуматься. Он и Шарль сидели в абсолютно одинаковых креслах, им подавали одно и то же шампанское, но все это делало Гектора куда более счастливым, потому что было ему в новинку. И еще одно отличие: Шарль был готов к полету бизнес-классом, тогда как для Гектора это оказалось приятной неожиданностью. Первым маленьким счастьем путешествия. Однако, глядя на Шарля, Гектор забеспокоился. А что, если и ему, когда он в следующий раз полетит в эконом-классе, будет недоставать бизнес-класса, как сегодня Шарлю — первого?
Гектор сказал себе, что открыл первый урок счастья. Он вынул маленький блокнот, купленный специально для такого случая, и записал:
урок 1. Хороший способ испортить себе счастье — начать сравнивать.
Гектор подумал, что первый урок получился не слишком позитивным, и потому решил придумать что-нибудь еще. Он выпил шампанского и написал:
урок 2. Часто счастье приходит неожиданно.
Отличный ужин Гектора
Китай очень удивил Гектора. Он, конечно, не ожидал, что здешние места будут один в один как в «Голубом лотосе» (Гектор ведь умный, не забывайте, он психиатр), но тем не менее.
Он очутился в городе с множеством высоких современных башен из стекла, таких же, как те, что выстроили вокруг его города для размещения офисов. С той лишь разницей, что этот китайский город стоял у подножия небольшой горы и на самом берегу моря. А здания и улицы были точно такие же, как в стране Гектора. Единственное отличие заключалось в том, что вместо сограждан с привычными лицами здесь его окружали китайцы в серых костюмах, которые быстро шагали и на ходу громко разговаривали по сотовым телефонам. Он встретил немало китаянок, причем очень красивые хоть и попадались время от времени, но все-таки гораздо реже, чем в кино. Все они как будто торопились, были одеты примерно как Клара, и чувствовалось, что на работе они тоже часто сидят на совещаниях.
За время поездки к отелю в такси Гектор увидел всего один дом, напоминающий настоящий китайский, с забавной крышей: он был зажат меж двух больших зданий, и в нем располагался антикварный магазин. Гостиница представляла собой стеклянную башню и была похожа на все отели, куда его приглашали на семинары фармацевтических лабораторий. И он сказал себе, что все это как-то перестает быть похожим на отпуск.
К счастью, в этом городе у Гектора имелся друг Эдуард. Они вместе учились в лицее, но потом Эдуард стал не психиатром, а банкиром и теперь носил шелковые галстуки с маленькими зверюшками, играл в гольф и каждый день читал английские газеты с цифрами, примерно как Шарль, только Эдуард ни разу в жизни не переступал порог завода.
Гектор встретился с Эдуардом за ужином в шикарном ресторане на самом верху одной из башен. Там было необыкновенно красиво, из окон открывался вид на городские огни и корабли в море. Но Эдуард, похоже, не обращал на них никакого внимания, потому что его интересовала только карта вин.
— Французское, итальянское или калифорнийское? — сразу спросил он Гектора.
И тот ему ответил:
— А какое ты предпочитаешь?
Ведь мы уже говорили, что он умел отвечать вопросом на вопрос. Эдуард сразу же сам выбрал и заказал вино.
Эдуард выглядел заметно постаревшим со времени их последней встречи. У него были мешки под глазами, и под подбородком тоже небольшой мешочек, а еще очень и очень усталый вид. Он объяснил Гектору, что работает восемьдесят часов в неделю. Гектор подсчитал: выходило почти вдвое больше рабочего времени, чем у него, и он очень сильно расстроился: ужасно, если приходится так много работать. Но когда Эдуард сообщил ему, сколько зарабатывает, Гектор понял, что это в семь раз больше его гонораров, и стал меньше жалеть Эдуарда. А увидев, сколько стоит вино, которое заказал Эдуард, подумал: какое счастье, что Эдуард зарабатывает столько денег, иначе как бы он сумел расплатиться за него?!
Поскольку Эдуард был его давним другом, Гектор мог запросто спросить его, счастлив ли тот. Эдуард засмеялся, причем так, как смеются люди, по-настоящему чем-то довольные. Он ответил Гектору, что, когда столько работаешь, просто нет времени задавать себе подобные вопросы. Впрочем, именно из-за этого он и собирается уволиться.
— Прямо сейчас? — удивился Гектор. У него мелькнула мысль, что Эдуард решился на это сию минуту, заметив, что у Гектора менее усталый вид, чем у него.
— Нет, я уйду, когда заработаю три миллиона долларов.
Эдуард объяснил, что так часто бывает в его бизнесе. Люди много трудятся, а потом, заработав достаточно денег, бросают работу и занимаются чем-то другим или вообще ничего не делают.
— И тогда они счастливы? — спросил Гектор.
Эдуард старательно обдумал вопрос и сказал:
— Беда в том, что, проработав таким образом долгие годы, многие слегка свихиваются, когда уходят на покой: у них возникают проблемы со здоровьем, некоторые успели привыкнуть к плохим таблеткам, помогающим больше работать, и не могут без них обойтись. Они, как правило, в разводе — из-за совещаний, которые мешали им общаться с женами. Беспокоятся из-за денег (потому что даже если ты много заработал, можно однажды все потерять, в особенности если каждый день заказывать такие вина, как Эдуард, подумал Гектор) и зачастую не понимают, чем им заняться, потому что раньше ничего, кроме работы, не делали.
— Но некоторые прекрасно с этим справляются, — добавил Эдуард.
— Кто именно? — спросил Гектор.
— Те, кто продолжает работать, — ответил Эдуард.
Он замолчал, чтобы взглянуть на этикетку бутылки, которую ему протянул китайский сомелье (вообще-то сомелье как сомелье, разве что китаец).
Гектор попросил Эдуарда объяснить, в чем состоит его работа, которая называется «слияния-поглощения». Гектор, впрочем, был немного в курсе дела, потому что две фармацевтические лаборатории, производившие таблетки для психиатров, недавно осуществили слияние и стали одной большой лабораторией с новым названием, которое ничего не означало. Но вот что удивительно: дела у новой большой лаборатории пошли гораздо хуже, чем раньше у двух маленьких. Гектору говорили, что немало людей (тех, кто читает в газетах страницы с колонками цифр) потеряли много денег и были очень недовольны. Одновременно сотрудники обеих старых лабораторий, знакомые Гектору по семинарам, стали приходить к нему в кабинет на консультации! Они были напуганы и очень печальны, так как, хотя новая лаборатория и имела одно общее название, сотрудники двух объединившихся лабораторий не слишком ладили между собой, а многие просто боялись потерять работу.
Эдуард сказал, что в этом нет ничего удивительного, потому что при слияниях часто так происходит: в результате все начинает разваливаться, богатые теряют деньги, а менее богатые — работу.
— Зачем же тогда это делать? — спросил Гектор.
— А чтобы нам было чем заняться! — рассмеялся Эдуард.
Он радовался встрече с Гектором и был гораздо более веселым, чем в начале вечера.
А еще Эдуард объяснил, что слияния — это как те самые три миллиона долларов: принимая подобное решение, люди надеются, что в результате будут счастливее, так как станут богаче и значительнее.
Гектор сказал себе, что ужин оказался очень интересным и он сможет многое записать про счастье, но пожалел, что выпил столько вина, так как голова у него слегка затуманилась.
Гектор приближается к счастью
К концу ужина Эдуард выглядел очень довольным, но, похоже, у него имелись еще какие-то планы.
— Ты должен узнать Китай! — утверждал он, хотя Гектор не был уверен, что места, которые нравились Эдуарду, вроде этого ресторана, — настоящий Китай. Он предпочел бы вернуться в гостиницу и записать то, что сейчас узнал о счастье, но Эдуард был его другом, и потому он согласился пойти с ним.
У входа стоял высокий, очень хорошо одетый китаец с микрофоном, закрепленным за ухом. Увидев Эдуарда, он подмигнул ему.
Заведение походило на большой бар с красивой музыкой и приглушенным освещением, а среди посетителей мелькало немало таких, как Гектор и Эдуард, то есть там собрались не только китайцы. Гектор сразу заметил, что китаянки здесь так же красивы, как и в кино, а некоторые до того красивы, что на них больно смотреть. Они вроде очень веселись, беседуя с посетителями, похожими на Гектора и Эдуарда, и те, судя по всему, тоже отлично развлекались.
Эдуард заказал бутылку белого вина, и ее поставили перед ними на стойку в ведерке со льдом. Почти сразу же подошла красивая китаянка и заговорила с Эдуардом. Они, наверное, были близко знакомы, потому что она смеялась всем шуткам Эдуарда и время от времени что-то шептала ему на ухо, и тогда он тоже смеялся.
Все это было прекрасно, однако Гектор помнил, ради чего предпринял путешествие — чтобы побольше узнать о счастье, и боялся, как бы не забыть то, что понял за ужином.
