затвора. Вспышки лупят все реже, а потом и вовсе прекращают.
Если это был поцелуй напоказ, то почему Альберт не останавливается сейчас. И зачем я неумело отвечаю ему?
Вместо того чтобы оттолкнуть, я провожу руками вверх по торсу. Забираюсь под пиджак, потому что…
Вспоминаю, куда «муж» спрятал мой паспорт.
Это единственный шанс! Сейчас или никогда!
Сгорая от смущения, одной ладонью отвлекающе поглаживаю бурно вздымающуюся грудь, а второй – ныряю во внутренний карман.
Если Альберт почувствует… Заподозрит... Мне конец!
Но он слишком занят моими губами. Отбросив прелюдии, нападает так, что я с трудом сохраняю способность мыслить. Обнимает за талию – и рывком припечатывает к себе как раз в тот момент, как я вытаскиваю паспорт.
Рука, сжимающая ценный документ, оказывается зажата между нашими телами. И мои мысли полностью сосредоточены на ней. Я пропускаю момент, когда мужские ладони движутся вверх по спине, достигают границы корсета – и пальцы очерчивают линии лопаток.
Вздрагиваю от пронзивших кожу разрядов.
- А это вообще кто, Альберт? – доносится женский голос совсем рядом. И срывает меня в реальность. Прямиком носом в грязь. Потому что чувствую себя испорченной. Меня не просто поцеловали, а будто овладели мною, бдительность усыпив.
Теперь нам обоим придется отвечать перед его родственниками. И на что только муж рассчитывал, начиная заведомо провальное шоу?
Глава 3
Я готова отскочить от Альберта, как ошпаренная, но получается только дернуться и вновь обессиленно замереть в крепких руках. Чувствую себя птицей, угодившей в силки. Стремлюсь улететь прочь, но охотник заприметил добычу.
Несмотря на возмущенное пыхтение женщины рядом, Альберт отпускает меня неторопливо, будто нехотя. Позволяет отстраниться на крохотное расстояние и тут же берет меня за плечи. Медленно проводит горящим взглядом от груди к лицу. Пытается смахнуть растрепанные им же пряди – и лучше рассмотреть меня, но я наклоняю голову, уворачиваясь.
- Валерия, - произносит хрипло. То ли представляет меня родственнице, то ли пробует имя на вкус и тут же съедает без остатка. Бывшую невесту он таким же обволакивающим тоном звал? Привычка осталась?
Отмерев, протискиваю руку между нашими телами - и прячу паспорт в складках платья, придерживая.
- Моя жена, - невозмутимо озвучивает случайно присвоенный мне статус. Как факт. И смело поворачивается к… матери?
Боковым зрением успеваю поймать ухмылку на его волевом лице. Опомнившись, опускаю голову, и еще несколько локонов выпадают из прически, если так можно назвать образовавшееся на моей голове лаковое гнездо. Прячусь за липкими волосами, как за ширмой.
Украдкой поглядываю на свой «тайник», нервно ковыряю обложку паспорта пальцами. Да я съесть его готова, как шпион, лишь бы Альберту не возвращать.
- Не понимаю, - лепечет женщина, ближе подходит. Но лица моего разглядеть не может. – Это же не Лерочка, - определяет по общему внешнему виду.
В сознании вдруг всплывает образ идеальной невесты Туманова. Мне до настоящей Валерии далеко, особенно после «нападения» дикого мужа.
Меня будто из-под локомотива достали, но оттряхнуть забыли. И опять тянут обратно, ведь в следующую секунду талию обвивает мощная рука, а мое миниатюрное тело влетает в каменное изваяние. Альберт обнимает так, будто заявляет права на меня и наглядно показывает, что я связана с ним узами брака. Будь проклят этот штамп!
- Что происходит, сын? – прорезает воздух мужской бас, а следом громыхают приближающиеся шаги. Я чуть ли не приклеиваю подбородок к груди, сжимаясь в напряженный комочек, лишь бы спрятаться от родителей Альберта. Неловко. Стыдно. Хочется сквозь мраморный пол ЗАГСа провалиться. – Очередная диверсия? – добавляет его отец тихо, но строго.
От неожиданности едва не выпускаю из руки паспорт, но в последний момент впиваюсь в него ногтями – и заворачиваю плотнее в белоснежный фатин.
- Да, но не моя. Впервые я не при чем, - слышу насмешку во фразе Альберта. Его будто веселит вся эта ненормальная ситуация. – Я потом все объясню, а сейчас… - намеренно выдерживает паузу, раздражая родителей и пугая меня, - нужно провести свадебную церемонию до конца.
Игнорируя дальнейшие слова родителей, Туманов плотным кольцом обхватывает мое запястье и тянет за собой в сторону торжественного зала. Пытаюсь вырвать руку, но тщетно. Муж шагает тяжело, ускоряется, потому что опять злится.
Из-за накатившей паники не контролирую свое тело. Ноги отказываются подчиняться импульсам мозга, и я едва не падаю с каблуков. Вновь оказываюсь в руках Альберта.
- Если ты действительно не виновата, тебе бояться нечего. Успокойся, - правильно трактовав мое поведение, убедительно произносит Туманов. Без давления или насмешки. Словно мы и правда сможем договориться.
Да, конечно, только мне придется жить с ним под одной крышей и рожать детей. Последнее точно без меня! Я образование получить хочу. С Павликом мы сразу обсудили, что не будет торопиться с детьми и…
Всхлипываю, только сейчас осознав, что жених меня бросил! А муж неизвестно что сделает со мной, когда мы наедине останемся. Хотя после поцелуя несложно догадаться…
Стараюсь избегать прямого зрительного контакта с Альбертом, потому что он меня обезоруживает. Окинув взглядом холл, замечаю Стасю в дальнем углу. Она наблюдает за нами, переминается с ноги на ногу, взволнованно кивает мне.
Бросаю многозначительный взгляд на дверь недалеко от нее – и подруга быстро ориентируется, скрываясь за ней.
- В туалет хочу, - бесстыдно выпаливаю и добиваюсь нужного эффекта. Альберт закашливается. – Сильно, - морщусь я для большей убедительности. – И заодно в порядок себя приведу, - демонстративно сдуваю волосы с лица, которые после всех "приключений" на паклю похожи.
- Хорошо, - соглашается Туманов и жестом подзывает кого-то. Охранник возникает из ниоткуда. Огромный шкаф, на которого я настороженно смотрю исподлобья. И невольно дрожать начинаю. – Проводи мою жену в… - резко осекается.
Сканирует меня, косится на внушительной комплекции мужчину, мрачнеет и отрицательно качает головой.
- Свободен, - отмахивается. – Сам провожу, - меняет решение, но оно тоже меня не радует.
Чем дальше мы уходим от гостей, тем сильнее скручиваются мои легкие. Боюсь попасться и раздраконить Альберта, но не могу не рискнуть. Паспорт в руке скоро в мокрую тряпку превратится.
- Вы и внутрь со мной пойдете? Может, еще и платье придержите, пока я… - безумный тремор превращается в сарказм.
