Читаем без скачивания Невезуха на все сто - Елена Яковлева

- Он не ушел. - Раз уж она ломает "комедь", то почему бы мне не присоединиться? Боюсь только, что в моем исполнении это скорее "трагикомедь".

- Как это? - Теперь уже Инга покраснела. - Он что, до сих пор здесь? Ну извини, я не знала, что он такая свинья. Знала бы - не связывалась. Ну я ему, я ему сейчас!.. - Инга решительно схватилась за ручку двери.

- Постой, - придержала я ее за рукав. - Это еще не все. - Можете считать меня легковерной идиоткой, но у меня на Ингин счет все сомнения отпали. Не убивала она, левую руку даю на отсечение, не убивала! - Это еще не все, - повторила я.

- В каком смысле? - замерла у двери Инга. - Так он там или не там?

- Ну-у... Как тебе сказать... - Я поискала ответ на стене, изборожденной трещинами, как лицо аксакала морщинами. - Как бы и там.., и как бы не там...

Инга вытаращила на меня глаза:

- Чего ты такое плетешь? Как бы и там, как бы не там... Что еще за ахинея?

А меня вдруг оторопь взяла. Я подумала: а если тот.., ну, труп.., при жизни был Инге дорог или, того хуже, она его любила?

- Послушай... Послушай... - Я долго и тщательно подбирала слова, взвешивая их, как дорогущую раннюю черешню на рынке. - Он там, на том же месте, на котором ты его оставила, только в другом виде...

- В другом? - повторила Инга с обалделым видом и тихо спросила:

- А ты про что говоришь?

- Не про что, а про кого. Про твоего мужика. - Я зыркнула по сторонам. Посторонние уши в данной ситуации были совершенно ни к чему. - Ладно" пошли в квартиру, на месте разберемся.

- Так я и шла... - пробормотала Инга с дебильными интонациями толстого жлоба, рекламирующего по телевизору пиво.

Я затолкала Ингу в прихожую, плотно закрыла за собой дверь, для надежности привалившись к ней спиной, и стала негромко, но четко докладывать обстановку:

- Слушай меня внимательно и не перебивай. И не ори, даже если сильно захочется, а если не выдержишь, то ори тихо. Поняла?

- Не-а, не поняла. - Инга как-то подозрительно присматривалась ко мне и даже принюхивалась. Наверное, подумала, что я пьяная.

- Это неважно. Ты, главное, слушай. Мужик, которого ты привела ко мне.., он все еще там, - указала я глазами на спальню, - лежит в постели. Он... Он - мертвый.

- Ты что?.. Ты что?.. - Инга выжала из себя глупую и совершенно неуместную в данном случае улыбочку. - Ты что плетешь?

- Сама посмотри, если не веришь, - посоветовала я ей.

Она так и сделала. Посмотрела. А потом как заорет! Между прочим, совершенно нормальная реакция. Тоже мне удовольствие - смотреть на голого мертвеца, который всего несколько часов назад сжимал тебя в своих объятиях.

Глава 3

- Не ори! - цыкнула я на Ингу. - Соседи раньше времени всполошатся.

Инга послушно затихла и стала пятиться к двери.

- К-куда? - Я догнала ее уже в прихожей, ухватила за шиворот и развернула в обратную сторону. - Устроила мне это добро, а теперь смываешься?!

Инга только шумно дышала, как собака в наморднике, и испуганно пялилась на меня, даже не пытаясь хоть чем-нибудь оправдать свою позорную попытку удрать.

- Ну хороша, хороша, ничего не скажешь. - Я стала ее стыдить, постепенно входя в раж. - Подсунула мне труп, а я, мол, ни при чем! Я, между прочим, могла бы сразу милицию вызвать, и ты бы уже давала показания какому-нибудь доброму оперу, зачем и почему убила своего полюбовника.

- Я? Убила? - очухалась Инга. - Да с какой стати!

- Тебе виднее! - После того как она дала деру с места происшествия, у меня пропало всякое желание щадить ее нежные чувства. - Он же твой любовник, а не мой.

Инга обиженно засопела и насупилась.

- Ну раз так... А может, это ты его убила? Ведь, когда я уходила, он был жив-здоров!

- Ну ты и змея! - поразилась я, а про себя подумала, что в наглом Ингином заявлении есть определенный резон. Как там говорят в закрученных американских детективах: мое слово против твоего? Применительно к нашему случаю, Ингино против моего. Интересно, что на это скажет добрый опер, которого я, кажется, уже поминала всуе?

Не знаю, сколько мы стояли, уставившись друг на дружку, и молчали. Я взвешивала свои шансы, Инга - свои. Первой заговорила Инга.

- Что ты собираешься делать? - спросила она.

- Не знаю, - честно призналась я. - Раньше знала, а теперь не знаю. Раньше я думала, что мы подруги и можем доверять друг другу, но после того, что ты сказала...

- А что я сказала? - взвилась Инга. - Ты первая начала. Заявила, что я его убила, а я его не убивала!

- Я тоже! - Слезы обиды готовы были брызнуть из моих глаз. - Зачем бы я его убила, если его совершенно не знала? Никогда не видела вообще!

- А я о чем? - подхватила Инга. - Я и пытаюсь тебе объяснить, что мы с тобой в одном положении - дурацком! Нужно эту проблему решать, а не обмениваться обвинениями.

Ингины речи показались мне вполне здравыми, и я немного успокоилась.

- Хорошо, будем решать. У меня только один вариант: вызываем милицию и рассказываем все, как есть. Только заранее договариваемся: никто из нас не пытается выплыть в одиночку, топя другую.

- Милицию? - Инга закашлялась. - Да ты с ума сошла! Только не это! Во-первых, им только попадись, а во-вторых, об Ованесе ты подумала? Да если он узнает, он сразу меня бросит!

Она спрашивает, подумала ли я о ее благоверном. Мне это нравится! А чего бы ей самой о нем не подумать, прежде чем цеплять посторонних мужиков?

- Подумаешь, бросит, - скривилась я, - невелика потеря! И потом, бросит он тебя или нет, труп - это очень серьезно, и без милиции здесь не обойтись.

Инга совсем поникла:

- Если бы только бросил. Знаешь, что он может сделать? Кинет ментам тыщу-другую баксов и попросит, чтобы они закатали меня на полную катушку. В отместку Думаешь, они ему откажут?

- Сама виновата! - не удержалась я от соблазна прочитать ей небольшую нотацию. Тоже мне, нашла время! - Сначала вышла замуж за такого козла, а потом стала наставлять ему рога, как будто у него своих мало. Думала, он у тебя в оленя превратится?

- Давай-давай, остри, если хочется, - со смиренным вздохом отозвалась Инга, - если тебе от этого легче.

Я сразу заткнулась. Инга была права: легче мне не становилось. Да уж, сейчас не до шуточек. Нужно срочно что-то решать.

- Ладно, извини, - буркнула я, - лучше будем договариваться, что отвечать оперу, который сюда заявится. Чтобы у него, не дай бог, не возникло никаких сомнений на наш счет. А то такая кислая история получается, просто ужас. Одна подружка приводит к другой своего любовника, та задает его мертвым в постели. Обе клянутся-божатся, что не убивали, но кто же тогда его убил? Карлсон, который живет на крыше? Хорошо еще, если они быстро проверят личность твоего дружка и докопаются до каких-нибудь разборок на коммерческой почве... Кто он, кстати, твой красавчик, чем занимался?

- А я почем знаю? - невозмутимо ответила Инга. - Все, что мне известно, это то, что его зовут Юрис и что он здорово тра... В смысле, отличный любовник.

- Что? - Я не поверила своим ушам. - Юрис - это все?! Ты даже не знаешь его фамилии?

- А на кой черт мне его фамилия, спрашивается? Чтобы заниматься тем, чем мы тут занимались, и имени достаточно. А при большом желании и без него можно обойтись.

Незамысловатые Ингины слова возымели на меня действие, сравнимое с электрическим разрядом вольт эдак в триста восемьдесят. Я конвульсивно дернулась и прикусила себе язык до крови. Во рту сразу стало солоно, как от селедки. Выходит, Инга таскала на мою законную жилплощадь невесть кого, укладывала этого невесть кого в мою постель, нимало не заботясь о моей репутации! А у меня, между прочим, сын-подросток, и работаю я не в колбасной лавке, а в газете. С другой стороны, я ведь догадывалась, зачем Инге ключи от моей квартиры, да что там догадывалась - знала наверняка. Так что смешно теперь корчить из себя святую невинность. И все же, все же именно в моей постели, а не в Ингиной лежит труп полового гиганта с прибалтийским именем Юрис. По-моему, это нечестно.

- Влипли! - это первое, что я произнесла, обретя наконец дар речи и тут же потеряв его вновь уже по другой причине. Мне нечего было сказать. Инге, впрочем, тоже. Мы опять растерянно молчали, а в нескольких метрах от нас остывало тело Ингиного любовника.

Потом Инга все-таки заговорила, сбивчиво и торопливо, будто ее собаки за ляжки хватали:

- Да я... Я никогда у них даже имени не спрашивала. Договаривались: он - Адам, я - Ева... Потому что все было, ну, на один раз... Это я сама так решила, чтобы без всяких там заморочек... Деловой подход: в губы не целуемся, наличие презерватива обязательно и не обсуждается... Господи, да они мне все на одно лицо были, только с этим, Юрисом, чуть по-другому получилось. Не подумай только, что я на него запала, говорю тебе, по части техники этого дела он был настоящий виртуоз. Поэтому-то я и пренебрегла железным правилом: один раз - и адью, и вот что из этого вышло.

Инга виновато посмотрела на меня, словно искала сочувствия. Вот, дескать, какая незадача. А сочувствовать надо было мне, ибо, как выяснилось, здесь у меня целый мужской гарем перебывал. Не хватало еще, чтобы на меня, кроме подозрения в убийстве, еще и статью за содержание притона навесили!