Авантюрист — искатель приключений, вечный странник, кочующий по свету по велению души или в силу обстоятельств. Не обладая глубокими познаниями, он тем не менее широко и разносторонне образован, знает несколько языков, обладает живым умом и наделен даром красноречия, благодаря чему легко завязывает знакомства в любом обществе. Ему не составляет труда общаться «ни с королями, ни с извозчиками», он возбуждает интерес первых и вызывает почтение у вторых. Для придания себе большей значимости он набрасывает на себя покров тайны: скрывает свое происхождение, берет новое имя, объявляет себя знатоком неведомого, намекает, что знает ответы на вечные вопросы, волнующие человечество. Он подобен паучку, снующему меж столицами и провинциальными городками, дворцами и трактирами и опутывающему их своей невидимой паутиной, дабы ловить в нее доверчивых мушек с туго набитыми кошельками. Великолепный актер, он тонко улавливает настроение зрительного зала, то есть аристократической гостиной, кабинета министра или приемной монарха, и всегда готов подыграть собеседнику, подав ему именно ту реплику, которую тот от него ожидает. Природный дар внушения и наблюдательность помогают ему убедить партнера буквально в чем угодно. Таков Казанова, таковы его «собратья по профессии» — беспокойное племя авантюристов XVIII столетия, кочевавшее по Европе и возбуждавшее любопытство скучающих вельмож и князей. Всегда в курсе последних новостей, новинок моды и литературы, знакомые с трудами философов и экономистов, эти люди исполняли роль живых газет и превратили Европу в единое пространство без границ.
Авантюристы галантного века — разночинцы, выходцы из богатого талантами, но бесправного третьего сословия, правдами и неправдами стремятся занять свое место под солнцем, стать вровень с родовитой аристократией. Для этого у них есть талант, образование, энергия — все, кроме гербов и длинной вереницы вельможных предков. Изобретательный Казанова, рано ощутивший сей недостаток, быстро сочиняет и выучивает наизусть свою благородную родословную, которую он возводит к некоему Хакобо Казанове, уроженцу Сарагосы. В 1428 году этот Хакобо (побочный сын какого-то дона Франциско), будучи секретарем короля Альфонса Великодушного[12], похитил из монастыря юную монахиню Анну Палафокс, бежал с нею в Рим, где, добившись у папы освобождения Анны от обетов, женился на ней. От него и пошел род Казановы. Помимо родословной Казанова заодно присваивает себе и титул — шевалье де Сейнгальт, коим широко пользуется, не вдаваясь в подробности его происхождения. Получив от папы скомпрометировавший себя орден Золотой шпоры, он вместо того, чтобы спрятать никчемную награду поглубже в карман, гордо выставляет ее напоказ: среди дворян принято носить ордена. Свой орденский крест Казанова украшает таким количеством сияющих камней, что разобрать происхождение его становится невозможным. Он делает все, чтобы уподобиться сильным мира сего. Но вельможи терпят в своей среде выскочек только женского пола — за их неотразимые прелести, без обладания которыми не могут обходиться даже монархи. Классический пример — карьера дочери армейского поставщика Жанны-Антуанетты Пуассон, знаменитой маркизы де Помпадур, официальной любовницы Людовика XV, вершившей внешнюю политику Франции, до которой у безвольного и сластолюбивого короля просто «не доходили руки».
Что ж, авантюрист свободен, ничто не связывает его ни с одной страной, ни с одним правительством, у него нет ничего постоянного: ни друзей, ни женщин, ни покровителей. Подобно древнему мудрецу, он все свое несет с собой; багаж вечного странника Казановы чаще всего вмещался в один дорожный чемодан. Вольнодумцы, эпикурейцы, ниспровергатели религиозных догматов, знатоки модных в те (и не только) времена оккультных наук, авантюристы жили за счет собственной изобретательности, карт и вельмож, которые ценили их как остроумных собеседников, чародеев и людей сведущих, платили им за это и приглашали в свои дома. Откровенно потакая людской глупости, авантюристы гордились своим умением извлекать выгоду из легковерия и тщеславия своих ближних. «Обмануть дурака — поступок, вполне достойный умного человека», — пишет Казанова, для которого «обман дураков» является одним из существенных источников дохода. Он занимается сомнительной ворожбой, продает заведомо бессмысленные алхимические рецепты, проделывает более или менее сложные фокусы, выдавая их за результаты магических действий. Казанова не гнушается и более серьезными махинациями: шулерством, или, выражаясь его словами, умением «подправить фортуну», шпионажем, сомнительными финансовыми операциями.
В то время как просветители, которым, впрочем, также не было чуждо ничто человеческое, желали исправить пороки этого «лучшего из миров», авантюристы стремились всего лишь найти свою нишу в обществе сильных мира сего, стать с ними на равных, чтобы затем наслаждаться преимуществами издревле заведенного миропорядка. Именно для этого Казанова то и дело надевал маску «человека сведущего», предлагая монархам и князьям свои услуги: проект разведения шелковичных червей — императрице Екатерине Второй, план проведения празднества в китайском стиле — императору Иосифу II, проект заселения Сьерра-Морены — королю Карлу III. Однако во всех начинаниях себялюбивый венецианец, в сущности, всегда исповедовал принцип, сформулированный величайшим авантюристом всех времен и народов Наполеоном Бонапартом: «Главное — ввязаться в бой, а там будет видно». Всю жизнь Казанова «ввязывается»: становится послушником и через несколько лет самовольно расстается со священническим облачением; поступает на службу в армию и, не выдержав военной дисциплины, самовольно оставляет службу; издает театральный журнал, но после нескольких номеров, не имевших успеха, на который он рассчитывал, бросает издательское дело; устраивает фабрику по изготовлению набивных тканей, но, соблазнившись прелестями молоденьких работниц, начинает обольщать их, забывает о производстве и разоряется. Его начинания напоминают бег по кругу, когда бегущий каждый раз возвращается на исходную позицию, то есть на прежнее пустое место, и вновь начинает все с начала.
«Добро проистекает из зла, а зло из добра, — утверждал Казанова, — а потому надо радоваться жизни такой, какая она есть». Великое жизнелюбие, стремление познать жизнь во всех ее проявлениях — отличительная черта Джакомо Казановы. Жизнь — единственное богатство, данное человеку Богом, и тот, кто не любит ее, ее не достоин. «Я всегда шел туда… куда гнал меня ветер», — пишет он. Авантюрист живет за счет репутации, которую сам же и творит, и не столько поступками, сколько своими рассказами о них.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
