Прислушался к себе…
А ведь действительно – как совершенно другой человек стал!
Где бывшее в последнее время уныние, тоска и «всёпропалническое» настроение? Где апатия и отсутствие желания жить?
Наоборот, я преисполнен энергии и желаний!
Вот смотрю сейчас на Лизку и хочу… Хм, гкхм… Пожалуй, после сегодняшнего - придётся с недельку потерпеть с «желаниями» определённой направленности.
- Слушай, Лиза… А может, твои «капризы» будут несколько скромнее? Хочешь, я сделаю тебя самой известной киноактрисой СССР?
С иронично-ревнивыми нотками:
- Как ты обещал Лиле Брик?
У меня слегка зарумянились уши:
- Хм, кгхм… Ну… Ещё известнее – на мироном уровне.
- Я тебе уже сказала, что хочу!
- Нет ну, ты пойми: любая может захотеть стать «Шамаханской царицей», но…
Гордо подняв голову, несколько надменно:
- Я тебе не любая!
Поспешно:
- Конечно, конечно… Ты – единственная, особенная и неповторимая и, хотелки у тебя – тебе под стать. Но, как реализовать их на практике?
Безапелляционно сжав губы:
- Ты – мой мужчина, ты и думай!
Обдав запахом дорогого парижского парфюма, целует и жарко дышит в ухо:
- Ты – самый умный, самый сильный и, самый смелый - ты сможешь!
И тут я «поплыл» как пчелиный воск в ядерном реакторе…
Посмотрев на часы, напряжённо-озабоченно:
- Ладно, мне пора уходить. Так что передать нашим ребятам?
- Передай нашим ребятам, что заседание продолжается! Сегодня в девять вечера, ужинаем в «Стойле Пегаса».
Обрадовано:
- Хорошо! Я забегу в «Стойло» и предупрежу маму…
Стрельнув глазками:
- …Заодно и обрадую зятем!
Пожелав удачи и поцеловав на прощанье, я закрыл за ней дверь, заварил чай покрепче и занялся размышлизмами.
***
Вспомнив недавний сон, про свою совсем не героическую смерть, пергаментного цвета кожу лица, открытый беззубый рот и мёртвые остекленевшие глаза… И, аж всего передёрнуло от омерзения:
- БРРРР!!!
Смотреть, как подыхаешь со стороны - чужими глазами, это очень неприятно, оказывается. Сон, был до того реалистичен - что до сих пор помню запах хвойной тайги, подтаявшей земли, чад полудизельных тракторов, и…
Вонь из собственных штанов!
«Чёрт, приснится же всякая чертовщина, - крайне раздосадовано, - да и ещё и, от второго лица»!
Так, так, так…
К чему бы это?
Предостережение? Прогноз развития событий при принятии одного из наиболее вероятных решений по выходу из критической ситуации?
После рейдерского «наезда» Погребинского (а как ещё его назвать?), вариантов у меня не так уж много и, каждый из них - я за прошедшую неделю тщательно «обсосал», отчего и пришёл в состояние крайнего песТцессизма.
Можно вернувшись из Парижа - согласиться стать заместителем Начальника Губернского отдела НКВД, а там – «плыть по течению». Или, как-нибудь подсидеть его и, самому усесться в это кресло. Карьера в карающих органах с помощью «послезнания» – вроде бы и, не так уж и плохо… Глядишь – начальником над вертухаями на Соловки назначат.
Но не для меня!
Вообще – пупырь, отметается с ходу.
Можно хоть сейчас пойти к Первому секретарю Нижегородского исполкома ВКП(б) с жалобой:
- Так мол и так, Андрей Александрович – обижают… Заступись за земляка, выдающегося инженера и изобретателя - Марксом-Энгельсом тебя заклинаю!
Тот, снисходительно похлопывая по плечу:
- Мы тут с товарищами подумаем, чем Вам помочь, товарищ Свешников! Приходите через неделю, а лучше через месяц. Нет, подождите: через месяц - я буду шибко сильно занят… Приходите через год, а ещё лучше – вообще не приходите.
Здесь, даже дело не во мне…
Предположим, Андрей Александрович проникнется моими проблемами и страстно захочет мне помочь…
Как?
Ведь, Погребинский ему напрямую не подчиняется – они могут только договариваться, как торговки на базаре.
Через кого-то, более высокопоставленного?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Жданов – «ходит» под Сталиным, а тот ещё не является кровавым тираном, одержимым маниакальной пароидальностью всех подряд гнобить за невыполнение своих приказов. Он всё ещё - на «мягких кошачьих лапах», очень осторожно подбирается к власти – как тигр к пасущейся зЁбре.
За Погребинским же, скорее всего кто-то стоит из ОГПУ - иначе он бы вёл себя поскромнее. ОГПУ же ныне – это настоящее «государство в государстве», «терра инкогнито» для стороннего и пиратская «республика Тортуга» - никому не подчиняющаяся.
Политика – это искусство возможного!
Захочет ли Сталин ссориться с этой могущественной структурой, ради Жданова - не говоря уже про меня?
Далеко не факт!
Поэтому пожаловаться на Погребинского Жданову, значит возможно – натравить на того весь этот кодляк…
Непредсказуемые последствия!
Слетит со своей должности Жданов – лишатся поддержки мои ребята из Губкома комсомола и, тогда вообще – все мои «задумки-многоходовочки», накроются медным контрабасом.
Ещё есть вариант…
Поехав в августе в Париж на Международную выставку современных декоративных и промышленных искусств», объявить себя невозвращенцем. Компьютер тоже не проблема: его в разобранном виде - можно будет переправить «за бугор» с помощью центрового финского контрабандиста Вели. Ну, а там - на паях с Иохелем Гейдлихом, используя «послезнание» (одна инфа об Великой депрессии в САСШ и социалистических реформах Рузвельта чего стоят!) и программы автоматического проектирования - создать ту же промышленную корпорацию и, лучше всего даже не в Штатах - а где-нибудь в Мексике или Канаде.
Кстати, нашим предкам - до и во время Великой Отечественной Войны, это будет как бы даже не лучше - если я им буду подкидывать кой-какие, уже готовые к употреблению «заклёпки»… Например, за бугром вполне реально начать пораньше разрабатывать пенициллин – инвестировав в открывшего его антибактериальные свойства микробиолога Флеминга и, в химиков Говада Флори и Чейна Эрнста – впервые выделивших чистый препарат.
Однако, имеется один огромный минус – перечёркивающий все маленькие плюсы: после «горячей» Второй мировой - неизбежно начнётся Холодная война и, я вынужден буду - или работать против своей страны и народа, или прикрыть «лавочку».
В конце концов, проанализировав всё - я пришёл к выводу, что все мои беды от того, что я вышел из-под «прикрытия». Слишком высунулся - то бишь и, подставился. Поэтому последним моим решением, как помнится, было такое: по возвращению из Парижа – пристроиться к кому-нибудь из известных в то время изобретателей-авантюристов и тишком попиливать «заклёпочки» за его спиной…
Да, хоть к тому же Владимиру Бекаури!
Я ему подкинул идей насчёт вундерваффлей, теперь можно напроситься реализовать их в металле. «Серый кардинал» у гениального изобретателя, официально получающего миллион рублей оклада – чем плохо?
Глядишь и, того не расстреляют и у меня – «нос в табаке».
И тут мне приснился страшный сон – показывающий, что при таком раскладе может получиться и, что-то не понравился мне «Евроазиатский Социалистический Союз». Повторение СССР – только в глобальном масштабе. Кроме всего прочего, здесь такие подводные камни: если будет выбор, население со временем свалит туда – где тепло: в Италию, Францию, Испанию… И останется Россия той, что и была в «моём» времени – с вымершими деревнями и пустеющими городами.
Хрен редьки не слаще!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
И тут после столь бесцеремонного пробуждения и последующего - не менее бесцеремонного соблазнения, Елизавета мне подсказывает…
Навязывает!
…Ещё один вариант развития событий: захват власти до того – как она успеет стать «старухой». Учитывая, что ей этой весной исполнилось семнадцать лет, а в таком возрасте – «старухами» кажутся уже двадцатилетние, у меня в запасе – три года.
