Читаем без скачивания 50 знаменитых загадок Средневековья - Мария Згурская

Миниатюры этих трактатов дают представление об экзотических народах и чудовищах, которыми Средневековье заселяло неизвестную ему часть ойкумены. Эти образы придавали еще большую устойчивость существовавшим стереотипам.

Насколько вымышлены эти мифические существа? Есть ли какая-то мало-мальски реальная почва для того, чтобы найти им место в истории? Как писали братья Стругацкие: «Миф — есть описание реального события, увиденного глазами дурака и дошедшее до нас в обработке поэта». Действительно, вполне возможно, что часть этого невероятного зоопарка имеет вполне естественно-научную родословную, но преломленную через воображение человека того времени, склонного к мистике и преувеличениям. Например, истории о вервольфах скорее всего имеют под собой вполне реальные основания. Десятки письменных свидетельств повествуют об отдельных случаях нападений, происшедших в XVIII–XIX веках, когда волки установили настоящий террор, перестав охотиться на домашний скот и принявшись за людей. Но ни одна из них не сравнится по жестокости с историей о гигантском волке, унесшем за два с лишним года более шестидесяти человеческих жизней. «Чудовище из Живодана», или «Адский лесной пес», — так окрестили его жители окрестных деревень, и он вполне заслуживал свое прозвище.

Большинство людей, не видевших этого волка, приписывало эти нападения очень коварному оборотню; другие считали, что это какое-то иное свирепое животное. Стали возрождаться старые слухи и легенды о сверхъестественных существах, которые издавна обитали в местном фольклоре. Жители боялись показаться на улице в одиночку, а с наступлением темноты деревни превращались в осажденные крепости.

Что бы не являлось причиной, за этот период ужасной смертью погибло более шестидесяти человек и больше двух десятков жителей было искалечено или сильно изранено. В конце концов зверь был убит[2] и люди перестали погибать. Но кое-что в этой истории осталось неясным. Например, нападения осуществлял один зверь или их было несколько? Откуда у этого зверя, если во всем виноват он один, такая невероятная хитрость, и каким образом ему удавалось избегать всех ловушек, спасаться от облав, проводившихся на больших территориях знаменитыми и опытными охотниками на волков? Почему, вернее даже ЗАЧЕМ он нападал на людей, хотя в лесу было много дичи? И был ли этот хищник ДЕЙСТВИТЕЛЬНО всего лишь волком?

Монстрами по средневековой традиции считались и вполне реальные биологические и медицинские аномалии. Этих «чудовищ» рассматривали как наказания за грехи, вводили в теологический и политический контекст. Появление на свет детей с врожденными аномалиями, безусловно, связывалось современниками с войнами и природными катаклизмами — и как предзнаменование, и как последствие.

Связь между чудовищной внешностью и чудовищным поведением пытались найти средневековые алхимики, медики и вообще «мужи науки». Эта проблема стала предметом изучения знаменитого французского хирурга Амбруаза Паре. Его перу принадлежит трактат о врожденных уродствах, который историк хирургии Ж.-Ф. Мальген называет одной из самых любопытных книг французского Ренессанса. В трактате «О монстрах» Паре сделал попытку свести воедино сведения обо всех известных ему природных аномалиях. Основную его часть составляют сведения о врожденных патологиях, которые Паре как врача интересовали в первую очередь. Но речь идет не только о человеческих патологиях: в разряд чудовищ у Паре попадают самые разноплановые явления — от сиамских близнецов до хамелеона, в разряд чудес — природные явления, такие как кометы, вулканы, землетрясения и др.

Весь собранный материал увязывается в несколько блоков: человеческие уродства; медицинские казусы; притворство и симуляция; бестиарий; метеорологические явления; демонология. Трактат делится на четыре части (человеческие и животные чудовища, как физические, так и моральные; летающие, земные, небесные). Но основное место в трактате занимает феномен врожденных патологий.

Называя монстров знаками грядущих несчастий, Паре не фокусируется на этом, ему это не интересно. Он также не задается целью дать строгое определение монстра. Подлинный интерес он проявляет к причинам их появления. Таких причин Паре называет 13: слава Господня; гнев Господень; чрезмерное количество семени; слишком малое количество семени; воображение; большая или малая величина матки; поза беременной; удары по животу беременной; наследственные болезни; порча или гниль (семени); смешение семени; действия злобных нищих; демоны или дьяволы. Каждому описанному фактору соответствует определенный тип врожденной патологии.

Возникновение образов различных странных существ, чудовищ, мифических тварей и прочих аномальных явлений в античной и средневековой традиции объясняется, несомненно, психологической потребностью человека воплощать свои страхи в конкретных образах, чтобы от этих страхов освободиться. Представления о чудовищах тесно связаны и с представлениями о пространстве, и с иррациональными страхами человека перед незнакомым и недоступным. Чем дальше от знакомого мира, тем страшнее и фантастичнее выглядят чудовища.

Лапидарии: загадки драгоценных камней

Он уже не рвался в краеугольные камни, а довольствовался скромной ролью камня преткновения.

Пожелтевшие страницы старинных пергаментов хранят множество тайн, загадок и аллегорий. Лапидарии, флорарии, бестиарии в идеальной библиотеке Средних веков стояли на почетном месте. Миниатюры, чьи краски не выцвели и по сей день, перемежались с описаниями далеких неведомых земель, рассуждениями о целебных или, наоборот, ядовитых свойствах, с представлениями «о природе вещей». Границы, определяющие специфику каждого жанра, были достаточно прозрачны, потому что сами представления о живом и неживом в средневековом сознании были определены весьма нечетко.

Но, говоря современным языком, бестиарии все-таки описывали в большей степени фауну, флорарии — флору, а лапидарии — все то, что относится к миру «неживой природы». Камни и то, что человек того времени причислял к ним (органические объекты, такие как кораллы, янтарь, продукты жизнедеятельности живых существ и прочее), безусловно, занимало огромное место в различных областях его жизни. Они являлись и мерилом ценностей, и магическими амулетами, и украшениями, и медицинскими снадобьями, и ядами, и противоядиями… Мир камней для человека того времени был менее доступен для познания, чем мир растений и животных, и поэтому считался загадочным, таинственным и даже волшебным.

Необъективность знаний человека, несовершенство технологии и орудий обработки, сопротивление обрабатываемого материала — все эти трудности приводили к возникновению легенд и поверий о душе камней, их магических свойствах. Камень становится не просто ценностью или украшением: это уже амулет, талисман — охранитель владельца, пособник в делах, покровитель влюбленных, врачеватель больных. Нет практически ни одной древней цивилизации, которая бы избежала культа камней-талисманов. И нет ни одного народа, не создавшего поверий, связанных с камнями. Нет и религий, которые бы не использовали эти мифы в своих обрядах, ритуалах и таинствах. Осмысление сведений о камнях было ограничено теорией божественной сущности всего земного, отсутствие знаний и элементарной грамотности порождало путаницу минералогических, религиозных, суеверных и мистических представлений. Античные труды Теофраста, Плиния Старшего, Плиния Младшего, Витрувия насыщены поэтичными, но, увы, не всегда соответствующими истине рассуждениями. Средневековые лапидарии стали преемниками античных традиций, но также внесли и свою долю в информационный хаос.

Наиболее древние упоминания о камнях содержатся в клинописных текстах Шумера и Вавилона. О каких камнях шла речь, точно определить удалось лишь в немногих случаях, и достоверным можно признать, что уже тогда человек выделял лазурит, нефрит и сердолик, которые считались камнями священными и помогающими в определенных ситуациях. Верования о камнях древних египтян известны детальнее благодаря обычаю мумифицирования умерших, при котором в одежды мумии вкладывались и каменные похоронные амулеты. Тексты, регламентирующие похоронные обряды, были канонизированы и сохранились в так называемой «Книге мертвых», в которой описаны камни для амулетов и их особые свойства. По сохранившимся каменным амулетам было установлено, что египтяне знали лазурит, сердолик и другие разновидности халцедона, бирюзу, яшму, малахит, горный хрусталь, полевые шпаты, обсидиан, янтарь и кварцит.

Пифагор (580–510 до н. э.), Платон (427–347 до н. э.) и Аристотель (384–322 до н. э.) упоминали о целебных или охранительных свойствах камней. Наиболее полный из дошедших до наших дней источник сведений о камнях, конечно, представлен «Естественной историей» Плиния Старшего (23–79 н. э.). В ней автор подробно излагал распространенные в его время представления о магических и целебных свойствах камней, сопровождая описания комментариями скептического, а порой и саркастического характера. Александрийский ученый Плутарх (45—127 н. э.) составил свод сведений о камнях, их лечебных и магических свойствах. В это же время Диоскорид из Киликии, врач, написавший фармацевтический труд «О врачебном материале», кроме 600 растений описал и около 30 минералов, полезных, по его мнению, при изготовлении лекарственных смесей.