Бельцы обошли стороной. Город пылал. Над ним стлалось сплошное облако дыма. Фашистские стервятники в который раз подвергали этот небольшой, в основном деревянный городок ожесточенной бомбардировке.
Колонна машин дивизии благополучно вышла к реке Реут. Мост оказался разрушенным. Несколько в стороне от него была наведена понтонная переправа. Ее соорудили саперы 11-й танковой дивизии полковника Г. И. Кузьмина, двигавшейся впереди 16-й дивизии.
…В ночь на 3 июля соединения мехкорпуса сосредоточились в районе станции Дрокия, населенных пунктов София, Реча, Никорены и получили задачу нанести удар в направлении Костешты с целью уничтожения противника, подошедшего к рубежу реки Реут.
Бой начался утром. Однако согласованного мощного контрудара не получилось. Танки врага упредили развертывание корпуса, и поэтому в бой он вступил неорганизованно. К тому же действия корпуса сковала фашистская авиация. Небо было безоблачным. Бомбардировки следовали одна за другой. Полки несли большие потери в людях и боевой технике. Противовоздушных средств в дивизии, да и во всем корпусе было очень мало: десятка два малокалиберных зенитных пушек и счетверенных пулеметов.
Тем не менее танкисты дивизии мужественно и самоотверженно дрались с гитлеровцами. В бою горели легкие танки БТ-7, горели бронемашины, гибли люди, но оставшиеся в живых советские воины продолжали упорно сражаться. К исходу первого дня боя в частях и подразделениях дивизии стал ощутимо сказываться недостаток боеприпасов. Подвозили их из второго эшелона, расположенного в районе станции Дрокия. Многие автомашины по пути к передовой попадали под бомбежку. Часто груз не доходил до передовой. Да и боеприпасов, горючего во втором эшелоне было не столь много.
В Одесском военном округе, к сожалению, склады оказались выдвинутыми в приграничные районы. Это, безусловно, было серьезной ошибкой, так как авиация противника в первые же часы войны смогла нанести бомбовые удары не только по самим складам, но и вывести из строя подъездные пути к ним. Пришлось ездить за горючим, боеприпасами и продовольствием за сто пятьдесят километров на восточный берег Днестра.
А гитлеровцы с каждым днем усиливали бомбардировки. Вражеские самолеты стали охотиться не только за машинами, но и за людьми. Для движения автотранспорта приходилось использовать главным образом темное время суток, а оно в июле очень короткое.
Вынужденный отход
Противник наступал широким фронтом, причем каждое направление было до предела насыщено боевой техникой, особенно танками.
Если по замыслу командования армии войска 2-го механизированного корпуса 4 июля должны были нанести мощный встречный удар по переправившимся через Прут немецко-румынским соединениям и отбросить их на исходные позиции, то в действительности получилось так, что все три дивизии корпуса из-за недостатка сил и средств с самого начала вынуждены были обороняться, сдерживать натиск врага, рвавшегося к городу Бельцы. И даже эта задача на ряде участков не была выполнена ввиду многократного превосходства противника в танках и авиации. Авиация противника препятствовала подходу резервов из глубины, постоянно контролируя оба моста через Днестр (Рыбницкий и Бендеровский) и наведенную в первые дни войны паромную переправу в районе Криуляны — Дубоссары. Таким образом, надеяться на подход резервов не приходилось.
Начала боев все мы ждали с нетерпением и, естественно, с надеждой на то, что гитлеровцы будут в первые же дни разгромлены. Той же уверенностью, возможно несколько самонадеянной, жил и штаб дивизии. Имелись, конечно, основания и для опасений. Все уже знали, что танки БТ по своим тактико-техническим данным уступали фашистским средним танкам. В единоборстве между ними экипажи гитлеровцев обладали явным преимуществом. Однако этому факту поначалу не придавалось должного значения.
Когда же на направлении города Бельцы развернулись первые сильные бои, советские танкисты уже в самом начале потеряли несколько машин БТ. И что было особенно огорчительно — вместе с устаревшими танками сгорали и экипажи. Пламя с такой быстротой охватывало машины, что спастись было практически невозможно.
Такая трагедия постигла, в частности, экипаж БТ-7, возглавляемый младшим сержантом Иваном Чуевым — уроженцем Курской области. Это был смелый и мужественный экипаж. 3 июля в бою у деревни Рошкань-Тыгр он одним из первых вступил в борьбу с фашистскими танками и сопровождавшей их пехотой, уничтожив до десятка гитлеровцев. Но стоило механику-водителю сержанту Прокофию Щербине на какое-то мгновение неудачно развернуть танк, как вражеский снаряд пробил бортовую броню в расположении бензобака и БТ-7 загорелся. Никому из членов экипажа спастись не удалось.
Примерно при таких же обстоятельствах 4 июля сгорели легких танках старший лейтенант Михаил Трубников, командир танковой роты младший лейтенант Федор Сергиенко, командиры взводов лейтенанты Юлий Рубахин, Анатолий Магрецкий, механик-водитель старший сержант Ельцов, красноармеец Петр Шпакович и другие.
Малопригодными к участию в «войне моторов» оказались и некоторые устаревшие типы бронемашин, которыми был оснащен 2-й механизированный корпус. Их тонкая броня не всегда защищала экипаж даже от крупнокалиберных пулеметов. А уж если подбитая снарядом машина загорелась, то выбраться из нее экипажу удавалось крайне редко. Подчас заклинивались люки — сказывалось конструктивное несовершенство. Так получилось с бронемашиной старшего сержанта Икмата Байназарова в бою у деревни Кубата 8 июля. При первом же попадании вражеского снаряда она загорелась. Экипаж в составе Икмата Байназарова, Леонида Мельничука, Юсуфа Кадырова и Михаила Левчишина пытался выбраться из горящего броневика, но не смог открыть люк.
Применяясь к обстановке, командиры полков в целях прикрытия устаревших танков и бронемашин первыми вводили в бой тридцатьчетверки, имея в виду их превосходные боевые качества. Экипажи тридцатьчетверок смело шли на сближение с противником и, как правило, в единоборстве с вражескими танкистами выходили победителями. Но беда заключалась в том, что танков Т-34 в дивизии было мало, поэтому основную тяжесть боев приходилось выдерживать экипажам БТ-7.
Утром 5 июля стало известно, что крупным силам вражеских войск удалось развить успех на стыке между 2-м механизированным и 48-м стрелковым корпусами, оборонявшимися на широком фронте. К середине дня 7 июля, несмотря на мужественное сопротивление наших войск, противник достиг рубежа Хотин, Тырново, Бельцы. В тот же день войска 17-й немецкой армии и танковые соединения врага, наступавшие севернее этого района, захватили на юге Житомирской области город и крупный железнодорожный узел Бердичев. Для всех, кто мало-мальски разбирался в военном деле, стало очевидно, что немецко-фашистское командование всерьез намеревается осуществить свой коварный замысел — окружить войска Южного фронта — 9-ю и 18-ю армии, отрезать им пути отхода, прижать к Черному морю и уничтожить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
