Маньяк. А звучит-то как…
Тяжко вздыхаю и принимаюсь за лечение, травы то я уже приготовила. Нарисуем пару рун у головы пациента. Одна должна быть на животе, но тот распорот, значит его же кровью на груди, да покрупнее.
— Ты чего творишь?! — слышу грозный окрик.
Таш, возвращайся. Надо вещи собрать.
Маленький импульс заклятия направленного на тело раненного и берем из рук оторопевшей знахарки ступку с растертыми травами. Княжий брат застонал, в принципе это хорошо. Пусть помучается, нечего в руки ко всяким эльфам попадать, да и не нудно ему сейчас сознание терять. Тружусь я над этим телом, а парень на меня смотрит, мутным затравленным взглядом и моргает периодически, и не соображает ни упыря. Весь бледный, в испарине, напуганный. Нет, все таки зря я его в сознание привела. Хоть он лежит с открытыми глазами, и видит все и чувствует, вот только не осознает. Боль разум затмила. Из-под платка выбилась седая прядь и теперь усиленно лезла в лицо, мешая работать, а работать нужно быстро, пока Халда в себя не пришла от пережитого шока. Я прядку под платок убрала чистой рукой и быстро на знахарку оглянулась. В поле моего зрения Ясенка попала. Ей уже явно легче, но от сеней она не отходит, и так же ошарашено таращится на меня. Я тем временем плету последнюю вязь заклятия, теперь самая капелька целительства, на столько маленькая, что я даже боли не успеваю почувствовать. И вот уже рана сама стянулась, и закрепилась магическими скрепками. Сверху растираю травяную пасту, ускоряющую регенерацию, и все. Мою руки. Обхожу Халду, грозно глядящую на меня.
— Так ты Лекарь, — утвердительно сказала знахарка, и так на меня взглянула, что мне не по себе стало. — Я как знала, что ты не проста.
А то обычных девиц невиданные чудища охранять будут, и уж тем более обычные девушки седину имеют, чуть ли не каждая вторая. Ага.
— Бабушка, что это сейчас было? — подала голос Ясенка. Ей судя по всему уже лучше, но я на всякий случай, запариваю ей одну полезную травку и сую в руке кружку с настоем. От меня не шарахнулись, но все же смотрели как на диковинное существо. Я улыбнулась. — Сая, так ты тоже лечить можешь?
— Ага, — киваю и иду к своему углу. Пожитков у меня не так ужи много. То что было на мне в день моего прихода, я еще в первое время спрятала. Да и в потайных кармашках не так много скарба было. И что самое обидное от колечка подаренного Ксадаром пришлось избавиться, оставила его в пещерах. Хорошо, хоть вещи с моего дня рождения собраны. Остались сущие мелочи: еда, да верхняя одежда.
— Так ты что, не дурочка? — наивно продолжила выяснять правду Яська.
Вот как мне на это ответить? Сказать, что все в этой жизни относительно и мило улыбнуться? Так не поймет глубокой философии.
— Чужестранка она, — прошла к столу Халда. — Ведь из-за этого проблемы с речью?
Мне всегда нравилось беседовать со старухой, на ее вопросы не требуются ответы.
— В нашем княжестве хороших лекарей не готовят, — качнула она головой в цветастом платке.
— Может поговорим позже? А то пациент в себя пришел, — решила я блеснуть обогатившимся лексиконом. И ничего, что я говорила на языке южных княжеств, они на этом диалекте тоже свободно общаются, я точно помню, как обе с купцом из южных княжеств на его родном языке торговались, да так, что он заслушался (ну и цену под впечатлением скинул в три раза).
Халда резво вскочила из-за стола и бросилась к парню. Тот уже осмысленно хлопал глазами и я даже заметила у него проблеск мысли. Знахарка запричитала над ним, давая ему целебный отвар, пить ему уже можно, все внутренние повреждения я залечила. Да и не много их было. Только сейчас осознаю, насколько профессионально сработал Рин. Интересным вещам учат личных телохранителей ушастых повелителей. Хорошо хоть такта хватило самому не заявиться.
Интересно, и где он прячется? Неужто в лесу сидит? Так холодно же, а у него уши большие под шапку не спрячешь. В голову пришла шальная идея проигнорировать послание эльфа, и сделать вид, что я ничего не поняла. Но только стоило об этом подумать, как заговорил раненый княжий брат.
— Санашая Сареш, Санашая Сареш, — все повторял и повторял он.
— Что вы говорите, Княжич? Я вас не понимаю, — строго спросила Халда.
— Это не волки. Мне накинули на голову мешок, и каждый удар он сопровождал словами «Санашая Сареш». Проклятие, меня прокляли, — испуганно хлопал на знахарку княжич.
— Ругательство, — вставила я свои два слова.
Сделать вид, что оглохла, я не могла. В конце концов, я сама позвала эльфа. Кто ж знал, что у него такой неординарный способ на свидания приглашать. Хотя почему неординарный? Вот Шер бы просто чью-нибудь отрубленную руку мне прислал. В цветах. Он у меня с фантазией, ага. Ну эльф мог бы и весны дождаться, или лета там. На кой упырь по снегу то переться?!
Уезжать я собиралась утром. О чем сообщила старой халде поздно вечером, когда пациент и Яська уже спали беспробудным сном (каюсь, я им помогла заснуть).
— Возьми Ясенку с собой, — вдруг посмотрела на меня Халда.
— Чего? — в первое мгновения я решила, что ослышалась.
— Я говорю, проводи Яську до магической школы, — медленно и по слогам повторила старая карга.
— Нет, — решила я не церемонится.
— Ты не в праве мне отказать, Сая. Я помогла тебе в трудную минуту, я не просила платы, и никто еще не отменял закон долга, — вот же ведьма, знает, на что давить.
— Почему сейчас? — решила я пойти на диалог.
— Я стара, и кто знает, сколько мне осталось, — ее слова мне не понравились. — А Ясенку в деревне ждет либо замужество с бесконечными родами и работой тяжелой, либо доля одинокая и тоскливая. Не хочу я своей внучке такого. Пусть образование получит. Силу свою разовьет. Она у нее есть, я чувствую.
— Это все замечательно, но я-то тут причем? — решила уточнить я.
— Ты жизнь видела. Характер у тебя стальной. Опыт есть, несмотря на возраст малый. И зубы. Она многому у тебя научится. Да и Лекарь ты мощный, я знаю, о чем говорю, твою силу я даже сейчас ощущаю. Тебе я могу свою внучку доверить.
— За мной по пятам опасность ходит. Не могу я за других отвечать когда даже за себя не уверена, — привожу последний довод.
— Ты опасность на перед чуешь. Иначе не срывалась бы с места в такой спешке. Я не прошу опекать Ясенку всю жизнь. Прошу лишь довести ее до хорошей школы, или Академии, если поступить туда сможет. А по пути ты ее и научишь основам выживания. Я ее в неге растила, и в деревне ее любят, а мир не так добр. Особенно мир магии, там слабые не выживают, а наивные тем более. И уж лучше, если она это сейчас поймет, чем потом, когда поздно будет. А ты другая. Ты сможешь и ее уберечь, и жизнь показать.
— Халда, происходит что-то, чего я не знаю? — насторожилась я. У меня и у самой проблем выше крыши, так мне еще и ребенка навязывают.
— Не могу я этого объяснить, но природа волнуется. Лесной хозяин ушел. Князь в последнее время хмурый ходит. Чует мое сердце не к добру это.
Тут стоит уточнить один маленький момент. Знахари свою силу исцеления берут у природы. Если целители отдают часть себя при каждом исцелении, лекари работают за счет энергоемких заклинаний и ритуалов, то знахари лечат травами, которые дает им природа. Они ближе всех магов находятся к природе мира. А лешие — это духи той самой природы. Так же как и духи огня, воды, воздуха, земли. И они священны, так как являются прямыми детьми нашего Мира и Равновесия. И знахарь, хот раз видевший лешего, будет пользоваться спросом намного большим нежели квалифицированный лекарь. И связанно это с тем, что хозяин леса не покажется на глаза человеку со злыми помыслами и обделенного талантами. А поговорить с лешими, вообще мало кому удавалось. По-моему только драконы и эльфы такой чести удостаивались, и то не все (ну и Таш, разок с лешим общался). Поэтому меня действительно насторожило заявление знахарки об уходе лесного хозяина.
И так, как же поступить? Ясенка лишняя обуза, и если я все же подпишусь, еще и слабое место. А до ближайшей действительно хорошей Школы месяц пути. С другой стороны Рин. И долг перед Знахаркой. Мдя… месяц в обществе взбалмошной девчонки и ручного маньяка (ну нравится мне это слово!). Выйти мне за эльфа! Тьфу, я уже замужем, зомби ему в печень! В общем, будет весело.
— Я отплачу долг, но не гарантирую ей жизни. Я предупредила, что сама представляю огромную угрозу, — напомнила я, старуха побледнела, но не отступилась.
Ну что ж. Мне все равно в ту сторону, так что я многое успею. И улыбка озарила мое лицо.
— Сая… я как-то передумала с тобой родную плоть и кровь-то отправлять, — отшатнулась старушенция.
Остаток ночи мы собирали вещи Ясенки.
Утром пораньше девушку мы разбудили и радостную новость сообщили. Она была сонная и не особенно в смысл слов вникала, Халда специально это время подобрала для объяснений, зная о любви внучки ко сну.
