стихийным уроном, прежде чем бросаться в осколки или на миссии. Но до этого еще далеко.
Перчатка
Ранг: F
Потрепанная латная перчатка на левую руку. Бесполезна без парной перчатки.
Броня: +20
Мусор, как и все прочие вещи. Все эти предметы достались Сереге при работе в ресурсных осколках. Прежде, чем запускать в такие места сборщиков, их зачищают бойцы: минут за двадцать проносятся по всей карте, потроша всех монстров, собирая найденные и выбитые предметы. Но не все: когда вещей много, а тащить откровенный хлам не хочется или даже лень нагибаться за ним, бойцы оставляют ненужные вещи в осколках. А потом люди типа Сереги подбирают их и сдают сборщикам, получая гроши по меркам бойцов, которые по меркам сборщиков являются нормальными деньгами.
А теперь, пожалуй, вздремну на матрасе и пойду на выход из осколка. Пока посплю, его уже зачистят.
Глава 2
Проснулся я рывком и сразу. Голова была ясной, и самое главное — больше не болела.
Судя по ощущениям, проспал я часа три. За это время мозг осмыслил всю полученную информацию, и я более-менее пришёл в себя. Так обычно бывает: вечером дня, очень насыщенного негативными событиями, не знаешь, что делать: наваливается всё и сразу, портит настроение, не знаешь, как выбраться из-под этого завала, и есть ли вообще выход. А стоит поспать, накал эмоций слабеет и проблемы уже видятся не такими значимыми, и на ситуацию смотришь с другого угла.
Так и со мной получилось. С момента попадания в это тело... нет, с самой смерти и до сна на этом самом матрасе я находился в лёгком шоке. Плюс сотрясение мозга, плюс масса полученных с телом воспоминаний и боль от переноса сознания — всё это могло выбить из колеи и по отдельности, не то что вместе. С некоторыми проблемами, требующими внимания, я справился сразу: укрылся от зомби, зелье выпил, поспал, но далеко идущие планы не строил и не размышлял о целях. Теперь самое время. Нужно обдумать ситуацию, в которой я оказался и решить, что мне делать дальше.
Самое первое, что хочется — вернуть утраченные возможности. Очень неприятно, когда тебя убивают и выдёргивают из мира, в котором ты был без преувеличения сильнейшим практиком. Но до возвращения былых возможностей мне очень далеко. Я пока даже не знаю, как это провернуть. Оставлю себе мысленную пометку, но цель эта очень не близкая.
Достичь самый высокий ранг в далеком будущем, и ранг Е в ближайший месяц — вот более реальная цель.
Ещё мне нужно обрести побольше качественных навыков. Защитные, атакующие, вспомогательные. Желательно обзавестись классом — это тоже меня усилит. Сбросить вес. Найти хорошую экипировку.
Желательно не спровоцировать существо, которое послало меня в эту реальность для "социализации". Буду улыбаться и кивать, играя в свою игру.
Что еще... А, есть ещё две проблемы. Во-первых, нужно разобраться с родственниками, во-вторых, со смертниками, которые Серёгу убили. С последними ситуация двойственная — с одной стороны, благодаря им я сюда попал, и делить именно мне, как личности, с ними абсолютно нечего. Даже обиды не таю: чего ради? Серёга своим поведением сам вел себя к тому, что ему голову проломили. Ну вот с другой стороны, теперь это тело — моё. Вместе с телом я унаследовал и репутацию, и отношения. Так что не зря я их смертниками назвал. Разойтись бортами по-любому не получится. Может, мёртвому Штыкову на небесах полегче станет, когда я сверну головы его убийцам.
С такими мыслями я размялся, привыкая к текущим физическим возможностям. Хотя текущие возможности так и хотелось назвать невозможностями, недостижимостями и нереальностями. Мне есть, с чем сравнивать, к сожалению.
При растяжке я не смог достать кончиками пальцев шнурков обуви, хотя в прошлом теле спокойно мог бы коснуться пола ладонями и так же спокойно встать на руки. Удары выходили... вялыми, иначе не скажешь. Хотя сила в руках была: киркой Серёга себе мышцы подкачал, хоть и весьма однобоко. Нет, с теми же сборщиками я разберусь за счет умения драться, здесь проблем не возникнет. Но хотелось бы не ограничиваться победами над наркоманами и алкоголиками F-ранга.
Разминался, пока футболка не пошла огромными тёмными пятнами в районе подмышек. Тогда решил, пока хватит: заткнул за пояс кинжал, подхватил оставленную на крыльце кирку и покинул убежище.
Если уж я проспал три часа, то осколок уже перезагрузился и его закончили зачищать. А если нет — у меня есть ещё одно использование убежища.
Оказавшись в шахте, замер, прислушиваясь. Не услышал абсолютно ничего: разве что где-то внизу капала вода.
Я подобрал и надел рюкзак и осторожно пошёл на выход, сжимая кирку. Она тоже системная, и пусть урон не указан, однотипным орудием несколько часов назад пробили голову Серёге. Так что при случае и я зомби ударить смогу, пока буду орать "убежище".
Да, осколок уже зачистили: на тело первого зомби я наткнулся на выходе из шахты. Труп лежал поперёк прохода.
Матёрая тварь. Судя по телосложению, когда-то была гномом: рост около ста сорока сантиметров, и примерно метр — ширина плеч. Руки мускулистые и здоровенные — такое существо могло не нагибаясь себе щиколотку почесать. Кисти отчекрыжены — когти зомби неплохо ценятся, поэтому не могу сказать, какого размера они были, но судя по многочисленным видео, просмотренным Серёгой, размера они были огромного: в сетевых роликах такие твари со скоростью легкоатлетов метались по улицам, а если находили человека, либо рвали горло пятисантиметровыми клыками, либо пробивали ему грудь огромными когтями, больше похожими на столовые ножи. Мертвецы системы существенно различались с теми, которых обычно показывают в фильмах. Реальные больше походили на машины из гнилого мяса, созданные для превращения всего живого в мертвое. Эти мертвецы не заражали смертельным вирусом через царапины, укусы: не было нужды. Если такая махина добиралась до тебя, то не ограничивалась царапиной и убивала без всяких вирусов. Обычный человек, как и пробужденный моего ранга при встрече с таким противником мог только орать и бежать.
Я обошел воняющую тушу и вывалился на свежий воздух, на пригорок, где остановился и не меньше минуты дышал, наслаждаясь свежим воздухом. А потом огляделся.
За спиной — вход в шахту, передо мной — частокол из поставленных стоймя брёвен. Даже наблюдательная башня видна слева: прогнила и рухнула. Ворота тоже лежат.
Когда-то здесь бурлила жизнь. Под землёй махали кирками закованные в кандалы рабы, а на этой самой вышке стоял дозор.
